Басня Эзопа Враги

АФОРИЗМЫ ЦИТАТЫ ВЫСКАЗЫВАНИЯ ИЗРЕЧЕНИЯ

Навигация по сайту

Новое на сайте

Объявления

Реклама

Басни Эзопа:
Ворон и лисица.
Ворона и ворон.
Ворона и собака.
Воры и петух.
Враги.
Гадатель.
Гадюка и водяная змея.
Гадюка и лиса.
Гадюка и пила.
Галка и вороны.

Ворон и лисица
Ворон унес кусок мяса и уселся на дереве. Лисица увидела, и захотелось ей получить это мясо. Стала она перед вороном и принялась его расхваливать: уж и велик он, и красив, и мог бы получше других стать царем над птицами, да и стал бы, конечно, будь у него еще и голос. Ворону и захотелось показать ей, что есть у него голос; выпустил он мясо и закаркал громким голосом. А лисица подбежала, ухватила мясо и говорит: “Эх, ворон, кабы у тебя еще и ум был в голове, – ничего бы тебе больше не требовалось, чтоб царствовать”.
Басня уместна против человека неразумного.

Ворона и ворон
Вороне было завидно, что ворон дает людям знаменья при гаданиях, предсказывает будущее, и за это люди даже в клятвах его поминают; и решила она добиться того же и для себя. И вот, увидев прохожих на дороге, села она на дерево и начала громко каркать. Обернулись путники и удивились, но один из них воскликнул: “Идемте, друзья: это ворона, а от ее крику – никакого толку”.
Так и люди, когда тягаются, чтобы сравняться с сильнейшими, терпят неудачи и становятся посмешищем.

Ворона и собака
Ворона приносила жертву Афине и звала собаку на жертвенный пир. Собака ей сказала: “Зачем тратишься на напрасные жертвы? Ведь богиня тебя ненавидит, что даже знаменьям твоим не дает веры”. Ответила ворона: “Оттого-то я и приношу ей жертву: я знаю, что она меня не любит, и хочу, чтобы она ко мне смягчилась”.
Так многие из страха готовы услужить собственным врагам.

Воры и петух
Воры залезли в дом, но ничего не нашли там, кроме петуха; схватили его и пошли вон. Петух увидел, что его зарежут, и стал умолять о пощаде: он-де птица полезная и ночью будит людей на работу. Но воры сказали: “Вот за это мы тебя и зарежем, раз ты будишь людей и не даешь нам воровать”.
Мораль басни Воры и петух: все, что полезно хорошим людям, бывает особенно ненавистно дурным.

Враги
Двое врагов плыли на одном корабле. Чтобы держаться друг от друга подальше, один устроился на корме, другой – на носу; так они и сидели. Поднялась страшная буря, и корабль опрокинуло. Тот, что сидел на корме, спросил у кормчего, какой конец корабля грозит потонуть раньше? “Нос”, – ответил кормчий. Тогда тот сказал: “Ну, тогда мне и умереть не жалко, лишь бы увидеть, как мой враг захлебнется раньше меня”.
Так иные люди из ненависти к ближним не боятся пострадать, лишь бы увидеть, как и те страдают.

Гадатель
Гадатель сидел на площади и давал предсказания за деньги. Вдруг к нему подбежал человек и крикнул, что грабители взломали его дом и унесли все добро. В ужасе гадатель вскочил и с воплем бросился со всех ног посмотреть, что случилось. Увидел это кто-то из прохожих и спросил: “Любезный, как же ты берешься гадать о чужих делах, когда о своих ничего не знаешь?”
Эта басня относится к таким людям, которые и сами не умеют жить, и за чужие дела берутся, их не касающиеся.

Гадюка и водяная змея
Гадюка ползла на водопой к источнику. А водяная змея, которая там жила, не пускала ее и негодовала, что гадюка, словно мало ей у себя пищи, забирается и в ее владения. Ссорились они все больше, больше и, наконец, условились решить дело схваткой: кто одолеет, тот и будет хозяином и земли и воды. Вот назначили они срок; а лягушки, которые водяную змею ненавидели, прискакали к гадюке и стали ее ободрять, обещая, что они ей помогут. Началась схватка; гадюка билась с водяной змеей, а лягушки вокруг подняли громкий крик – больше они ничего и не умели. Победила гадюка и стала их попрекать, что обещали они ей помочь в бою, а сами не только не помогали, но даже песни распевали. “Так знай же, любезная, – отвечали лягушки, – что наша помощь не в руках наших, а в глотках”.
Мораль басни Гадюка и водяная змея: где нужда в делах, там словами не поможешь.

