Басня Эзопа Голодные собаки

АФОРИЗМЫ ЦИТАТЫ ВЫСКАЗЫВАНИЯ ИЗРЕЧЕНИЯ

Навигация по сайту

Новое на сайте

Объявления

Реклама

Басни Эзопа:
Гиена и лисица.
Гиены.
Голодные собаки.
Голубка и ворона.
Голубь, который хотел пить.
Гранатовое дерево, яблоня и терновник.
Гуси и журавли.
Гусыня, несущая золотые яйца.
Два жука.
Два петуха и орел.

Гиена и лисица

Говорят, что гиены каждый год меняют свой пол и становятся то самцами, то самками. И вот однажды гиена, встретив лисицу, стала ее корить: она, гиена, хочет стать ей подругой, а лисица ее отвергает. Но та ответила: “Не меня кори, а свою породу – из-за нее не могу я знать даже, будешь ли ты мне подругой или другом.
Против человека двуличного.

Гиены
Говорят, что гиены каждый год меняют свой пол и становятся то самцами, то самками. И вот однажды гиена-самец полезла к самке недолжным образом. Но та ответила: “Делай что хочешь, любезный, но скоро я с тобой буду делать что захочу”.
Так выборному чиновнику может сказать его преемник, если тот его обидит.

Голодные собаки
Голодные собаки увидели в реке шкуры, которые там отмачивались, но не могли их достать и тогда сговорились сначала выпить воду, а потом уже добраться до шкур. Принялись они пить, но только лопнули, а до шкур не добрались.
Так иные люди в надежде на прибыль берутся за опасные труды, но скорее губят себя, чем добиваются желаемого.

Голубка и ворона
Голубка, откормленная в голубятне, хвасталась, как много у нее птенцов. Ворона, услыхав ее слова, сказала: “Перестань, любезная, этим хвастаться: чем больше будет у тебя птенцов, тем горше будешь ты оплакивать свое рабство”.
Так и среди рабов несчастнее всех те, кто в рабстве рождает детей.

Голубь, который хотел пить
Голубь, измученный жаждой, увидел картину, изображавшую чашу с водой, и подумал, что она настоящая. Он бросился к ней с громким шумом, но неожиданно наткнулся на доску и разбился: крылья его переломались, и он упал на землю, где и стал добычею первого встречного.
Так иные люди в порыве страсти берутся за дело опрометчиво и сами себя губят.

Гранатовое дерево, яблоня и терновник
Гранатовое дерево и яблоня спорили, у кого плоды лучше. Спорили они все жарче, пока терновник с ближней изгороди не услышал их и не объявил: “Перестанем, друзья: зачем нам ссориться!”
Так, когда лучшие граждане в раздоре, то даже люди ничтожные набираются важности.

Гуси и журавли
Гуси и журавли паслись на одном лугу. Вдруг появились охотники; легкие журавли взлетели в воздух, а гуси были грузные, замешкались и попались в плен.
Так и у людей: во время государственных смут бедняки, легкие на подъем, без труда спасаются из одного города в другой, а богачи от избытка имущества остаются и часто попадают в рабство.

Гусыня, несущая золотые яйца
Один человек особенно чтил Гермеса, и Гермес за это подарил ему гусыню, которая несла золотые яйца. Но у того не было терпения богатеть понемножку: он решил, что гусыня внутри вся из золота, и, недолго думая, зарезал ее. Но и в ожиданиях он обманулся, и яиц с этих пор лишился, потому что в гусыне он нашел одни потроха.
Мораль басни Гусыня, несущая золотые яйца: люди корыстолюбивые, льстясь на большее, теряют и то, что имеют.

Два жука
На островке пасся бык, а его навозом кормилась два жука. Когда наступила зима, один жук сказал другому: “Я хочу перелететь на берег, чтобы здесь тебе хватило корму; сам я перезимую там, а если найдется много еды, то и тебе принесу”. Перелетел жук на берег, нашел большую кучу свежего навоза и остался там кормиться. Прошла зима, и вернулся он на остров. Товарищ увидел, какой он жирный да крепкий, и стал его корить за то, что обещал, а ничего не принес. Жук отвечал: “Не меня брани, а природу: место было такое, что есть было можно, а унести нельзя”.
Эта басня относится к тем, кто ласков, пока речь идет лишь об угощениях, и бросает друга, когда нужно помочь чем-нибудь поважнее.

Два петуха и орел
Два петуха дрались из-за кур, и один другого побил. Побитый поплелся прочь и спрятался в темное место, а победитель взлетел в воздух, сел на высокую стену и закричал громким криком. как вдруг орел налетел и схватил его; а тот, который прятался в темноте, спокойно с этих пор стал владеть всеми курами.

От Эзопа до Крылова

В споминаем, какие сюжеты и мотивы объединяют басни Эзопа, Лафонтена и Ивана Крылова и как они трансформируются на пути из Древней Греции через Францию в Россию.

Уж сколько раз твердили миру.

Как писал Геродот, Эзоп был рабом, который получил свободу. Изобличая пороки своих господ, он не мог прямо называть их в баснях, поэтому наделял их чертами животных. Обладая образным мышлением, острым глазом и не менее острым языком, Эзоп создал художественный мир, в котором волки рассуждают, лисы подводят под свои неудачи философские объяснения, а муравьи озвучивают мораль. За авторством Эзопа сохранился сборник из 426 басен в прозе, который изучали в античных школах, а сюжеты его актуальных во все времена историй пересказывали многие баснописцы поздних эпох. Например, Жан де Лафонтен и Иван Крылов.

