Басня Эзопа Диоген в дороге

АФОРИЗМЫ ЦИТАТЫ ВЫСКАЗЫВАНИЯ ИЗРЕЧЕНИЯ

Навигация по сайту

Новое на сайте

Объявления

Реклама

Басни Эзопа:
Две собаки.
Две сумы.
Дельфин и обезьяна.
Дельфины и пескарь.
Деревья и олива.
Дикие козы и пастух.
Дикий осел.
Диоген в дороге.
Диоген и плешивый.
Должник.

Две собаки
У одного человека были две собаки: одну он приучил охотиться, другую – сторожить дом. И всякий раз, как охотничья собака ему приносила добычу с поля, он бросал кусок и другой собаке. Рассердилась охотничья и стала другую попрекать: она, мол, на охоте каждый раз из сил выбивается, а та ничего не делает и только отъедается на чужих трудах. Но сторожевая собака ответила: “Не меня брани, а хозяина: ведь это он приучил меня не трудиться, а жить чужим трудом”.
Так и сыновей-бездельников нечего ругать, если такими их вырастили сами родители.

Две сумы
Прометей, вылепив людей, повесил им каждому на плечи две сумы: одну с чужими пороками, другую – с собственными. Суму с собственными пороками он повесил за спину, а с чужими – спереди. Так и получилось, что чужие пороки людям сразу бросаются в глаза, а собственные они не замечают.
Эту басню можно применить к человеку любопытному, который в собственных делах ничего не смыслит, а о чужих печется.

Дельфин и обезьяна
Морские путешественники обычно возят с собой обезьян и мальтийских собачек, чтобы развлекаться в плавании. И один человек, отправляясь в путь, взял с собой обезьяну. Когда они плыли мимо Суния – это мыс неподалеку от Афин, – разразилась сильная буря, корабль перевернуло, все бросились вплавь, а с ними и обезьяна. Увидел ее дельфин, принял за человека, подплыл к ней и повез ее к берегу. Подплывая уже к Пирею, афинской гавани, спросил ее дельфин, не из Афин ли она родом? Ответила обезьяна, что из Афин и что там у нее знатные родственники. Еще раз спросил ее дельфин, знает ли она Пирей? А обезьяна подумала, что это такой человек, и ответила, что знает – это ее добрый знакомый. Рассердился дельфин на такую ложь, потащил обезьяну в воду и утопил.
Против лжеца.

Дельфины и пескарь
Дельфины и акулы вели меж собой войну, и вражда их была чем дальше, тем сильнее; как вдруг вынырнул к ним пескарь (это такая маленькая рыбешка) и стал пытаться их помирить. Но в ответ на это один дельфин сказал: “Нет, лучше мы, воюя, погибнем друг от друга, чем примем такого примирителя, как ты”.
Так иные люди, ничего не стоящие, набивают себе цену в смутные времена.

Деревья и олива
Решили однажды деревья помазать над собой царя. Сказали они оливе: “Царствуй над нами!” Ответила им олива: “Я ли откажусь от моего масла, которое так ценят во мне и бог и люди, чтобы царствовать над деревьями?” Сказали деревья смоковнице: “Иди царствуй над нами!” Ответила им смоковница: “Я ли откажусь от моей сладости и от добрых моих плодов, чтобы царствовать над деревьями?” Сказали деревья терновнику: “Иди, царствуй над нами!” Ответил деревьям терновник: “Если действительно вы помажете меня царем над собою, то придите, покойтесь под тенью моею; если же нет, то выйдет из терновника огонь и пожрет кедры ливанские”.

Дикие козы и пастух
Пастух выгнал своих коз на пастбище. Увидав, что они пасутся там вместе с дикими, он вечером всех загнал в свою пещеру. На другой день разыгралась непогода, он не мог вывести их, как обычно, на луг, и ухаживал за ними в пещере; и при этом своим козам он давал корму самую малость, не умерли бы только с голоду, зато чужим наваливал целые кучи, чтобы и их к себе приручить. Но когда непогода улеглась и он опять погнал их на пастбище, дикие козы бросились в горы и убежали. Пастух начал их корить за неблагодарность: ухаживал-де он за ними как нельзя лучше, а они его покидают. Обернулись козы и сказали: “Потому-то мы тебя так и остерегаемся: мы только вчера к тебе пришли, а ты за нами ухаживал лучше, чем за старыми своими козами; стало быть, если к тебе придут еще другие, то новым ты отдашь предпочтенье перед нами”.
Басня показывает, что не должно вступать в дружбу с теми, кто нас, новых друзей, предпочитает старым: когда мы сами станем старыми друзьями, он опять заведет новых и предпочтет их нам.

Дикий осел
Дикий осел повстречал домашнего осла, который грелся на солнце, подошел к нему и позавидовал, что у него такой хороший вид и так много корму. Но потом увидел он, как домашний осел тащит тяжесть, а погонщик идет сзади и колотит его палкой, и сказал: “Нет, больше я тебе не завидую: вижу, что твоя привольная жизнь дорогой ценой тебе достается”.
Так не следует завидовать выгодам, которые сопряжены с опасностями и несчастьями.

Диоген в дороге
Киник Диоген шел по дороге и очутился на берегу реки в половодье. Он остановился, не зная, как переправиться. Но тут один из перевозчиков увидел его замешательство, подплыл и переправил его. Диоген, пораженный таким доброжелательством, стоял и проклинал свою бедность, из-за которой он не мог отблагодарить благодетеля. Но пока он об этом размышлял, перевозчик заметил другого путника, который не мог перебраться через реку, бросился к нему и переправил этого тоже. Тогда Диоген подошел к перевозчику и сказал: “Нет, больше нет во мне благодарности за твою услугу: вижу, что ты так поступаешь не по разумному выбору, а по несчастной своей судьбе”.

Диоген и плешивый
Кинического философа Диогена ругал один плешивый. Диоген сказал: “А я тебя ругать не буду, вовсе нет: я даже похвалю твои волосы, что они с дурной твоей головы повылезли”.