Гадюка и лиса
Змея плыла по реке на пучке терновника. Лисица увидела ее и сказала: “По пловцу и корабль!”
Против человека дурного, что берется за злые дела.

Гадюка и пила
Забралась гадюка в кузницу и стала у всех кузнечных орудий просить подачки; собрав, что давали, подползла она к напильнику и его тоже попросила подать ей чего-нибудь. Но тот возразил ей так: “Глупа ты, видно, коли от меня поживы ждешь: я ведь не давать, а только брать ото всех привык”.
Мораль басни Гадюка и пила: глупы те, кто надеется разжиться у скряги.

Галка и вороны
Одна галка была ростом больше всех других галок; и вот, воспылав презрением к своей породе, отправилась она к воронам и попросилась жить вместе с ними. Но вид ее и голос был воронам незнаком, и они побили ее и прогнали. Отвергнутая, вернулась она к своим галкам: но те, негодуя на ее спесь, отказались ее принять. Так и осталась она ни при тех и ни при этих.
Так и с людьми, покидающими отечество для чужих краев: на чужбине их не уважают, а на родине чуждаются.

Басня Эзопа Враги

ЭЗОПОВЫ БАСНИ на русском. ( html ; htm ; php ).

AESOP’S FABLES. (Chambry edition) ( greek ).

AESOP’S FABLES (translated by Laura Gibbs, 2002) – ( eng ).

Что же до самих басен, то Эзоп не был, конечно, основателем жанра. Басня встречается уже в творчестве Гесиода, Архилоха, Симонида. Однако, Эзоп являлся наиболее последовательным и плодовитым представителем этого жанра. И этому, как ни странно, должно было способствовать именно рабское положение Эзопа, который не имел досуга для написания литературных произведений более высоких жанров – однако, беспрепятственно мог черпать сюжеты басен из мудрости окружающего его простого народа. Рабское же положение, по-видимому, способствовало и необыкновенной популярности басен Эзопа, мудрость и рассудительность которого представлялась, с одной стороны, более доступной, с другой стороны, достаточно экзотической в сравнении с рафинированной философией профессиональных мудрецов.

Есть основание предполагать, что в эпоху Аристофана (конец V в.) в Афинах был известен письменный сборник Эзоповых басен, по которому учили детей в школе; «ты невежда и лентяй, даже Эзопа не выучил!», говорит у Аристофана, одно действующее лицо [2] . Возможно, первые попытки литературной обработки басен Эзопа предпринял Сократ [3] .

Однако, наиболее последовательным собирателем и издателем эзоповых басен был Деметрий Фалерский. Начало его работы по разысканию и систематизации басен Эзопа, скорее всего, относится к 301/300 г. до н.э, когда пребывая изгнанником в Беотии, Деметрий Фалерский подобно бывшему тирану Сиракуз Дионисию [4] , по-видимому, был принужден зарабатывать на жизнь в том числе и учительством. Вероятно, в числе учебных текстов, используемых Деметрием Фалерским в своей педагогической деятельности, присутствовали и басни Эзопа. В этом своем преподавательском приеме Деметрий следовал, с одной стороны, уже сложившейся афинской традиции, о которой было сказано выше, с другой, – наследовал интересам своих учителей Феофраста и Аристотеля, а через них – Платона и Сократа.

Но гораздо более глубокий и профессиональный интерес к басням Эзопа возник у Деметрия Фалерского, скорее всего, в Египте, куда он прибыл ко двору Птолемея I Сотера в качестве советника царя и воспитателя наследника престола Птолемея Керавна. Это предположение косвенно подтверждает тот факт, что другой сборник эзоповых басен принадлежал философу Стратону, который прибыл в Александрию в одно время с Деметрием Фалерским, и был приставлен учителем к другому сыну царя Птолемею Филадельфу, который впоследствии и унаследовал Египетский престол. По-видимому, наставление как грамматике, так и нравственным правилам посредством изучения басен Эзопа являлось общим для обоих учителей наследников Птолемея Сотера.