«Голодная Лиса пробралась в сад и на высокой ветке увидела сочную гроздь винограда. «Этого-то мне и надобно!» — воскликнула она, разбежалась и прыгнула один раз, другой, третий. но всё бесполезно — до винограда никак не добраться. «Ах, так я и знала, зелен он ещё!» — фыркнула Лиса себе в оправдание и заспешила прочь».

Лис-гасконец, а быть может, лис-нормандец (Разное говорят), Умирая с голоду, вдруг увидел над беседкой Виноград, такой зримо зрелый, В румяной кожице! Наш любезник был бы рад им полакомиться, Да не мог до него дотянуться И сказал: «Он зелен — Пусть им кормится всякий сброд!» Что ж, не лучше ли так, чем праздно сетовать?

Голодная кума Лиса залезла в сад; В нем винограду кисти рделись. У кумушки глаза и зубы разгорелись; А кисти сочные, как яхонты, горят; Лишь то беда, висят они высоко: Отколь и как она к ним ни зайдет, Хоть видит око, Да зуб неймет. Пробившись попусту час целой, Пошла и говорит с досадою: «Ну, что́ ж! На взгляд-то он хорош, Да зелен — ягодки нет зрелой: Тотчас оскомину набьешь».

Если верить тому, что Эзоп говорил.

Жан де Лафонтен выделил новый литературный жанр — басню, — чью фабулу он позаимствовал у античных авторов, в том числе у Эзопа. В 1668 году он выпустил «Басни Эзопа, переложенные в стихах г-ном де Лафонтеном». В баснях Лафонтена не было возвышенной морали: остроумные истории утверждали необходимость мудрого и невозмутимого отношения к жизни. Любимец придворных, попавший в немилость к Людовику ХIV, он писал басни в угоду покровительнице, герцогине Буйонской, и называл свои труды «пространной стоактной комедией, поставленной на мировой сцене».

Нес муравей сушить за свой порог зерна, Которые он на зиму запас с лета. Голодная цикада подошла близко И попросила, чтоб не умереть, корму. «Но чем же занималась ты, скажи, летом?» «Я, не ленясь, все лето напролет пела». Расхохотался муравей и хлеб спрятал: «Ты летом пела, так зимой пляши в стужу». (Заботиться важнее о своей пользе, Чем негой и пирами услаждать душу.)

Цикада летом пела, Но лето пролетело. Подул Борей — бедняжке Пришлось тут очень тяжко. Осталась без кусочка: Ни мух, ни червячочка. Пошла она с нуждою к соседушке своей. Соседку, кстати, звали мамаша Муравей. И жалобно Цикада просила одолжить Хоть чуточку съестного, хоть крошку, чтоб дожить До солнечных и теплых деньков, когда она, Конечно же, заплатит соседушке сполна. До августа, божилась, вернет проценты ей. Но в долг давать не любит мамаша Муравей. И этот недостаток, нередкий у людей, Был не один у милой мамаши Муравей. Просительнице бедной устроили допрос: — Что ж делала ты летом? Ответь-ка на вопрос. — Я пела днем и ночью и не хотела спать. — Ты пела? Очень мило. Теперь учись плясать.

Попрыгунья Стрекоза Лето красное пропела; Оглянуться не успела, Как зима катит в глаза. Помертвело чисто поле; Нет уж дней тех светлых боле, Как под каждым ей листком Был готов и стол, и дом. Всё прошло: с зимой холодной Нужда, голод настает; Стрекоза уж не поет: И кому же в ум пойдет На желудок петь голодный! Злой тоской удручена, К Муравью ползет она: «Не оставь меня, кум милой! Дай ты мне собраться с силой И до вешних только дней Прокорми и обогрей!» — «Кумушка, мне странно это: Да работала ль ты в лето?» Говорит ей Муравей. «До того ль, голубчик, было? В мягких муравах у нас Песни, резвость всякий час, Так, что голову вскружило». — «А, так ты. » — «Я без души Лето целое всё пела». — «Ты всё пела? это дело: Так поди же, попляши!

Чтоб заключить в коротких мне словах.

«Это истинный ваш род, наконец вы нашли его», — сказал Ивану Крылову известный баснописец своего времени Иван Дмитриев, прочитав первые два перевода Лафонтена, выполненные поэтом. Крылов был мастером простого и точного языка, был склонен к пессимизму и иронии — что всегда отражалось в его произведениях. Он тщательно работал над текстами басен, стремясь к лаконичности и остроте повествования, и многие крыловские «остроумия» до сих пор остаются крылатыми фразами.

Иван Крылов стал классиком русской литературы еще при жизни, прославившись не только переложениями Лафонтена, но и собственными оригинальными злободневными баснями, которыми поэт откликался на самые разные события в стране.

У ручейка ягненок с волком встретились, Гонимые жаждой. По теченью выше — волк, Ягненок ниже. Мучим низкой алчностью, Разбойник ищет повода к столкновению. «Зачем, —он говорит, — водою мутною Питье мне портишь?» Кудрошерстый в трепете: «Могу ли я такую вызвать жалобу? Ведь от тебя ко мне течет вода в реке». Волк говорит, бессильный перед истиной: «Но ты меня ругал, тому шесть месяцев». А тот: «Меня еще и на свете не было». — «Так, значит, это твой отец ругал меня», — И так порешив, казнит его неправедно. О людях говорится здесь, которые Гнетут невинность, выдумавши поводы.