Должник
В Афинах один человек задолжал, и заимодавец требовал с него долг. Сперва должник просил дать ему отсрочку, потому что у него не было денег. Не добившись толку. вывел он на рынок свою единственную свинью и стал продавать в присутствии заимодавца. Подошел покупатель и спросил, хорошо ли она поросится. Должник ответил: “Еще как поросится! даже не поверишь: к Мистериям она приносит свинок, а к Панафинеям кабанчиков”. Изумился покупатель на такие слова, а заимодавец и говорит ему: “Что ты удивляешься? погоди, она тебе к Дионисиям и козлят родит”.
Басня показывает, что многие ради своей выгоды готовы любые небылицы подвердить ложной клятвою.

Басни из рукописей старшей редакции

245. Диоген в дороге

Киник Диоген шел по дороге и очутился на берегу реки в половодье. Он остановился, не зная, как переправиться. Но тут один из перевозчиков увидел его замешательство, подплыл и переправил его. Диоген, пораженный таким доброжелательством, стоял и проклинал свою бедность, из-за которой он не мог отблагодарить благодетеля. Но пока он об этом размышлял, перевозчик заметил другого путника, который не мог перебраться через реку, бросился к нему и переправил этого тоже. Тогда Диоген подошел к перевозчику и сказал: “Нет, больше нет во мне благодарности за твою услугу: вижу, что ты так поступаешь не по разумному выбору, а по несчастной своей судьбе”.

246. Диоген и плешивый

Кинического философа Диогена ругал один плешивый. Диоген сказал: “А я тебя ругать не буду, вовсе нет: я даже похвалю твои волосы, что они с дурной твоей головы повылезли”.

247. Верблюд

Верблюду его хозяин приказал пуститься в пляс. Сказал верблюд: “Да уж больно я неуклюж даже когда хожу, не то что когда пляшу!”

Басня относится к человеку, ни к какому делу не пригодному.

248. Орешник

Рос орешник возле дороги, и прохожие с него каменьями сбивали орехи. Со стоном орешник молвил: “Несчастный я! что ни год, я сам себе ращу и боль и поношенье”.

Басня о тех, кто страдает за свое же добро.

249. Львица и лиса

Лиса попрекала львицу за то, что та рожает только одного детеныша. Львица ответила: “Одного, но льва!”

Басня показывает, что ценно не количество, а достоинство.

250. Волк и ягненок

Волк гнался за ягненком. тот забежал в храм. Волк стал его звать обратно: ведь если его поймает жрец, то принесет в жертву богу. Ответил ягненок: “Лучше мне стать жертвой богу, чем погибнуть от тебя”.

Басня показывает, что если нужно умереть, то лучше умереть с честью.

251. Осел и мул

Осел и мул вместе шли по дороге. Увидел осел, что поклажа у них у обоих одинаковая, и стал возмущенно жаловаться, что несет мул не больше, чем он, а корму получает вдвое. Прошли они немного, и заметил погонщик, что ослу уже невмочь; тогда он снял с него часть поклажи и переложил на мула. Прошли они еще немного, и заметил он, что осел еще больше выбивается из сил; опять стал он убавлять ослу груз, пока наконец не снял с него все и не переложил на мула. И тогда обернулся мул к ослу и говорит: “Ну как по-твоему, любезный, честно я зарабатываю свой двойной корм?”

Так и мы должны судить о делах каждого не по началу их, а по концу.

252. Птицелов и куропатка

К птицелову в поздний час пришел гость. Угостить его было нечем, и хозяин бросился к своей ручной куропатке, чтобы ее зарезать. Куропатка стала попрекать его неблагодарностью: ведь немало она ему помогала, когда заманивала и выдавала ему других куропаток, а он ее хочет убить! Ответил птицелов: “Тем охотней я тебя зарежу, коли ты и родичей своих не жалела!”

Басня показывает: кто предает своих соплеменников, того ненавидят не только те, кого он предает, но и те, кому он их предает.

253. Две сумы

Прометей, вылепив людей, повесил им каждому на плечи две сумы: одну с чужими пороками, другую – с собственными. Суму с собственными пороками он повесил за спину, а с чужими – спереди. Так и получилось, что чужие пороки людям сразу бросаются в глаза, а собственные они не замечают.

Эту басню можно применить к человеку любопытному, который в собственных делах ничего не смыслит, а о чужих печется.

254. Червяк и змея

Росла у дороги смоковница. Червяк увидел спящую змею и позавидовал, что она такая большая. Захотел он и сам стать таким же, лег рядом и стал растягиваться, пока вдруг от натуги не лопнул.

Так бывает с теми, кто хочет помериться с сильнейшими; они раньше лопнут, чем сумеют достигнуть до соперников.

255. Кабан, конь и охотник

Кабан и конь паслись на одном пастбище. Кабан всякий раз портил коню траву и мутил воду; и конь, чтобы отомстить, обратился за помощью к охотнику. Охотник сказал, что может помочь ему, только если конь наденет уздечку и возьмет его седоком на спину. Конь на все согласился. И, вскочив на него, охотник кабана победил, а коня пригнал к себе и привязал к кормушке.

Так многие, в неразумном гневе желая отомстить врагам, сами попадают под чужую власть.

256. Собака и повар

Собака зашла в поварню и, пока повару было не до нее, стащила сердце и бросилась бежать. Обернулся повар, увидал ее и крикнул: “Смотри, любезная, теперь не уйдешь! Не мое ты сердце стащила, но мне свое отдашь!”

Басня показывает, что часто ошибки людей бывают им наукой.

257. Зайцы и лисицы

У зайцев была война с орлами, и они попросили помощи у лисиц. Но те ответили: “Мы бы помогли вам, кабы не знали, кто вы такие и кто такие ваши враги”.

Басня показывает: кто заводит вражду с сильнейшими, те сами себя не берегут.

258. Комар и лев

Комар подлетел ко льву и крикнул: “Не боюсь я тебя: ты не сильней, чем я! Подумай, в чем твоя сила? В том, что ты царапаешься когтями и кусаешься зубами? Так это делает любая баба, когда дерется с мужем. Нет, намного я тебя сильнее! Если хочешь – сойдемся в бою!” Затрубил комар, набросился на льва и впился ему в морду возле ноздрей, где волосы не растут. А лев стал раздирать морду собственными когтями, покуда не изошел яростью. Победил комар льва и взлетел, трубя и распевая победную песню. Но тут вдруг попался он в сети пауку и погиб, горько сетуя, что воевал с врагом, сильней которого нет, а гибнет от ничтожной твари – паука.

Читайте также:  Басня Эзопа Волы и ось

Басня обращена против того, кто побеждал великих, а побежден ничтожным.