Другая причина интереса Деметрия Фалерского к басням Эзопа могла состоять в том, что Птолемей Сотер, который старался сохранить лучшие из традиций Александра Великого, скорее всего поддерживал обычай ученика Аристотеля собирать друзей, часть ночи проводя за беседой и слушанием каких-либо рассказов [5] . А поскольку наиболее подходящими для этого и по своей занимательности, и по нравоучительности были именно басни Эзопа, то Деметрию Фалерскому как великому оратору, лучшему знатоку Эзопа, да и как самому образованному человеку в окружении царя, видимо, нередко приходилось выступать и в качестве поставщика литературного материала, и, возможно, в роли рассказчика.

Однако, более всего интересу Деметрия Фалерского к басням Эзопа способствовало, по-видимому, создание в 295 г. до н.э. Александрийской библиотеки. А поскольку Деметрий являлся не только инициатором создания библиотеки, но и ее первым руководителем, который поставил своей целью собрать, по возможности, все книги мира – то, вероятно, именно в эти годы им и было осуществлено полное собрание эзоповых басен, о котором мы знаем от Диогена Лаэртского, которое, по имеющимся сведениям, состояло из десяти книг, и было утрачено после IX в. н.э.

Конечно, не все басни, вошедшие в собрание, принадлежали Эзопу. По-видимому, Эзопу приписывались также и тексты, к которым он не имел ни малейшего отношения. Происходило это, конечно, вследствие огромной популярности личности Эзопа; еще при его жизни практически всякое сочинение, написанное в форме басни, связывалось народной молвой с его именем. Впрочем, и после смерти Эзопа под его именем создавались басни, которые, с одной стороны, подражали текстам фригийского баснописца, с другой, – черпая из того же источника народной мудрости и повседневной народной жизни, что и сам Эзоп, естественно вписывались в ранее созданную жанровую форму. Поэтому в настоящее время едва ли представляется возможным выделить из обширного корпуса «эзоповых» басен те, которые принадлежат самому Эзопу, а не его подражателям, последователям или предшественникам.

Вероятно, эти сложности идентификации подлинных сочинений Эзопа существовали уже в III в. до н.э. Скорее всего, их вполне осознавал и Деметрий Фалерский, который имел богатый опыт распознания подлинных текстов в период создания основного фонда Александрийской библиотеки, в том числе – и опыт текстуальной критики гомеровских поэм. Сейчас невозможно сказать, использовал ли Деметрий критерий подлинности при группировке эзоповых басен в сборники. Однако, совершенно ясно, что в эти сборники им абсолютно сознательно были включены и те тексты, которые попросту не могли принадлежать баснописцу YI в. до н.э. При этом, вероятно, Деметрием включалось в сборники большинство сочинений, соответствовавших критериям мировоззренческой близости и жанровой общности текстам «эзоповой басни». По-видимому, самым важным при составлении сборников «Эзоповых басен» Деметрий полагал даже не аутентичность текстов (в отличие от оценки поэм Гомера), но именно воспитательную ценность произведения.

Именно поэтому Деметрий Фалерский выступал здесь, вероятно, не только в роли собирателя, исследователя и издателя «эзоповых басен» – но также и в качестве автора некоторых из них. В качестве примера одного из текстов, который мог быть написан Деметрием Фалерским можно назвать басню «Оратор Демад».

Оратор Демад говорил однажды перед народом в Афинах, но слушали его невнимательно. Тогда он попросил позволения рассказать народу Эзопову басню. Все согласились, и он начал: “Деметра, ласточка и угорь шли по дороге. Очутились они на берегу реки; ласточка через нее перелетела, а угорь в нее нырнул. ” И на этом замолк. ” А что же Деметра?” – стали все его спрашивать. ” А Деметра стоит и гневается на вас, – отвечал Демад, – за то, что Эзоповы басни вы слушаете, а государственными делами заниматься не хотите”.
Так среди людей неразумны те, кто пренебрегают делами необходимыми, а предпочитают дела приятные.