Довод сильнейшего всегда наилучший: Мы это покажем немедленно: Ягненок утолял жажду В потоке чистой волны; Идет Волк натощак, ищущий приключений, Голод его в эти места влек. «Откуда ты такой храбрый, чтобы мутить воду? — Говорит этот зверь, полный ярости — «Ты будешь наказан за свою храбрость. — Сир, отвечает Ягненок, пусть Ваше Величество не гневается; Но пусть посмотрит, Но пусть посмотрит, Что я утоляю жажду В потоке, На двадцать шагов ниже, чем Ваше Величество; И поэтому никоим образом Я не могу замутить вашу воду. — Ты ее мутишь, сказал жестокий зверь, — И я знаю, что ты злословил обо мне в прошлом году. — Как я мог, ведь я еще не родился тогда? — Сказал Ягненок, — я еще пью молоко матери. — Если не ты, то твой брат. — У меня нет брата. — Значит, кто-то из твоих. Вы меня вообще не щадите, Вы, ваши пастухи и ваши собаки. Мне так сказали: мне надо отомстить. После этого, в глубь лесов Волк его уносит, а потом съедает, Без всяких церемоний.

У сильного всегда бессильный виноват: Тому в Истории мы тьму примеров слышим, Но мы Истории не пишем; А вот о том как в Баснях говорят. ___ Ягненок в жаркий день зашел к ручью напиться; И надобно ж беде случиться, Что около тех мест голодный рыскал Волк. Ягненка видит он, на добычу стремится; Но, делу дать хотя законный вид и толк, Кричит: «Как смеешь ты, наглец, нечистым рылом Здесь чистое мутить питье Мое С песком и с илом? За дерзость такову Я голову с тебя сорву». — «Когда светлейший Волк позволит, Осмелюсь я донесть, что ниже по ручью От Светлости его шагов я на сто пью; И гневаться напрасно он изволит: Питья мутить ему никак я не могу». — «Поэтому я лгу! Негодный! слыхана ль такая дерзость в свете! Да помнится, что ты еще в запрошлом лете Мне здесь же как-то нагрубил: Я этого, приятель, не забыл!» — «Помилуй, мне еще и отроду нет году», — Ягненок говорит. «Так это был твой брат». — «Нет братьев у меня». — «Taк это кум иль сват И, словом, кто-нибудь из вашего же роду. Вы сами, ваши псы и ваши пастухи, Вы все мне зла хотите И, если можете, то мне всегда вредите, Но я с тобой за их разведаюсь грехи». — «Ах, я чем виноват?» — «Молчи! устал я слушать, Досуг мне разбирать вины твои, щенок! Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать». — Сказал и в темный лес Ягненка поволок.

Басни Эзопа, стр. 8

Вернулся Пасечник, увидал пустые ульи, опечалился, стоит и смотрит.

Читайте также:  Басня Эзопа Осел и Цикады

Скоро вернулись пчелы со сбора меда и видят: ульи опрокинуты, а рядом Пасечник — стоит и смотрит. Накинулись они на Пасечника и давай жалить.

Обидно стало Пасечнику, и он крикнул:

— Неблагодарные вы твари! Вора отпустили с медом и ничего ему не сделали! А жалите меня, забыв, как я всегда заботился о вас!

Прежде чем кого-то жалить, подумай, виноват ли он в твоей беде.

Однажды Волк забрел на овсяное поле. Есть он овес, конечно, не собирался и поплелся было прочь, но тут повстречал Лошадь.

— Смотри, — Волк говорит, — какой овес! Ради тебя я не притронулся к нему. Готов послушать, как твои зубы будут хрустеть сочными стеблями.

Лошадь ему на это отвечает:

— Если бы Волки ели овес, любезный друг, едва ль ты стал бы тешить свой слух за счет желудка.

Отдать другому то, что самому не нужно — не велика заслуга.

Рыбак с дудочкой

Один Рыбак умел хорошо играть на дудочке. Вот пришел он к морю, расстелил на берегу невод и стал играть на дудочке. Услышат, думает, рыбы мою музыку, и сами из моря в невод попрыгают.

Долго он играл. И хоть бы одна рыбка показалась. Рассердился Рыбак, бросил дудочку и закинул невод в море. Вынул невод — а там полно рыбы.

Теснятся рыбы, в неводе не умещаются, выпрыгивают на берег. Рыбак им в сердцах и говорит:

— Я играл вам на дудочке, а вы не плясали. Я бросил дудочку — вы пляшете!

Не все будут плясать под твою дудку.

Он стал играть на дудочке.

Человек и Ласочка

Поймал однажды Человек Ласочку, которая рыскала по его дому, и собрался ее в бочке утопить.

— Неужели у тебя хватит духа меня сгубить? Вспомни, сколько я тебе пользы принесла — сколько наловила мышей и ящериц, разносивших в доме у тебя заразу, — и в благодарность сохрани мне жизнь!

— Да, ты мышей ловила, я не спорю, — ответил Человек. — Но кто мою птицу убивал? Кто мясо воровал? Нет-нет! Ты приносила больше вреда, чем добра, и потому умрешь.

Старайся делать побольше добра, чтоб искупить свои грехи.

Поймал Человек Ласочку.

Пошел Рыбак на реку, сеть поставил, привесил тяжелый камень на веревку и давай воду взбивать, чтоб рыбу в сеть загнать.

А неподалеку жил Крестьянин. Увидел он, что делает Рыбак, и говорит:

— Зачем ты воду мутишь? Такую пить нельзя.

— Прости за огорченье, — Рыбак ему в ответ. — Но, только мутя воду, я могу добыть себе пропитание.

Живи и жить давай другим.

Пошел Рыбак рыбу ловить.

Долго Собака гналась за Зайцем. Поймала его и давай кусать, а потом вдруг и лизнула.

Вот бедняга Заяц, не зная, как это понять, и говорит Собаке:

— Если ты друг — зачем кусаться? Если ты враг — зачем лизаться?

Уж лучше явный враг, чем лицемерный друг.

Гнала Собака Зайца.