259. Дровосеки и дуб

Дровосеки рубили дуб; сделав из него клинья, они раскалывали ими ствол.Промолвил дуб: “Не так кляну я топор, который меня рубит, как эти клинья, которые от меня же рождены!”

О том, что обида от близких людей тяжелее, чем от чужих.

260. Сосна и терновник

Сосна терновнику говорила надменно: “Нет от тебя никакой пользы, а из меня строят и дома, и крыши храмов”. Отвечал терновник: “А ты вспомни, несчастная, как топоры и пилы тебя терзают, и тебе самой захочется из сосны стать терновником”.

Лучше безопасная бедность, чем богатство с горестями и тревогами.

261. Человек и лев попутчики

Лев и человек шли вместе по дороге. Человек провозгласил: “Человек сильнее льва!” Ответил лев: “Лев сильнее!” Пошли они дальше, и указал человек на каменные плиты с резными фигурами, на которых изобразили львов, укрощаемых и попираемых людьми. “Вот, – сказал он, – видишь, каково приходится львам!” Но отвечал лев: “Кабы львы умели резать по камню, немало бы ты увидел на камне и людей, попираемых львами!”

О том, что иные люди хвастаются тем, чего на деле вовсе не умеют.

262. Собака и улитка

Одна собака имела привычку глотать яйца. увидела она однажды улитку, приняла ее за яйцо, разинула пасть и сильным глотком проглотила. Но, почувствовав в желудке тяжесть, сказала она: “Поделом мне: не надо было думать, будто все, что ни круглое, то и яйцо”.

Басня учит нас, что люди, которые берутся за дело не подумав, сами себя невольно ставят в нелепое положение.

263. Два петуха и орел

Два петуха дрались из-за кур, и один другого побил. Побитый поплелся прочь и спрятался в темное место, а победитель взлетел в воздух, сел на высокую стену и закричал громким криком. как вдруг орел налетел и схватил его; а тот, который прятался в темноте, спокойно с этих пор стал владеть всеми курами.

Басня Эзопа Диоген в дороге

Диоген в дороге

Беда случилась как-то с Диогеном:

Идя дорогой, вышел он к реке.

Река разлилась, было половодье,

А киник шёл без денег, налегке.

Кто ж нищего через реку переправит,

За всякий труд ведь надобно платить,

У Диогена ж пищи даже нету,

А реку старику не переплыть?

Что делать? Неужель идти обратно?

Моста ведь через реку рядом нет,

К тому же вечер, солнце скоро сядет,

Где ж, на ночь глядя, раздобыть монет?

Один из перевозчиков чрез реку

Увидел замешательство его,

Подплыл и молча даром переправил,

Как будто то не труд был для него.

«О, бедность! Проклинаю я тебя! –

Кричало сердце киника тогда, –

Нет, не за труд хотел бы заплатить,

Достойна воздаянья доброта!»

Пока он мыслил так и бедность проклинал,

Другого перевозчик перевёз,

Тот тоже беден был, как Диоген,

Как Диоген, пустую сумку нёс.

Увидев это, Диоген сказал:

«Нет больше благодарности во мне!

Разумный выбор в людях я ценю,

Но то, смотрю, не ведомо тебе!»

Ценность поступков не только в труде,

Внимательным будь и к доброте.

Диоген и плешивый

Ругал плешивый как-то Диогена,

Философ же в ответ ему сказал:

«Ругать тебя, как ты меня, не стану,

Похожим на тебя тогда бы стал.

А похвалить могу, хвалы достоин!

Верней, не ты, а волосы твои!

Дурную голову они терпеть не стали,

Повылезли, смотрю, из головы!»

Ссору не стоит с людьми затевать,

Можешь и сам от неё пострадать.

Хозяин приказал верблюду как-то,

Чтоб тот исполнил танец перед ним.

Верблюд сказал: «Хожу я неуклюже,

Неужто буду в танце я другим?!»

Не стоит верблюда о танце просить,

Ну, разве хотите себя рассмешить!

Один орешник у дороги рос

И был на редкость очень плодовит,

Плоды его камнями все сбивали,

Их на дороге множество лежит.

Как принесёт плодов, стонать он начинает:

«Несчастный я! Сам боль себе ращу!

Не будь плодов, камнями бы не били,

Чем больше их, тем больше получу!»

Не только злое люди страдают,

И за добро порой побивают.

Одна лисица львицу попрекала

За то, что та рожает одного,

Ей львица возразила: «Это ль важно?

Неважно сколько, важно ведь кого!

Рожаю одного, но льва!

А потому, нисколько не жалею!

Рожаешь лис, гордиться чем тут можно?!

Ну, разве плодовитостью своею!»

Достоинство количества ценней

Не только у зверей, и у людей.

Однажды ягнёнок, спасаясь от волка,

В храм забежал, волк же в храм не вошёл –

Боялся людей, те волков не любили,

Иначе б вошёл и ягнёнка нашёл.

Выманить вздумал ягнёнка из храма,

Страшные вещи стал говорить:

Жрец, мол, поймает, жертвою станешь…

Но тот, хоть и страшно, не стал выходить,

Волку сказал: «Выходить я не стану,

Уж если погибну, погибну я здесь!

Жертвою Богу лучше я буду!

Стать жертвой твоей, какая в том честь?!»

Коль смерть неизбежна, с честью умри,

Себя не сберечь – честь сбереги!

Осёл и мул шли вместе по дороге,

Тяжёлый груз безропотно несли.

Но стал осёл ворчать и возмущаться,

Узнав, что с равным грузом оба шли.

«Скажи мне, мул, ну разве справедливо:

Несу я груз такой же как и ты,

А корму получу в два раза меньше?

Отдал бы ты мне часть своей еды!»

Мул промолчал, как будто бы не слышал,

На споры силы тратить не хотел.

Ослу словами разве что докажешь?

А потому до времени терпел.

На полпути осёл наш обессилел,

Хозяин, видя то, ему помог:

Часть ноши перебросил он на мула,

Лишь только так идти тот дальше мог.

Когда ж осёл настолько обессилел,

Что даже так идти уже не мог,

Хозяин всё на мула перебросил,

Без ноши лишь дойти до дома смог.