(Оратор Демад. Басни основного эзоповского сборника, 63).

Даже при первом беглом рассмотрении ясно, что Эзоп, живший в YI в. до н.э. не мог знать и писать об афинском ораторе конца IY в. до н.э. Едва ли можно считать высокой и вероятность того, что составить эту басню мог автор, живший позднее III в. до н.э., поскольку фигура Демада не была широко известна в последующие столетия, и даже Цицерон (106 – 43 г.г. до н.э.) не знал уже никаких сочинений Демада. Наиболее вероятным автором этой басни представляется именно Деметрий Фалерский, для которого Демад был не только современником – но человеком с которым Деметрий был близко знаком, придерживался общих политических убеждений, а также восхищался стилем его речей, о чем сам Деметрий говорит в книге «О риторике» [6] .

Но если невозможность написания Эзопом басни о Демаде вполне ясна нам – то еще в большей степени это было очевидно современникам Деметрия Фалерского, включая и первых читателей и слушателей собрания «Эзоповых басен», каковыми, по-видимому, являлись семья и окружение Птолемея I Сотера, а также сотрудники Александрийской библиотеки и Музейона. Поэтому следует говорить о том, что в данном конкретном случае Деметрий Фалерский намеренно пользуется обнажением литературного приема – быть может, имея стремление вызвать тот же недоуменный вопрос у своего слушателя, который возникает у афинских граждан, слушающих Демада, посреди развлечения – дабы от шутливых поучений перейти к серьезным наставлениям настоящих и будущих властителей престола о сути царской власти, смысле и ответственности человеческого существования, а также – непредсказуемости и переменчивости судьбы.

Читайте также:  Басня Эзопа Лисица и Терновник

Приблизительно по той же схеме, что и басня «Оратор Демад», выстроены и некоторые другие тексты, где упоминаются конкретные исторические персонажи IY – III в.в. до н.э. – “Демосфен и Афиняне”, “Деметрий и Менандр”, в которой, по справедливому замечанию Лауры Гиббс, Федр перепутал Деметрия Фалерского с его соименником и антиподом Деметрием Полиоркетом. Принадлежность этих текстов перу Деметрия Фалерского также весьма вероятна.

Но поскольку гораздо более важным, нежели фабула басни, Деметрию представлялся моральный урок, который из басни следовал – то, пожалуй, именно, в строках моральных наставлений, сопровождающих басни, следы пера Деметрия Фалерского присутствуют гораздо в большей степени, нежели в расхожих сюжетах. Во всяком случае, совершенно очевидно, что очень многие из наставлений имеют совершенно определенную связь с жизненными перипетиями, а также учением и мировоззрением Деметрия Фалерского.

Приведем лишь самые характерные примеры.

Волки хотели напасть на стадо овец, но никак это им не удавалось, потому что овец сторожили собаки. Тогда решили они добиться своего хитростью и послали к овцам послов с предложением выдать собак: ведь из-за них-то и пошла вражда, и если их выдадут, то меж волками и овцами водворится мир. Овцы не подумали, что из этого получится, и выдали собак. И тогда волки, оказавшись сильнее, без труда расправились с беззащитным стадом.
Так и государства, которые без сопротивления выдают народных вождей, незаметно для себя становятся вскоре добычей врагов.

(Волки и овцы. Басни основного эзоповского сборника, 153).

Один богач выкармливал гуся и лебедя, но с разной целью: гуся – для стола, лебедя – ради пения. А когда пришло время принять гусю ту участь, для которой его растили, была ночь, и нельзя было распознать, который кто: и вместо гуся схватили лебедя. Но запел лебедь, почуяв смерть, и пение это обнаружило его природу и спасло от гибели.
Басня показывает, что часто дары Муз помогают избегнуть гибели.

(Лебедь , Басни из рукописей младшей редакции, 277).

В первом случае очевидно совпадение выводов басни с обстоятельствами политической борьбы в Афинах в период от смерти Александра Македонского до прихода к власти Деметрия Фалерского, а также с обстоятельствами свержения Деметрия Фалерского в 307 г. до н. э. его соперником Деметрием Полиоркетом. Во втором случае мы видим сходство с переменами в судьбе отрешенного от власти Деметрия Фалерского, которые благодаря своим литературным и ораторским талантам был приглашен ко двору Птолемея Сотера.