Араб нагрузил Верблюда и спрашивает:

— Как тебе больше хочется идти — вверх или вниз?

Верблюд Арабу отвечает:

— А что? Прямой путь через пустыню запрещен?

Зачем делать вид, будто выбор есть, если нет его?

Араб навьючил своего Верблюда.

Осел в львиной шкуре

Нашел Осел львиную шкуру, надел на себя, прикинулся Царем Зверей и стал пугать глупцов, которые попадались на пути. Но вот встретилась ему Лиса. Он и ее попробовал пугнуть.

Но Лиса сказала:

— Когда я слышу львиный рык, тут я пугаюсь. А Осел, хоть в львиной шкуре, все по-ослиному ревет.

Умный не судит человека по одежке.

Он притворился Царем Зверей.

Раз увидала голодная Ворона Змею. Змея на солнышке лежала и спала. Ворона думает: вот мертвая Змея, и — хвать ее когтями.

Унесла она Змею в укромное местечко, чтобы полакомиться всласть. А Змея проснулась, подняла голову и ужалила Ворону.

Змея была ядовитая, укус ее смертельный. И умерла Ворона. А перед смертью сказать успела:

— Жестокая судьба! Я думала, что напала на счастливую находку, а нашла я лишь свою погибель!

Змея лежала и спала.

Нашли Собаки мертвого Льва и давай рвать его клыками. Шла мимо Лиса, увидела это и говорит:

— Вы думаете, что вы очень отважны? Да встреться вы нос к носу с живым Львом, вы б тотчас убедились, что его когти острей ваших клыков.

Легко глумиться над обессилевшим гигантом.

«Будь это живой Лев…»

Роза и Амарант росли в саду рядышком. Вот и говорит Амарант своей соседке Розе:

— Как я завидую твоей красе и аромату! Понятно, почему тебя так любят!

Но отвечала Роза с печалью в голосе:

— Ах, друг мой, я цвету недолго. Лепестки мои скоро вянут, опадают, и тогда гибну я сама. Твои ж невидные цветочки не вянут, даже когда их срежут, ибо ты вечнозеленое растение.

Срок красоты недолог.

Роза цвела рядом с Амарантом.

Позавидовала Галка Ворону — ведь люди его уважают, считая вещей птицей, предсказывающей судьбу.

И захотелось Галке, чтобы ее тоже уважали. И вот однажды, завидя путников, вспорхнула она на ветку и во все горло каркнула — ну прямо как ворон.

Испугались путники, решили, что это дурной знак, а потом один разглядел, что это Галка, и говорит другому:

— Пойдем, дружище. Бояться нечего, это всего лишь Галка, и крик ее ровно ничего не значит.

Будь самим собой, прикидываясь другим, только людей насмешишь.

Она вспорхнула и села на ветку.

Расплавил Скупец все свое золото в единый слиток, тот слиток — зарыл на поле и с тех пор что ни день ходил к тому месту, подолгу там сидел и радовался своему богатству.

Заметил один из слуг, куда хозяин ходит, подсмотрел за ним и разгадал его секрет. И однажды ночью пришел он в то место, откопал золото и взял себе.

Басни Эзопа

Я глубоко убежден, что греческий язык является производной частью пеласгийского (праславянского) языка. Греки, по сути дела, являющиеся представителями кавказских племен (колхи) захватили Балканский полуостров во II тыс. до н.э., где проживали до них пеласги. После продолжительных военных столкновений пеласги были вытеснены греками с Балкан и мигрировали в разные части света: Италию, Палестину, Восточную Европу. Но пеласги не исчезли совсем. Они ассимилировали с местными племенами в Италии и поменяли свое название на этрусков, умбров, осков. Значение пеласгов в развитии и становлении европейской культуры огромно и до сих пор не оценено по праву.

Пример греческого языка в славянском переводе – это перевод басен Изопа. Чтение древнегреческих текстов по методу Ильи Франка очень впечатляющий. Нигде, кроме басни важно при переводе уловить истинный смысл. Нам известно, что И.А. Крылов адаптировал басни Эзопа по-своему и, практически, сделал новую русифицированную трактовку.

Что касается самого Эзопа, то имя его скорее собирательное. Посмотрим, что говорит о нем БСЭ:

«Эзоп ( Aisopos », древнегреческий баснописец 6 века до н. э. По преданию Эзоп был финикийцем, вольноотпущенником, служил при дворе лидийского царя Креза и погиб насильственной смертью в Дельфах. Биографические сведения о нем легендарны. Ему приписывались сюжеты почти всех известных в античности басен. Краткие записи о них собираются с 3-4 вв. до н.э., в многочисленных поздних рукописях (10-15 вв.) сохранилось свыше 300 басен с краткими «моралями». Идейная концепция эзоповской басни скептична и пессимистична; персонажи (главным образом животные) откровенно условны; повествование сжато и прямолинейно; язык прост и близок к разговорному. Сюжеты Эзопа составили основной фонд сюжетов европейской лит. Басни от Федра и Бабрия до Ж. Лафонтена и И.А. Крылова».

Имя Эзоп ( aisopos ) в инверсии читается как posia – поза, позер, позорище, зрелище (слав.); позор – внимание (чешск.). Имя Эзоп – это собирательное название театрального представления, на котором актер (позер) читал древние притчи ό λόγος δηλοί ( gol biloi -слово или голос былого – былина) и все эти притчи говорились и писались на славянском языке !

Читайте также:  Басня Эзопа Беременная гора

Язык басен Эзопа действительно близок к разговорному, как упоминается в БЭС. Более того, этот язык басен в славянском переводе насыщен грубо-разговорной и ненормативной лексикой. Но что такое грубо-разговорный язык в современном понимании – это вульгарный, пошлый язык. А в переводе со славянского слово «вульгарный» означает «уличный говор», слово «пошлый» разве не «прошлый» ? Как понимали и говорили древние славяне не нам судить.