Придя домой, без ноши, у кормушки,

Мул у осла спросил: «Ну что, осёл,

Неужто должен я с тобой делиться,

Я с грузом путь – ты налегке прошёл?!»

Не по началу суди, по исходу,

Не всякое дело решается с ходу.

Птицелов и куропатка

Однажды к птицелову в поздний час

Усталый и голодный гость пришёл.

Пастель была, но не было еды,

Ни крошки птицелов тот не нашёл.

Вот и решил он гостя угостить

Своею куропаткою ручной.

Не для еды держал – для ловли птиц.

Была б еда, осталась бы живой.

Когда та поняла, что он задумал,

Сказала птицелову: «Как же так?

Я многих куропаток заманила,

Их предала, неужто то пустяк?!»

«Нет, не пустяк, – ответил птицелов, —

За то охотнее зарежу я тебя!

Не пожалела родичей своих!

В погибели своей вини себя!»

Никто не любит тех, кто предаёт,

Пусть даже и полезен будет тот.

По две сумы дал людям Прометей,

Когда из глины вылепил людей,

Пороки в них носить были должны,

Но, спросите, зачем же две нужны?

В одну пороки складывать свои,

В другую же – чужие. Вот зачем!

Их сам повесил людям Прометей,

Повесив же, сказал: «Достались всем!

Пускай в суме, что за спиной весит,

Свои пороки носят лишь они,

А в той, что спереди у них на животе,

Носить чужие только лишь должны!»

Вот почему бросаются в глаза

Пороки те, что спереди висят,

Свои ж увидеть людям тяжело,

В суме, что за спиной, они лежат.

Не смысля ничего в делах своих,

Пекутся люди часто о чужих.

Увидел как-то спящую змею червяк

И завидно ему вдруг очень стало.

Змея большая, он же невелик.

Вчера хватало, а сегодня мало!

Пока она спала, он рядом лёг,

Растягиваться стал и надуваться,

Но лопнул от натуги тот червяк.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Две сумы. Басни Эзопа в стихах

Диоген в дороге

Беда случилась как-то с Диогеном:

Идя дорогой, вышел он к реке.

Река разлилась, было половодье,

А киник шёл без денег, налегке.

Кто ж нищего через реку переправит,

За всякий труд ведь надобно платить,

У Диогена ж пищи даже нету,

А реку старику не переплыть?

Что делать? Неужель идти обратно?

Моста ведь через реку рядом нет,

К тому же вечер, солнце скоро сядет,

Где ж, на ночь глядя, раздобыть монет?

Один из перевозчиков чрез реку

Увидел замешательство его,

Подплыл и молча даром переправил,

Как будто то не труд был для него.

«О, бедность! Проклинаю я тебя! –

Кричало сердце киника тогда, –

Нет, не за труд хотел бы заплатить,

Достойна воздаянья доброта!»

Пока он мыслил так и бедность проклинал,

Другого перевозчик перевёз,

Тот тоже беден был, как Диоген,

Как Диоген, пустую сумку нёс.

Увидев это, Диоген сказал:

«Нет больше благодарности во мне!

Разумный выбор в людях я ценю,

Но то, смотрю, не ведомо тебе!»

Ценность поступков не только в труде,

Внимательным будь и к доброте.

Диоген и плешивый

Ругал плешивый как-то Диогена,

Философ же в ответ ему сказал:

«Ругать тебя, как ты меня, не стану,

Похожим на тебя тогда бы стал.

А похвалить могу, хвалы достоин!

Верней, не ты, а волосы твои!

Дурную голову они терпеть не стали,

Повылезли, смотрю, из головы!»

Ссору не стоит с людьми затевать,

Можешь и сам от неё пострадать.

Хозяин приказал верблюду как-то,

Чтоб тот исполнил танец перед ним.

Верблюд сказал: «Хожу я неуклюже,

Неужто буду в танце я другим?!»

Не стоит верблюда о танце просить,

Ну, разве хотите себя рассмешить!

Один орешник у дороги рос

И был на редкость очень плодовит,

Плоды его камнями все сбивали,

Их на дороге множество лежит.

Как принесёт плодов, стонать он начинает:

«Несчастный я! Сам боль себе ращу!

Не будь плодов, камнями бы не били,

Чем больше их, тем больше получу!»

Не только злое люди страдают,

И за добро порой побивают.

Одна лисица львицу попрекала

За то, что та рожает одного,

Ей львица возразила: «Это ль важно?

Неважно сколько, важно ведь кого!

Рожаю одного, но льва!

А потому, нисколько не жалею!

Рожаешь лис, гордиться чем тут можно?!

Ну, разве плодовитостью своею!»

Достоинство количества ценней

Не только у зверей, и у людей.

Однажды ягнёнок, спасаясь от волка,

В храм забежал, волк же в храм не вошёл –

Боялся людей, те волков не любили,

Иначе б вошёл и ягнёнка нашёл.

Выманить вздумал ягнёнка из храма,

Страшные вещи стал говорить:

Жрец, мол, поймает, жертвою станешь…

Но тот, хоть и страшно, не стал выходить,

Волку сказал: «Выходить я не стану,

Уж если погибну, погибну я здесь!

Жертвою Богу лучше я буду!

Стать жертвой твоей, какая в том честь?!»

Коль смерть неизбежна, с честью умри,

Себя не сберечь – честь сбереги!

Осёл и мул шли вместе по дороге,

Тяжёлый груз безропотно несли.

Но стал осёл ворчать и возмущаться,

Узнав, что с равным грузом оба шли.

«Скажи мне, мул, ну разве справедливо:

Несу я груз такой же как и ты,

А корму получу в два раза меньше?

Отдал бы ты мне часть своей еды!»

Мул промолчал, как будто бы не слышал,

На споры силы тратить не хотел.

Ослу словами разве что докажешь?

А потому до времени терпел.

На полпути осёл наш обессилел,

Хозяин, видя то, ему помог:

Часть ноши перебросил он на мула,

Лишь только так идти тот дальше мог.

Когда ж осёл настолько обессилел,

Что даже так идти уже не мог,

Хозяин всё на мула перебросил,

Без ноши лишь дойти до дома смог.

Придя домой, без ноши, у кормушки,

Мул у осла спросил: «Ну что, осёл,

Неужто должен я с тобой делиться,

Я с грузом путь – ты налегке прошёл?!»

Не по началу суди, по исходу,

Не всякое дело решается с ходу.