А вот наиболее яркий пример близости моральных наставлений басен с мировоззрением Деметрия Фалерского.

Мальчик-вор и его мать

Мальчик в школе украл у товарища дощечку и принес матери. А та не только его не наказала, но даже похвалила. Тогда в другой раз он украл плащ и принес ей, а она приняла это еще охотнее. Время шло, мальчик стал юношей и взялся за кражи покрупнее. Наконец, поймали его однажды с поличным и, скрутив локти, повели на казнь; а мать шла следом и колотила себя в грудь. И вот он сказал, что хочет что-то шепнуть ей на ухо; подошла она, а он разом ухватил зубами и откусил ей кусок уха. Стала мать корить его, нечестивца: мало ему всех его преступлений, так он и родную мать еще увечит! Перебил ее сын: “Кабы наказала ты меня, когда я в первый раз принес тебе краденую дощечку, – не докатился бы я до такой судьбы и не вели бы меня сейчас на смерть”.
Басня показывает: если не наказать вину в самом начале, она становится все больше и больше.

Здесь мы видим полную смысловую цитату из сочинения «О стиле» [7] , в котором Деметрий говорит: «…постепенно мы проникаемся важностью мысли, что маленькие проступки открывают дорогу большим преступлениям. И потому за малые прегрешения следует наказывать не меньше, чем за большие. Мы могли бы привести здесь пословицу: «Начало – половина дела». Она как раз говорит об этом малом зле, вернее, о том, что зло малым не бывает» (§122).

Но что нового могут сообщить нам эти «следы» Деметрия Фалерского, кроме того, что Деметрий и в самом деле являлся собирателем басен Эзопа?

Пожалуй, эти «следы» совершенно определенно свидетельствуют о том, что Деметрий Фалерский оставляет эти следы не случайно. По-видимому, опыт работы с древними рукописями при составлении основного фонда Александрийской библиотеки недвусмысленно указал Деметрию Фалерскому на все те сложности, которые испытывает исследователь при попытке определить истинного автора той или иной рукописи. Будучи весьма плодовитым писателем, Деметрий Фалерский в совершенной ясности разума предвидел подобные же проблемы и в отношении своих собственных книг, авторство которых он хотел оставить за собой навсегда. Именно поэтому, не уповая черезмерно на имя, надписанное в начале, в конце ли книги – Деметрий оставляет в текстах им созданных произведений указания на факты собственной биографии, явно или скрытно цитирует мысли, изречения, догадки, уже высказанные ранее в других своих текстах.

Именно они – эти факты биографии, мысли, изречения и догадки, в полном соответствии с первоначальным намерением автора, дают возможность и через две с лишним тысячи лет установить имя подлинного автора тех книг, принадлежность которых Деметрию Фалерскому с некоторого времени оспаривается. Именно эта россыпь позволяет определить принадлежность перу Деметрия Фалерского книг, которые долгое время считались анонимными или приписывались почти мифическим персонажам.

Однако, усматривать в этих приемах дополнительной маркировки текста всего лишь гипертрофированное авторское тщеславие или даже черезмерную пунктуальность филолога и библиотекаря было бы чересчур поспешно и однобоко. Конечно, оба вышеназванных явления в той или иной мере присутствуют в характере и текстах Деметрия Фалерского. Но здесь мы, пожалуй, имеем дело с гораздо более серьезными побуждениями автора, а именно – с почти пророческой одержимостью философа, законодателя, властителя, воспитателя, передав свой богатый опыт и свою мудрость, сделаться воспитателем всех грядущих за ним поколений.

Логика здесь совершенно очевидна. Богатство, которым только владеешь, но не пользуешься –это потеря [8] : и для владельца сокровища и для тех, кого богатей таким образом лишает утаенного сокровища навсегда. Богатым человека делает только то, без чего он попросту не может существовать, то чем он занят ежесекундно, его дело .

А наградой одержимцу, который пишет послание человечеству, может стать только этот нацеленный в будущее текст.