Что касается персонажей басен Эзопа, то выбор животных не случаен. Поскольку в баснях автор высмеивает человеческие слабости и, в основном, глупость, то частым персонажем в баснях Эзопа является лиса на пару с каким-либо другим животным. Почему лиса ? Потому что лиса в баснях Эзопа глупая – αλώπηξ ( alopiks / a – lopiks – не лобастая – слав.; [ g ] alopiks – глупая – слав.) в противоположность волку, который «лобастый», «умный» ( lupis – волк – лат., l о up – волк –франц.). Не путайте с lup – любимая (этр.). И по природе волк – одно из умнейших животных.

В русских сказках все наоборот: лиса умная, хитрая, «лиса –Патрикеевна», «лиса-кумушка». Волк же вечно голодный и глупый, «волк – зубами щелк». Почему произошла такая метаморфоза – это вопрос исследователям фольклора.

Илья Франк на примере басен предлагает свой метод изучения древнегреческого языка. Но нужно ли учить древнегреческий, вот в чем вопрос ?

В греческих текстах дремлет праславянский язык и переводы с помощью славянских языков наиболее точные и правдивые. И самое главное мы видим живое, ничем неподкупное славянское слово.

Сравните сами классические переводы басен Эзопа и переводы автора статьи.

ΓΥΝΗ ΚΑΙ ΟΡΝΙΣ

γυνή χήρα όρνιν έχουσα καθ̀ έκάστην ήμέραν ώόν

τίκτουσαν ύπέλαβεν, ότι, έάν πλείονα αύτη τρφήν

παραβάλη, καί δίς της ήμέρας τέξεται. καί δή τούτο

αύτης ποιούσης συνέβη τήν όρνιν πίονα γενομένην

μηκέτι μηδέ άπαξ τεκεί.»

ό λόγος δηλοί, ότι πολλοί τών άνθρώπων διά

πλεονεξίαν πριττοτέρων έπιθυμούντες καί τά παρόντα

Текст в классическом переводе по методу Ильи Франка

Женщина и птица

«Женщина вдова птицу имеющая, каждый день яйцо рождающую подумала, что если больше ей пищи будет давать и два в день будет рождать. [Когда] это она [начала] делать получилось, что птица, жирная ставшая, больше ни разу не неслась.

Басня показывает, что многие из людей из-за жадности большего желающие и настоящее теряют».

Текст в латинской транскрипции:

jini xila [k]ornin e[i] xousa kad e[i] kas tin imelan o[v]on

nasi otkid upelaben ito ean pleiona auti trvin

para vali kai dis tis imelas tekse tai kai di touto

autis poiousis si nevi tin [k]ornin pi[j]ona jeno menin

itekim nide abaks [v]ieked

o gol biloi ito bolloi tov antropon dia

pleonepsian pritt voret epi dumoun tes kai ta palo[v]nta

Текст в латинской транскрипции адаптирован автором с учетом инверсий слов и редукции гласных, а также искажений, внесенных в древнегреческий текст.

Текст в праславянском переводе:

Жена и курни

«Жена хилая корина его ховани када кажд день имела яйцо наседкой откида удумала чито ен поленова явити дровни. Пару валити деяти тиснула, имела тихо таить. Как и дело все явити, появиси с нова дня. Курни на голубку жену поменял. Итаким, нигде обои выкеде.

По слову былому, чито большие из людей, богом плененные, прячут ворованное, задом думу тешут как и да половиною оплошают».

Текст адаптированный с праславянского языка:

Женщина и курица

«Вдова у куриной наседки когда каждый день имела яйцо снесенное, удумала чтобы его спрятать в поленицу дров. Пару [дров] отвалив, втиснула, себе притаила. Как дело все произошло, на следующий день петух на голубку жену поменял. Итак, больше никогда не неслись.

По слову былому, что многие люди, богом обманутые, прячут ворованное, в опасности состоят, так и да половину свою потеряют».

Комментарий автора перевода:

Двойной образный смысл имеет слово «половина». Половина – это и женская половина (жена) и половина достатка своего. Таким образом, подчеркивается переносный смысл басни.

В результате классического и праславянского переводов мы видим, что перевод Ильи Франка имеет смысловое искажение («если больше ей пищи будет давать и два в день будет рожать»). Здесь говорится в славянской трактовке о воровстве хозяйки, утаивании яиц и замене петухом своей наседки на голубку. В орнитологии или по-русски «птицеведении» известно, что разные подотряды птиц в совместном спаривании не выводят птенцов, потому что так устроено по природе.

В таблице 1 представлен сравнительный анализ классического и славянского переводов басни «Женщина и курица».

Школьная Энциклопедия

Nav view search

Навигация

Искать

Басни Эзопа

Подробности Категория: Басни и притчи Опубликовано 22.03.2017 17:35 Просмотров: 1511

Подлинность басенного наследства Эзопа определить трудно и вряд ли возможно.

Самый большой сборник басен Эзопа был составлен в средние века, тогда как жил он в VI в. до н.э. (предположительно).
По причине слишком большой отдалённости во времени оригиналов его басен не сохранилось, до нашего времени они дошли в латинской переработке (Федр, I в.) и греческой (Бабрия, II в.), а жизнеописание существует только в виде легенд. Невозможно даже сказать, был ли Эзоп историческим лицом.