Читайте также:  Басня Эзопа Зевс и Лисица

Птицелов и куропатка

Однажды к птицелову в поздний час

Усталый и голодный гость пришёл.

Пастель была, но не было еды,

Ни крошки птицелов тот не нашёл.

Вот и решил он гостя угостить

Своею куропаткою ручной.

Не для еды держал – для ловли птиц.

Была б еда, осталась бы живой.

Когда та поняла, что он задумал,

Сказала птицелову: «Как же так?

Я многих куропаток заманила,

Их предала, неужто то пустяк?!»

«Нет, не пустяк, – ответил птицелов, —

За то охотнее зарежу я тебя!

Не пожалела родичей своих!

В погибели своей вини себя!»

Никто не любит тех, кто предаёт,

Пусть даже и полезен будет тот.

По две сумы дал людям Прометей,

Когда из глины вылепил людей,

Пороки в них носить были должны,

Но, спросите, зачем же две нужны?

В одну пороки складывать свои,

В другую же – чужие. Вот зачем!

Их сам повесил людям Прометей,

Повесив же, сказал: «Достались всем!

Пускай в суме, что за спиной весит,

Свои пороки носят лишь они,

А в той, что спереди у них на животе,

Носить чужие только лишь должны!»

Вот почему бросаются в глаза

Пороки те, что спереди висят,

Свои ж увидеть людям тяжело,

В суме, что за спиной, они лежат.

Не смысля ничего в делах своих,

Пекутся люди часто о чужих.

Увидел как-то спящую змею червяк

И завидно ему вдруг очень стало.

Змея большая, он же невелик.

Вчера хватало, а сегодня мало!

Пока она спала, он рядом лёг,

Растягиваться стал и надуваться,

Но лопнул от натуги тот червяк.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Басня Эзопа Диоген в дороге

ЭЗОПОВЫ БАСНИ на русском. ( html ; htm ; php ).

AESOP’S FABLES. (Chambry edition) ( greek ).

AESOP’S FABLES (translated by Laura Gibbs, 2002) – ( eng ).

Что же до самих басен, то Эзоп не был, конечно, основателем жанра. Басня встречается уже в творчестве Гесиода, Архилоха, Симонида. Однако, Эзоп являлся наиболее последовательным и плодовитым представителем этого жанра. И этому, как ни странно, должно было способствовать именно рабское положение Эзопа, который не имел досуга для написания литературных произведений более высоких жанров – однако, беспрепятственно мог черпать сюжеты басен из мудрости окружающего его простого народа. Рабское же положение, по-видимому, способствовало и необыкновенной популярности басен Эзопа, мудрость и рассудительность которого представлялась, с одной стороны, более доступной, с другой стороны, достаточно экзотической в сравнении с рафинированной философией профессиональных мудрецов.

Есть основание предполагать, что в эпоху Аристофана (конец V в.) в Афинах был известен письменный сборник Эзоповых басен, по которому учили детей в школе; «ты невежда и лентяй, даже Эзопа не выучил!», говорит у Аристофана, одно действующее лицо [2] . Возможно, первые попытки литературной обработки басен Эзопа предпринял Сократ [3] .

Однако, наиболее последовательным собирателем и издателем эзоповых басен был Деметрий Фалерский. Начало его работы по разысканию и систематизации басен Эзопа, скорее всего, относится к 301/300 г. до н.э, когда пребывая изгнанником в Беотии, Деметрий Фалерский подобно бывшему тирану Сиракуз Дионисию [4] , по-видимому, был принужден зарабатывать на жизнь в том числе и учительством. Вероятно, в числе учебных текстов, используемых Деметрием Фалерским в своей педагогической деятельности, присутствовали и басни Эзопа. В этом своем преподавательском приеме Деметрий следовал, с одной стороны, уже сложившейся афинской традиции, о которой было сказано выше, с другой, – наследовал интересам своих учителей Феофраста и Аристотеля, а через них – Платона и Сократа.

Но гораздо более глубокий и профессиональный интерес к басням Эзопа возник у Деметрия Фалерского, скорее всего, в Египте, куда он прибыл ко двору Птолемея I Сотера в качестве советника царя и воспитателя наследника престола Птолемея Керавна. Это предположение косвенно подтверждает тот факт, что другой сборник эзоповых басен принадлежал философу Стратону, который прибыл в Александрию в одно время с Деметрием Фалерским, и был приставлен учителем к другому сыну царя Птолемею Филадельфу, который впоследствии и унаследовал Египетский престол. По-видимому, наставление как грамматике, так и нравственным правилам посредством изучения басен Эзопа являлось общим для обоих учителей наследников Птолемея Сотера.

Другая причина интереса Деметрия Фалерского к басням Эзопа могла состоять в том, что Птолемей Сотер, который старался сохранить лучшие из традиций Александра Великого, скорее всего поддерживал обычай ученика Аристотеля собирать друзей, часть ночи проводя за беседой и слушанием каких-либо рассказов [5] . А поскольку наиболее подходящими для этого и по своей занимательности, и по нравоучительности были именно басни Эзопа, то Деметрию Фалерскому как великому оратору, лучшему знатоку Эзопа, да и как самому образованному человеку в окружении царя, видимо, нередко приходилось выступать и в качестве поставщика литературного материала, и, возможно, в роли рассказчика.

Однако, более всего интересу Деметрия Фалерского к басням Эзопа способствовало, по-видимому, создание в 295 г. до н.э. Александрийской библиотеки. А поскольку Деметрий являлся не только инициатором создания библиотеки, но и ее первым руководителем, который поставил своей целью собрать, по возможности, все книги мира – то, вероятно, именно в эти годы им и было осуществлено полное собрание эзоповых басен, о котором мы знаем от Диогена Лаэртского, которое, по имеющимся сведениям, состояло из десяти книг, и было утрачено после IX в. н.э.

Конечно, не все басни, вошедшие в собрание, принадлежали Эзопу. По-видимому, Эзопу приписывались также и тексты, к которым он не имел ни малейшего отношения. Происходило это, конечно, вследствие огромной популярности личности Эзопа; еще при его жизни практически всякое сочинение, написанное в форме басни, связывалось народной молвой с его именем. Впрочем, и после смерти Эзопа под его именем создавались басни, которые, с одной стороны, подражали текстам фригийского баснописца, с другой, – черпая из того же источника народной мудрости и повседневной народной жизни, что и сам Эзоп, естественно вписывались в ранее созданную жанровую форму. Поэтому в настоящее время едва ли представляется возможным выделить из обширного корпуса «эзоповых» басен те, которые принадлежат самому Эзопу, а не его подражателям, последователям или предшественникам.