[1] В «Истории» Геродота (кн. 2, 134) читаем: Кроме того, Родопис жила во времена царя Амасиса, а не при Микерине, т. е. много поколений позднее строителей этих пирамид. Родопис происходила из Фракии и была рабыней одного самосца, Иадмона, сына Гефестополя. Вместе с ней рабом был и баснописец Эзоп. Ведь и он принадлежал Иадмону, что особенно ясно вот из чего: когда дельфийцы по повелению божества вызывали через глашатая, кто желает получить выкуп за убиение Эзопа, то никто не явился, кроме внука Иадмона, которого также звали Иадмоном. Он и получил выкуп. Стало быть, Эзоп принадлежал тому Иадмону.

[2] См. статью Эзоп в Энциклопедии Брокгауза и Эфрона.

[4] См. Деметрий. О стиле. В книге : Античные риторики. Под ред. А.А. Тахо-Годи. – М., из-во МГУ, 1978.

Басня Эзопа Враги

  • ЖАНРЫ 359
  • АВТОРЫ 258 078
  • КНИГИ 592 369
  • СЕРИИ 22 123
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 552 705

Об авторе этой книги

Эзоп — баснописец древних времен. Он жил в Греции, приблизительно в седьмом веке до нашей эры. Он был раб, но рассказы его были так хороши, что хозяин даровал ему свободу. Даже цари, по преданию, приглашали его ко двору, чтобы послушать знаменитые басни.

В баснях действуют, в основном, животные. Но они, сохраняя каждый свой характер (Лиса — хитра, Козел — глуп и прочее), наделены человеческими чертами и человеческим разумом. Часто они попадают в трудные положения и порой находят из них оригинальный выход. Многие фразы Эзопа стали пословицами в разных языках. Басни его содержат как бы назидание, некий свод законов человеческого поведения в разных обстоятельствах.

Истории, рассказанные в древности Эзопом, разошлись по всему миру, их знают и любят люди всех стран.

Заяц и Черепаха

Заяц все дразнил Черепаху, что так медленно она ходит. Вот Черепаха и говорит:

— Давай бежать взапуски».

Заяц, конечно, согласился.

Вот припустил Заяц и сразу оставил Черепаху далеко позади. Но скоро он устал, начал останавливаться, лакомиться по пути сочными листиками. А полуденное солнце припекало с неба, и сделалось Зайцу жарко. Он оглянулся, увидал, что Черепаха плетется где-то далеко-далеко, прилег в тенечке и решил вздремнуть. Черепаху, думает, я всегда обогнать успею. А Черепаха шла себе, шла, видит: Заяц лежит и спит, прошла мимо, а потом вперед.

Проснулся Заяц и видит: а Черепаха-то его обогнала. Припустил он что было мочи, бежал, бежал, да не успел. Так Черепаха первая пришла к цели.

Не надо хвастаться и чересчур надеяться на свои силы!

Черепаха обогнала Зайца.

Лиса и виноград

Голодная Лиса как-то увидела: висят на лозах грозди винограда. И стала она прыгать, чтобы виноград достать.

Прыгает, прыгает, а достать виноград не может.

Досадно стало Лисе. Идет она прочь и говорит сама себе:

— Я-то думала — он спелый, а он зеленый совсем.

Завистник то хулит, до чего не может дотянуться.

А достать виноград не может.

Волк в овечьей шкуре

Решил Волк пробраться незаметно в овечье стадо, чтобы удобней ему было убивать и сжирать овец. Вот нашел он овечью шкуру, взял, надел на себя и незаметно пристроился к овцам.

А хозяин запер своих овец в овчарне, а потом видит — ужинать ему нечем. Вернулся он в овчарню, схватил первую же овцу и зарезал. А это как раз Волк и оказался.

Не рой другому яму, сам в нее попадешь.

Он закутался в овечью шкуру.

Мальчик который кричал: «‘Волк!»

Мальчишка-пастух пас своих овец недалеко от деревни. Вот раз решил он пошутить и закричал:

Люди услыхали, испугались, что волк овец задерет, и прибежали. А Мальчик и рад, что так ловко всех провел, и давай громко хохотать. Понравилось это ему. И он еще так пошутил, потом еще, еще, и всякий раз люди прибегали и видели, что волка нет никакого.