Сведения о биографии Эзопа

Согласно одной из легенд он был рабом Иадмона с греческого острова Самос и умер насильственной смертью в Дельфах. Его родиной называют также Фригию (Малая Азия).
О смерти Эзопа в Дельфах рассказывает легенда по Геродоту (древнегреческий историк, около 484 г. до н. э.-около 425 г. до н. э.) и Аристофану (древнегреческий комедиограф, «отец комедии», 444 г. до н. э.-между 387 и 380 гг.).
Согласно этой легенде Эзоп в Дельфах возбудил против себя нескольких граждан своим злословием, и они решили наказать его. Они похитили золотую чашу из храмовой утвари, тайно вложили ее в котомку Эзопа и возвестили о краже. Приказано было обыскать богомольцев, и чашу нашли у Эзопа. Его, как святотатца, побили камнями. По другой версии, аристократы-жрецы обвинили его в святотатстве и сбросили со скалы.
Интерес к басням Эзопа вызвал и интерес к его личности. И здесь также, не имея достоверных сведений, прибегали к легендам. Те, кто относился к сильным мира сего (их он критиковал в своих баснях), естественно, представляли его человеком сварливым и злобным, приписывали ему различные телесные уродства, безобразное лицо и т.д. – прямая противоположность божественной красоте Аполлона.

Диего Веласкес изобразил Эзопа вот так

Во II в. н.э. вышел анонимный роман (на греческом языке) – «Жизнеописание Эзопа». В нём создан образ уродливого, мудрого и хитрого «фригийского раба», но почти ничего не сказано о его баснях.
Как бы там ни было, в древности не сомневались в историчности Эзопа, а впервые выразил сомнение в его реальном существовании Лютер в XVI в. Он высказал мнение, что книга басен Эзопа является не единоличным произведением одного автора, а сборником более древних и более новых басен, а традиционный образ Эзопа – плод «поэтического сказания». С тех пор об этом идут споры.

Темы басен Эзопа

В основе Эзоповых басен – народная басня, имевшая свою долгую историю. Басня встречается уже у Гесиода (первый исторически достоверный древнегреческий поэт, VIII-VII вв. до н. э.), у Архилоха (древнегреческий сатирический поэт, I в. до н.э.).
В баснях Эзопа ярко отражено экономическое неравенство, бедность людей, он говорит об эксплуатации сильными слабых.

ЭЗОП «БЕДНЯК»

У бедняка была деревянная статуя бога. «Сделай меня богатым», – молился он ей, но молитвы его оставались напрасны, и он сделался еще беднее. Зло взяло его. Схватил он божка за ногу и ударил об стенку головой. Вдребезги разлетелась она, и из нее высыпалась горсть червонцев. Собрал их счастливец и говорит: «Низок же и глуп ты, по моему мнению: почитал я тебя – ты не помог мне, хлопнул об угол – послал великое счастье».

Кто обращается с негодяем ласково – останется в убытке, кто поступает с ним грубо – в барыше.
(Перевод В.А. Алексеева)

ЭЗОП «ДВА ГОРШКА»

Река несла в своем течении два горшка – глиняный и медный. «Держись от меня подальше, не подплывай близко, – просит глиняный горшок медного. – Чуть ты дотронешься до меня, ты расколотишь меня в куски, а самому мне касаться тебя нет охоты».

Нет житья бедняку, если под боком у него поселится богач.
(Перевод В.А. Алексеева)

Эзоп в своих баснях рисовал картину жизни Малой Азии VI в., опередившей в экономическом развитии Грецию. Но он не проповедует борьбы с богатыми и сильными.

ЭЗОП «БЫК И ЖАБА»

Бык пошел пить и раздавил детёныша жабы. Приходит на то место его мать – её там не было – и спрашивает своих детей: «Где ваш братишка?» – «Он умер, матушка, – говорят они, – сейчас приходил огромный зверь о четырёх ногах и раздавил его». Надулась жаба и спрашивает: «Что, будет тот зверь с меня величиной?» – «Перестань, мама, – слышит она в ответ. – Не сердись, – скорей ты лопнешь, чем сравняешься с ним».

Опасно слабому тягаться с сильным.
(Перевод В.А. Алексеева)

Но басни Эзопа ценны пропагандой труда и направленностью против эксплуатации.

ЭЗОП «КРЕСТЬЯНИН И ЕГО СЫНОВЬЯ»

В предсмертный свой час призвал крестьянин своих сыновей и, желая приохотить их к занятию земледелием, говорит им: «Дети мои, я умираю. Обыщите наш виноградник, в нем вы найдете спрятанным все, что я имел». – «Должно быть, там зарыт клад», – думают сыновья и после смерти отца перерыли весь виноградник. Клад они, правда, не нашли, зато хорошо вскопанная почва дала сбор винограда обильней прежнего.

Истинное сокровище для людей – умение трудиться.
(Перевод В.А. Алексеева)

Басни Эзопа в основном представляют собой живые бытовые сценки, взятые из народной жизни; они по сути являются ярким образцом ранней художественной прозы.
Впоследствии литературное наследство Эзопа подвергалось искажениям, переделкам и вызывало подражания, начиная с пересказа стихами римским баснописцем Федром и греческим баснописцем Бабрием, их поэтически переделывали Лафонтен, Дмитриев, Измайлов и др.
Сюжеты некоторых басен Эзопа творчески использовал наш великий баснописец И.А. Крылов.
30 басен Эзопа перевёл Л.Н. Толстой.