Вероятно, эти сложности идентификации подлинных сочинений Эзопа существовали уже в III в. до н.э. Скорее всего, их вполне осознавал и Деметрий Фалерский, который имел богатый опыт распознания подлинных текстов в период создания основного фонда Александрийской библиотеки, в том числе – и опыт текстуальной критики гомеровских поэм. Сейчас невозможно сказать, использовал ли Деметрий критерий подлинности при группировке эзоповых басен в сборники. Однако, совершенно ясно, что в эти сборники им абсолютно сознательно были включены и те тексты, которые попросту не могли принадлежать баснописцу YI в. до н.э. При этом, вероятно, Деметрием включалось в сборники большинство сочинений, соответствовавших критериям мировоззренческой близости и жанровой общности текстам «эзоповой басни». По-видимому, самым важным при составлении сборников «Эзоповых басен» Деметрий полагал даже не аутентичность текстов (в отличие от оценки поэм Гомера), но именно воспитательную ценность произведения.

Именно поэтому Деметрий Фалерский выступал здесь, вероятно, не только в роли собирателя, исследователя и издателя «эзоповых басен» – но также и в качестве автора некоторых из них. В качестве примера одного из текстов, который мог быть написан Деметрием Фалерским можно назвать басню «Оратор Демад».

Оратор Демад говорил однажды перед народом в Афинах, но слушали его невнимательно. Тогда он попросил позволения рассказать народу Эзопову басню. Все согласились, и он начал: “Деметра, ласточка и угорь шли по дороге. Очутились они на берегу реки; ласточка через нее перелетела, а угорь в нее нырнул. ” И на этом замолк. ” А что же Деметра?” – стали все его спрашивать. ” А Деметра стоит и гневается на вас, – отвечал Демад, – за то, что Эзоповы басни вы слушаете, а государственными делами заниматься не хотите”.
Так среди людей неразумны те, кто пренебрегают делами необходимыми, а предпочитают дела приятные.

(Оратор Демад. Басни основного эзоповского сборника, 63).

Даже при первом беглом рассмотрении ясно, что Эзоп, живший в YI в. до н.э. не мог знать и писать об афинском ораторе конца IY в. до н.э. Едва ли можно считать высокой и вероятность того, что составить эту басню мог автор, живший позднее III в. до н.э., поскольку фигура Демада не была широко известна в последующие столетия, и даже Цицерон (106 – 43 г.г. до н.э.) не знал уже никаких сочинений Демада. Наиболее вероятным автором этой басни представляется именно Деметрий Фалерский, для которого Демад был не только современником – но человеком с которым Деметрий был близко знаком, придерживался общих политических убеждений, а также восхищался стилем его речей, о чем сам Деметрий говорит в книге «О риторике» [6] .

Но если невозможность написания Эзопом басни о Демаде вполне ясна нам – то еще в большей степени это было очевидно современникам Деметрия Фалерского, включая и первых читателей и слушателей собрания «Эзоповых басен», каковыми, по-видимому, являлись семья и окружение Птолемея I Сотера, а также сотрудники Александрийской библиотеки и Музейона. Поэтому следует говорить о том, что в данном конкретном случае Деметрий Фалерский намеренно пользуется обнажением литературного приема – быть может, имея стремление вызвать тот же недоуменный вопрос у своего слушателя, который возникает у афинских граждан, слушающих Демада, посреди развлечения – дабы от шутливых поучений перейти к серьезным наставлениям настоящих и будущих властителей престола о сути царской власти, смысле и ответственности человеческого существования, а также – непредсказуемости и переменчивости судьбы.

Приблизительно по той же схеме, что и басня «Оратор Демад», выстроены и некоторые другие тексты, где упоминаются конкретные исторические персонажи IY – III в.в. до н.э. – “Демосфен и Афиняне”, “Деметрий и Менандр”, в которой, по справедливому замечанию Лауры Гиббс, Федр перепутал Деметрия Фалерского с его соименником и антиподом Деметрием Полиоркетом. Принадлежность этих текстов перу Деметрия Фалерского также весьма вероятна.

Но поскольку гораздо более важным, нежели фабула басни, Деметрию представлялся моральный урок, который из басни следовал – то, пожалуй, именно, в строках моральных наставлений, сопровождающих басни, следы пера Деметрия Фалерского присутствуют гораздо в большей степени, нежели в расхожих сюжетах. Во всяком случае, совершенно очевидно, что очень многие из наставлений имеют совершенно определенную связь с жизненными перипетиями, а также учением и мировоззрением Деметрия Фалерского.

Приведем лишь самые характерные примеры.

Волки хотели напасть на стадо овец, но никак это им не удавалось, потому что овец сторожили собаки. Тогда решили они добиться своего хитростью и послали к овцам послов с предложением выдать собак: ведь из-за них-то и пошла вражда, и если их выдадут, то меж волками и овцами водворится мир. Овцы не подумали, что из этого получится, и выдали собак. И тогда волки, оказавшись сильнее, без труда расправились с беззащитным стадом.
Так и государства, которые без сопротивления выдают народных вождей, незаметно для себя становятся вскоре добычей врагов.

(Волки и овцы. Басни основного эзоповского сборника, 153).

Один богач выкармливал гуся и лебедя, но с разной целью: гуся – для стола, лебедя – ради пения. А когда пришло время принять гусю ту участь, для которой его растили, была ночь, и нельзя было распознать, который кто: и вместо гуся схватили лебедя. Но запел лебедь, почуяв смерть, и пение это обнаружило его природу и спасло от гибели.
Басня показывает, что часто дары Муз помогают избегнуть гибели.

(Лебедь , Басни из рукописей младшей редакции, 277).

В первом случае очевидно совпадение выводов басни с обстоятельствами политической борьбы в Афинах в период от смерти Александра Македонского до прихода к власти Деметрия Фалерского, а также с обстоятельствами свержения Деметрия Фалерского в 307 г. до н. э. его соперником Деметрием Полиоркетом. Во втором случае мы видим сходство с переменами в судьбе отрешенного от власти Деметрия Фалерского, которые благодаря своим литературным и ораторским талантам был приглашен ко двору Птолемея Сотера.