И вот наконец и вправду прибежал к стаду волк. Мальчик стал кричать:

Он кричал долго, кричал во все горло. Да уж люди привыкли, что всегда он их обманывает, и не поверили ему. И волк преспокойно перегрыз всех овец, одну за другой.

Не ври, не то тебе не поверят, даже когда ты будешь говорить правду.

Он кричал: «Волк! Волк!»

Кузнечик и Муравьи

Однажды в ясный зимний день сушили Муравьи зерно, оно у них промокло под осенними долгими дождями.

Вот приходит к ним Кузнечик и говорит:

— Дайте мне несколько зернышек. Я, — говорит, — просто с голоду погибаю.

Муравьи на минутку оторвались от работы, хотя вообще такое у них не принято.

— А можно тебя спросить, — говорят, — чем ты летом занимался? Почему запасов не сделал на зиму?

— Ах, — Кузнечик отвечает. — Летом у меня времени совсем не было. Я все занят был, все пел.

— Ну, раз летом ты все пел, — отвечают Муравьи, — значит, теперь займись зимними плясками.

Засмеялись они и опять принялись за работу.

Делу время — потехе час.

Муравьи на минутку перестали работать.

Когда Лиса в первый раз увидала Льва, она до того перепугалась, что чуть не умерла со страху.

Во второй раз она тоже испугалась, но уже сумела скрыть свой страх.

А уж в третий раз она совсем осмелела и заговорила со Львом так, будто они старые друзья.

Наглому все нипочем.

Чуть не умерла со страху.

Как-то раз два Горшка, один медный, другой глиняный, несло одной волной. Вот Медный Горшок и говорит:

— Ты держись ко мне поближе, уж я тебя защищу.

— Благодарю покорно, — отвечает Глиняный Горшок. — Когда ты далеко, я плыву себе спокойно, а если мы рядом будем, да нас одной волной столкнет, тут уж мне не поздоровится.

С сильным лучше быть начеку.

Пригласила Лиса Журавля к себе в гости и угощенье выставила — тарелку супа. Сама ест и облизывается, а Журавль долбит, долбит тарелку длинным клювом — да только зря он старался.

Очень Лисе было весело. Однако Журавль в долгу не остался. Тоже пригласил Лису и угощенье выставил: кувшин с узким длинным горлышком, а в нем вкусный компот. Сам туда длинный клюв запускает, ест и облизывается, а Лиса только смотрит и завидует. Так и ушла домой голодная.

Как ты себя ведешь с другими, так и с тобой другие себя поведут.

Журавль зря старался.

Леопард и три Быка

Леопард выслеживал трех Быков. Он хотел их схватить и съесть. Одного Быка он бы очень легко одолел, но эти три Быка никак не хотели расставаться. Куда один пойдет, туда и два других за ним следом. Что тут будешь делать? И стал Леопард распускать про Быков злые сплетни и гнусные слухи, очень старался, и наконец удалось ему Быков перессорить.

Как только увидел Леопард, что Быки поссорились и ходят теперь поврозь, так сразу он каждого схватил и без труда одолел.

Лучше друзьям держаться вместе — их распри только на руку врагам.

Леопард выслеживал Быков.

Однажды Волк пил воду из ручья и вдруг видит: недалеко от него, ниже по ручью, стоит Ягненок. И захотелось Волку его съесть. Но сперва надо было к чему-нибудь придраться.

Читайте также:  Басня Эзопа Зевс, Прометей, Афина и Мом

— Как ты смеешь мне воду мутить? — спрашивает Волк.

— Как же я могу тебе ее мутить, если она течет от тебя ко мне, а не наоборот? — Ягненок отвечает.

«Басни Эзопа – источник мудрости».

Читайте басни Эзопа, для того чтобы прикоснуться к сокровищнице человеческого опыта и мудрости. Они кратко и очень доходчиво учат нас уму-разуму

Скачать:

ВложениеРазмер
rabota_bratchikov_s.doc63 КБ

Предварительный просмотр:

Муниципальное автономное общеобразовательное учреждение

Апрелевская средняя общеобразовательная школа №4

« Басни Эзопа – источник мудрости».