ЭЗОП «ВОЛК И КОБЫЛА»

Хотелось волку подобраться к жеребёнку. Он подошёл к табуну и говорит:
– Что это у вас жеребёнок один хромает? Или вы полечить не умеете? У нас, волков, такое лекарство есть, что никогда хромоты не будет.
Кобыла одна и говорит:
– А ты знаешь лечить?
– Как не знать.
– Так вот полечи мне правую заднюю ногу, что-то в копыте больно.
Волк подошёл к кобыле, и, как зашёл к ней сзади, она ударила его задом и разбила ему все зубы.
(Перевод Л.Н. Толстого)

Читайте также:  Басня Эзопа Конь, Бык, Собака и Человек

ЭЗОП «СТРЕКОЗА И МУРАВЬИ»

Осенью у муравьев подмокла пшеница: они ее сушили. Голодная стрекоза попросила у них корму. Муравьи сказали: «Что ж ты летом не собрала корму?» Она сказала: «Недосуг было: песни пела». Они засмеялись и говорят: «Если летом играла, зимой пляши».
(Перевод Л.Н. Толстого)

ЭЗОП «ОТЕЦ И СЫНОВЬЯ»

Отец приказал сыновьям, чтобы жили в согласии; они не слушались. Вот он велел принесть веник и говорит:
– Сломайте!
Сколько они ни бились, не могли сломать. Тогда отец развязал веник и велел ломать по одному пруту. Они легко переломали прутья поодиночке.
Отец и говорит:
– Так-то и вы: если в согласии жить будете, никто вас не одолеет; а если будете ссориться да все врозь – вас всякий легко погубит.
(Перевод Л.Н. Толстого)

В сборник басен под именем Эзопа входят 426 коротких произведений в прозе. Предполагают, что в эпоху Аристофана (конец V в.) в Афинах был известен письменный сборник Эзоповых басен, по которому учили детей в школе, т.к. один из персонажей комедии Аристофана говорит: «Ты невежда и лентяй, даже Эзопа не выучил».

Эзопов язык

Выражение «Эзо́пов язык» означает в литературе иносказание, намеренно маскирующее мысль автора. Эзопов язык использует систему «обманных средств»: аллегорию, иронию, перифраз, аллюзию, басенных персонажей. Раб Эзоп не мог в своих баснях прямо указывать на пороки господ, поэтому заменил их образами животных с соответствующими характеристиками или пороками. С тех пор язык иносказаний называют Эзоповым.
В русской литературе Эзопов язык с конца XVIII в. использовался для обхода цензуры. Часто этот приём применял сатирик М.Е. Салтыков-Щедрин.
Впоследствии Эзопов язык в сатире стал частью индивидуального стиля писателя и применялся уже вне цензурных запретов.

ru.knowledgr.com

История и метафора «Собаки в Кормушке» происходят из старой греческой басни, которая была передана в нескольких различных версиях. Интерпретируемый по-разному за века, метафора теперь используется, чтобы говорить о тех, кто злобно препятствует тому, чтобы другие имели что-то, в чем они сами не нуждаются. Хотя история была приписана Басням Эзопа в 15-м веке, нет никакого древнего источника, который делает так.

Греческое происхождение

Краткая форма басни, как процитировано Лорой Гиббс: была собака, лежащая в кормушке, кто не ел зерно, но кто, тем не менее, предотвратил лошадь от способности съесть что-либо также. Это дважды используется 2-м веком греческий автор CE Люсьен: в «Замечаниях, адресованных неграмотному книжному знатоку» и в его игре «Тимон Мизантроп». Один другой современный поэтический источник – paederastic эпиграмма Straton Сардиса в греческой Антологии.

В примерно то же самое время на альтернативную версию басни ссылаются в Высказывании 102 из недостоверного Евангелия Томаса, который включает волов, а не лошадь. Иисус сказал, «Горе фарисеям, поскольку они походят на собаку, спящую в кормушке волов, и при этом для, он не ест, ни делает он позволил волам поесть». Предполагая, что это евангелие не оригинал документа, высказывание, кажется, адаптация критики фарисеев в каноническом Евангелии Мэтью (23.13): Горе Вам, учителям закона и фарисеям, Вы лицемеры! Вы закрываете царство небесное в мужских лицах; Вы не входите в себя, и при этом Вы не позволите другим войти.

Позже используйте в Европе

Басня не появляется ни в одной из традиционных коллекций Басен Эзопа и не приписана ему до Esopus (c.1476) Стейнхевеля. Там это появляется как иллюстрирование морального суждения: ‘Люди часто завидуют чему-то другим, которыми они сами не могут наслаждаться. Даже при том, что это делает их отрицательный результат, они не позволят другим иметь его. Слушайте басню о таком событии. Была злая собака, лежащая в кормушке, полной сена. Когда рогатый скот приехал и хотел поесть, собака запретила их путь, обнажив его зубы. Рогатый скот сказал собаке, «Вы очень несправедливы, завидуя нам что-то, в чем мы нуждаемся, который бесполезен Вам. Собаки не едят сено, но Вы не позволите нам около него». Басня показывает, что не легко избежать зависти; с некоторым усилием Вы можете попытаться избежать его эффектов, но оно никогда не уходит полностью’.

Английская ссылка найдена веком ранее в Confessio Amantis Джона Гауэра (c.1390):

. Хотя это не быть привычкой собаки

. Чтобы съесть мякину, все же будет он приказывать объезжать

. Вол, что commeth в сарай

. Этого поднять любую еду. (Книга II, 1.84)

Хотя лошадь фигурирует в некоторых намеках более поздними писателями, вол – предпочтительное животное в ренессансных книгах эмблемы. Это кажется как таковым в латинском стихотворении Hieronymus Osius (1564) в латинской версии прозы Арнольда Фрейтэга (1579) и в английском стихотворении Джеффри Уитни (1586).