А вот наиболее яркий пример близости моральных наставлений басен с мировоззрением Деметрия Фалерского.

Мальчик-вор и его мать

Мальчик в школе украл у товарища дощечку и принес матери. А та не только его не наказала, но даже похвалила. Тогда в другой раз он украл плащ и принес ей, а она приняла это еще охотнее. Время шло, мальчик стал юношей и взялся за кражи покрупнее. Наконец, поймали его однажды с поличным и, скрутив локти, повели на казнь; а мать шла следом и колотила себя в грудь. И вот он сказал, что хочет что-то шепнуть ей на ухо; подошла она, а он разом ухватил зубами и откусил ей кусок уха. Стала мать корить его, нечестивца: мало ему всех его преступлений, так он и родную мать еще увечит! Перебил ее сын: “Кабы наказала ты меня, когда я в первый раз принес тебе краденую дощечку, – не докатился бы я до такой судьбы и не вели бы меня сейчас на смерть”.
Басня показывает: если не наказать вину в самом начале, она становится все больше и больше.

Читайте также:  Басня Эзопа Потерпевший кораблекрушение

Здесь мы видим полную смысловую цитату из сочинения «О стиле» [7] , в котором Деметрий говорит: «…постепенно мы проникаемся важностью мысли, что маленькие проступки открывают дорогу большим преступлениям. И потому за малые прегрешения следует наказывать не меньше, чем за большие. Мы могли бы привести здесь пословицу: «Начало – половина дела». Она как раз говорит об этом малом зле, вернее, о том, что зло малым не бывает» (§122).

Но что нового могут сообщить нам эти «следы» Деметрия Фалерского, кроме того, что Деметрий и в самом деле являлся собирателем басен Эзопа?

Пожалуй, эти «следы» совершенно определенно свидетельствуют о том, что Деметрий Фалерский оставляет эти следы не случайно. По-видимому, опыт работы с древними рукописями при составлении основного фонда Александрийской библиотеки недвусмысленно указал Деметрию Фалерскому на все те сложности, которые испытывает исследователь при попытке определить истинного автора той или иной рукописи. Будучи весьма плодовитым писателем, Деметрий Фалерский в совершенной ясности разума предвидел подобные же проблемы и в отношении своих собственных книг, авторство которых он хотел оставить за собой навсегда. Именно поэтому, не уповая черезмерно на имя, надписанное в начале, в конце ли книги – Деметрий оставляет в текстах им созданных произведений указания на факты собственной биографии, явно или скрытно цитирует мысли, изречения, догадки, уже высказанные ранее в других своих текстах.

Именно они – эти факты биографии, мысли, изречения и догадки, в полном соответствии с первоначальным намерением автора, дают возможность и через две с лишним тысячи лет установить имя подлинного автора тех книг, принадлежность которых Деметрию Фалерскому с некоторого времени оспаривается. Именно эта россыпь позволяет определить принадлежность перу Деметрия Фалерского книг, которые долгое время считались анонимными или приписывались почти мифическим персонажам.

Однако, усматривать в этих приемах дополнительной маркировки текста всего лишь гипертрофированное авторское тщеславие или даже черезмерную пунктуальность филолога и библиотекаря было бы чересчур поспешно и однобоко. Конечно, оба вышеназванных явления в той или иной мере присутствуют в характере и текстах Деметрия Фалерского. Но здесь мы, пожалуй, имеем дело с гораздо более серьезными побуждениями автора, а именно – с почти пророческой одержимостью философа, законодателя, властителя, воспитателя, передав свой богатый опыт и свою мудрость, сделаться воспитателем всех грядущих за ним поколений.

Логика здесь совершенно очевидна. Богатство, которым только владеешь, но не пользуешься –это потеря [8] : и для владельца сокровища и для тех, кого богатей таким образом лишает утаенного сокровища навсегда. Богатым человека делает только то, без чего он попросту не может существовать, то чем он занят ежесекундно, его дело .

А наградой одержимцу, который пишет послание человечеству, может стать только этот нацеленный в будущее текст.

[1] В «Истории» Геродота (кн. 2, 134) читаем: Кроме того, Родопис жила во времена царя Амасиса, а не при Микерине, т. е. много поколений позднее строителей этих пирамид. Родопис происходила из Фракии и была рабыней одного самосца, Иадмона, сына Гефестополя. Вместе с ней рабом был и баснописец Эзоп. Ведь и он принадлежал Иадмону, что особенно ясно вот из чего: когда дельфийцы по повелению божества вызывали через глашатая, кто желает получить выкуп за убиение Эзопа, то никто не явился, кроме внука Иадмона, которого также звали Иадмоном. Он и получил выкуп. Стало быть, Эзоп принадлежал тому Иадмону.

[2] См. статью Эзоп в Энциклопедии Брокгауза и Эфрона.

[4] См. Деметрий. О стиле. В книге : Античные риторики. Под ред. А.А. Тахо-Годи. – М., из-во МГУ, 1978.

Басни

Басня показывает, что трудные обстоятельства со временем сами собой делаются легче.

25. Зимородок

Зимородок — это птичка, которая любит уединение и всегда живет в море; и чтобы укрыться от птицеловов, она, говорят, вьет себе гнездо в прибрежных скалах. И вот, когда пришла ей пора нести яйца, она залетела на какой-то мыс, высмотрела себе над морем утес и свила там гнездо. Но однажды, когда она вылетела на добычу, море от сильного ветра разбушевалось, доплеснуло до самого гнезда, залило его, и все птенцы потонули. Вернулась птичка, увидела, что случилось, и воскликнула: «Бедная я, бедная! Боялась я опасности на суше, искала прибежища у моря, а оно оказалось еще того коварнее».

Так и некоторые люди, опасаясь врагов, неожиданно страдают от друзей, которые много опаснее.

26. Рыбак

Рыбак ловил рыбу в реке. Он растянул свой невод, чтобы перегородить течение от берега до берега, а потом привязал к веревке камень и стал им бить по воде, пугая рыбу, чтобы та, спасаясь бегством, неожиданно попадалась в сети. Кто-то из местных жителей увидал его за таким занятием и стал его бранить за то, что он мутит реку и не дает им пить чистую воду. Ответил рыбак: «Но ведь если бы не мутил я реку, то пришлось бы мне с голоду помереть!»