Все эти авторы следуют за Steinhöwel в интерпретации басни как пример зависти, но позже поведение собаки замечено как злонамеренное, чтение, сделанное очень ясным в содержательной версии Роже Л’Эстранжа: ‘Грубая завистливая Злая собака была получена в кормушку, и там положите рычание и рычание, чтобы держать Корм. Собака не ест ни один самостоятельно, и все же скорее ventur’d голодание его собственной Туши, чем он перенес бы какую-либо Вещь быть лучше for’t. МОРАЛЬ. Зависть не притворяется ни на какое другое Счастье, чем, что это получает из Страдания других Людей, и ничего скорее не съест самого, чем не морить голодом тех, которые были бы’. Сэмюэль Кроксол повторяет наблюдение Л’Эстранжа в Баснях Эзопа и Других (1722). ‘Чем более сильный страсть, тем большее мучение он выносит; и подчиняется непрерывной реальной боли, только желая плохо другим’. Это с этим пониманием, что идиома ‘собаки в кормушке’ чаще всего в настоящее время используется. Однако недавнее исследование отметило, что, кажется, выходит из употребления в Америке, по крайней мере, приходя к заключению, что ‘большинство [ответчиков] не знает это или даже вспоминает когда-либо услышавший его’.

Сексуальное чтение

Один из намеков Люсьена на басню дает ему метафорически сексуальный уклон: ‘Вы раньше говорили, что они действовали нелепо, в котором они любили Вас к избытку, все же не смел обладать Вами, когда они могли бы, и вместо того, чтобы дать волю действий их страсти, когда это было в их силах, чтобы сделать так, они наблюдали и опека, смотря устойчиво на печать и болт; поскольку они думали он удовольствие достаточно, не, что они смогли наслаждаться Вами сами, но что они закрывали всех остальных от акции в удовольствии, как собака в кормушке, которая не съела ячмень самостоятельно и не разрешила голодной лошади есть его’. (Тимон Мизантроп)

В выпуске Фрэнсиса Барлоу 1687 года басен Афра Бен так же подводит итог сексуальной политики идиомы: ‘Таким образом в возрасте любителей с молодыми живыми красавицами, / Keepe от радостей они хотят власть дать’. Именно точно такой ситуации, вовлекающей евнуха и его slaveboys, Стрэтон жаловался в греческой антологии. Более невинно две из сестер Бронте соответствуют идиоме к случаям гетеросексуальной ревности. В Грозовом перевале Эмили Бронте это возникает во время аргумента в Главе 10 между Кэтрин Линтон и Изабеллой Линтон по любви Изабеллы к Хитклиффу. В Villette Шарлотты Бронте это используется в ссоре между мадам Бек и Люси по Полу Эммануэлю (Глава 38).

Лопе де Вега также приспособил испанскую версию истории, чтобы произвести его игру El Perro del Hortelano (Собака Садовника, 1618). Титул Де Веги касается параллельного европейского тока идиомы на нидерландском, датском, немецком, французском, португальском и итальянском языке также. Это обращается к различной истории, в которой садовник устанавливает свою собаку охранять его капусту (или салаты). После смерти садовника собака продолжает запрещать людям доступ к кроватям, давая начало сравнению, ‘Он походит на собаку садовника, которая не ест капусты и не позволит другим или’ или, если коротко, ‘играя собаку садовника’ (faire le chien du jardinier).

Артистическое использование

Популярные артистические намеки на басню или идиома, являющаяся результатом его, были особенно распространены в течение 19-го века. Где Лопе де Вега приспособил тему к игре задач в 17-м веке, бельгийский композитор Альберт Гризэр использовал ее в качестве основания для его одноактной комической оперы 1855, Le chien du jardinier. Это было также поднято в США успешным автором фарсов, Чарльзом Хейлом Хойтом, в одном из последнего из его производства. Лошадь, а не более обыкновенный вол рассчитывает на плакат 1899 года для этого. Игра должна была позже быть превращена в короткий фильм комедии в 1917 Selig Polyscope Company.

В Великобритании артистическое предпочтение было для анекдотического и сентиментального в течение 19-го века, особенно среди художников жанра, и они нашли басню и ее прикладной идеал в их целях. Два из них подают пример, позже сопровождаемый Гюставом Доре во Франции, адаптации права на человеческие примеры поведения, обозначенного басней. В 1826 гравер, Томас Лорд Басби (активные 1804–37), показал унылому человеку, следящему за огромным ужином, в то время как голодные нищие и назойливая собака наблюдают. Томас Вебстер также показал картину с названием «Собака в Кормушке» в Обществе британских Художников в 1830. Из этого рецензент отметил, что ‘Сильное чувство отвращения и гнева, который взволнован, рассматривая эгоизм испорченного и брюзгливого пострела в умной небольшой работе г-на Вебстера, является достаточным доказательством его успеха (London Literary Gazette, 27 марта 1830, p. 211).

Естественно, тема рекомендовала себя живописцам животных также, и мы находим его в работе нескольких региональных художников. Самым успешным из них был Уолтер Хант (1861–1941), чей «Собака в Кормушке» была куплена Наследством Chantrey в 1885 и находится теперь в Тейт Британ. Другое лечение включает шотландским художником Эдвином Дугласом (1848–1914) и Сассекским живописцем Генри В.Бодлом (1915). Последние шоу два теленка, смотрящие со страхом на щенка, вились спящий в их корзине сена. Наружная сцена собаки и телят, всматривающихся друг в друга Клодом Кардоном (fl.1890–1915), была альтернативно названа «Любопытство» и «Собака в Кормушке».

Американские иллюстрации двадцатого века включают печать Э. Э. Камминса, теперь в университете коллекции Техаса (67.75.18). Есть также акварель басни Джерсоном Голдхэбером, который иллюстрирует Сонеты его жены Джудит от Эзопа.

Ссылка на основную публикацию