Так и демагогам в государствах тогда живется лучше всего, когда им удается завести в отечестве смуту.

27. Лисица и маска

Лиса забралась в мастерскую лепщика и обшарила все, что там было. И тут ей попалась трагическая маска. Подняла ее лисица и сказала: «Какая голова, а мозгу в ней нет!»

Басня относится к человеку, который телом величествен, а душой неразумен.

28. Обманщик

Один бедняк занемог и, чувствуя себя совсем дурно, дал обет богам принести им в жертву гекатомбу, ежели они его исцелят. Боги пожелали его испытать и тотчас послали ему облегчение. Встал он с постели, но так как настоящих быков у него не было, слепил он сотню быков из сала и сжег на жертвеннике со словами: «Примите, о боги, мой обет!» Решили боги воздать ему обманом за обман и послали ему сон, а во сне указали пойти на берег моря — там он найдет тысячу драхм. Человек обрадовался и бегом побежал на берег, но там сразу попался в руки разбойников, и они увезли его и продали в рабство: так и нашел он свою тысячу драхм.

Басня относится к человеку лживому.

29. Угольщик и сукновал

Угольщик работал в одном доме; подошел к нему сукновал, и, увидев его, угольщик предложил ему поселиться тут же: друг к другу они привыкнут, а жить под одной крышей им будет дешевле. Но возразил на это сукновал: «Нет, никак это для меня невозможно: что я выбелю, ты сразу выпачкаешь сажею».

Басня показывает, что вещи несхожие несовместимы.

30. Потерпевший кораблекрушение

Один богатый афинянин вместе с другим плыл по морю. Поднялась страшная буря, и корабль перевернулся. Все остальные пустились вплавь, и только афинянин без конца взывал к Афине, обещая ей бесчисленные жертвы за свое спасение. Тогда один из товарищей по несчастью, проплывая мимо, сказал ему: «Афине молись, да сам шевелись».

Так и нам следует не только молиться богам, но и самим о себе заботиться.

31. Человек с проседью и его любовницы

У человека с проседью было две любовницы, одна молодая, другая старуха. Пожилой было совестно жить с человеком моложе ее, и потому всякий раз, как он к ней приходил, она выдергивала у него черные волосы. А молодая хотела скрыть, что ее любовник — старик, и вырывала у него седину. Так ощипывали его то одна, то другая, и в конце концов он остался лысым.

Так повсюду неравенство бывает пагубно.

32. Убийца

Некий человек совершил убийство, и родственники убитого его преследовали. Он прибежал к реке Нилу, но тут столкнулся с волком. В страхе он забрался на дерево, нависшее над рекой, и спрятался на нем, но увидел змею, которая там раскачивалась. Тогда он бросился в воду; но и тут подстерег его крокодил и сожрал.

Басня показывает, что для человека, запятнанного преступлением, ни земля, ни воздух, ни вода не будут убежищем.

33. Хвастливый пятиборец

Одного пятиборца земляки все время попрекали, что он трус. Тогда он на время уехал, а воротившись, стал хвастаться, что в других городах совершил он множество подвигов и на Родосе сделал такой прыжок, какого не делывал ни один олимпийский победитель; подтвердить это вам могли бы все, кто там были, если бы они приехали сюда. Но на это один из присутствующих ему возразил: «Дорогой мой, если ты правду говоришь, зачем тебе подтверждения? Вот тебе Родос, тут ты и прыгай!»

Басня показывает: если что можно доказать делом, то на это незачем тратить слова.

34. Человек, обещающий невозможное

Один бедняк занемог и почувствовал себя совсем дурно; врачи от него отступились; и тогда он взмолился к богам, обещая принести им гекатомбу и пожертвовать богатые дары, если выздоровеет. Жена его, оказавшись поблизости, спросила: «Да на какие же деньги ты это сделаешь?» — «Неужели ты думаешь, — ответил он, — что я стану выздоравливать лишь затем, чтобы боги с меня это потребовали?»

Басня показывает, что люди легко обещают на словах то, чего и не думают выполнить на деле.

35. Человек и сатир

Говорят, что когда-то человек с сатиром решили жить в дружбе. Но вот пришла зима, стало холодно, и стал человек дышать себе на руки, поднося их к губам. Спросил его сатир, зачем он это делает; ответил человек, что так он согревает руки в стужу. Потом сели они обедать, а еда была очень горячая; и стал человек брать ее понемножку, подносить к губам и дуть. Снова спросил сатир, что это он делает, и ответил человек, что так он охлаждает кушанье, потому что ему слишком горячо. Сказал тогда сатир: «Нет, приятель, не быть нам с тобой друзьями, если у тебя из одних и тех же губ идет и тепло и холод».

Так и мы должны остерегаться дружбы тех, кто ведет себя двулично.

36. Коварный

Некий коварный человек побился с кем-то об заклад, что покажет, как лживы предсказания дельфийского оракула. Он взял в руки воробья, прикрыл его плащом, вошел в храм и, став против оракула, спросил, что он держит в руке — живое или неживое? Если ответ будет: «Неживое» — он хотел показать живого воробья; если: «Живое» — задушить его и показать мертвого. Но бог понял его злой умысел и сказал: «Полно, голубчик! ведь от тебя самого зависит, живое оно или неживое».

Басня показывает, что божество обмануть невозможно.

37. Слепец

Один человек незрячий умел про каждое животное, которое ему давали в руки, на ощупь угадать, что это такое. И вот однажды ему подложили волчонка; он его ощупал и сказал, раздумывая: «Не знаю, чей это детеныш — волка, лисицы или еще какого подобного животного, — и одно только знаю: в овечье стадо его лучше не пускать».

Так свойства дурных людей часто бывают видны и по их наружности.

38. Пахарь и волк

Пахарь распряг волов и погнал их на водопой. А голодный волк в поисках поживы набрел на брошенный плуг, стал лизать бычье ярмо, потом понемногу, сам того не замечая, просунул в него голову и, не в силах высвободиться, поволок плуг по пашне. Вернулся пахарь, увидел его и воскликнул: «Зловредная ты тварь! вот кабы ты на самом деле забросил разбой и грабеж и взялся бы вместо этого за землепашество. »

Ссылка на основную публикацию