Выполнил: Братчиков Вячеслав

обучающийся 5А класса

  1. Биография Эзопа.
  2. Эзопов язык.
  3. Популярные басни Эзопа.
  4. Мудрость, скрытая в баснях Эзопа.
  5. Крылатые фразы

Кратко, доходчиво учат нас уму-разуму басни. С детства мы читаем и учим наизусть басни Крылова. Думаю, что весь образованный мир знает, что сюжеты большей части басен позаимствован у древнегреческого баснописца Эзопа. Для меня это стало открытием, когда мы начали изучать историю Древнего мира. Точное число басен Эзопа не знает никто, цифры колеблются от 400 до 650. К сожалению, никаких его рукописей и оригиналов произведений до наших дней не дошло.

Я решил прочитать басни Эзопа, для того чтобы прикоснуться к сокровищнице человеческого опыта и мудрости.

Актуальность проекта состоит в том, что в жизни нам не хватает собственного опыта, знаний, то есть того, что делает нас умнее, терпимее и рассудительней. А басни Эзопа учат без назиданий и унижений, не читают нам мораль, не ругают, не кричат на нас, как это делают взрослые. Эзоп же терпеливо и по-отечески помогает нам избежать ошибок и найти выход из трудной жизненной ситуации, разглядеть в себе плохие качества, даёт возможность измениться в лучшую сторону.

Практическая значимость моего проекта заключается в том, что он может быть использован школьниками для повышения образовательного уровня по истории и литературе, расширения кругозора, а также поможет бороться с негативными проявлениями характера.

Цель : Составить памятку жизненных советов от Эзопа.

– прочитать басни Эзопа

– проиллюстрировать понравившиеся мне басни

– создание презентации «Басни Эзопа – источник мудрости»

– рассказать одноклассникам о знаниях, которые я приобрёл, читая басни Эзопа

– выбрать так форму выступления, чтобы моим одноклассникам было интересно.

Объект исследования : Басни Эзопа.

Эзо́п— легендарный древнегреческий поэт-баснописец.

Предположительно жил около 600 г. до н. э. Оригинальные стихи Эзопа не сохранились. Древнейшие «басни Эзопа» дошли до нас в позднейших поэтических переработках — (латинской) Федра (I в.), (греческой) Бабрия (II в.) и (латинской) Авиана (начало V в.). Эзоп — родоначальник названной по его имени «Эзоповой» басни. По древнейшему преданию, он жил около середины VI века до Рождества Христова, был рабом самосца Иадмона и умер насильственной смертью в Дельфах. Позднее его родиной называли Малую Азию, что вполне правдоподобно, так как с этим согласуется характер его имени.

Согласно преданию, он был рабом из Фригии (в Малой Азии), впоследствии был отпущен на волю и жил некоторое время при дворе лидийского царя Креза. Согласно легенде Эзоп, находясь в Дельфах, своим злословием возбудил против себя нескольких граждан, и они решили наказать его. Для этого они, похитив золотую чашу из храмовой утвари, тайно вложили ее в его котомку и затем забили тревогу. После этого было приказано обыскать богомольцев, чаша была найдена у Эзопа, и он, как святотатец, был побит камнями. Через много лет последовало чудесное обнаружение невинности баснописца; потомки его убийц были вынуждены уплатить виру, за получением которой явился внук того Иадмона, который был его господином.

Эзопов язык – особый вид тайнописи, подцензурного иносказания, к которому обращалась художественная литература, критика и публицистика, лишенные свободы выражения в условиях цензуры.

Аллегория – иносказание. Когда какое-то отвлечённое понятие выражено через конкретный объект. Например, жадность, злоба часто воплощается в облике волка, а тупость — в образе осла, хитрость – в образе лисы, трусость – в образе заяц).

Ирония – отрицание или осмеяние, притворно облекаемые в форму согласия или одобрения.

Фабула – место в басне, где рассказывается о том, что случается с разными героями и описываются какие – то события

Мораль – мысль басни, выраженная в нескольких строчках, подтверждаемая опытом жизни, поучение.

Порок – нравственный, духовный недостаток. Всё, что противно истине и добру; зло и ложь, как свойство, качество человека; наклонность к худу, к дурной жизни. Например, злоба, себялюбие, жадность, трусость — человеческие пороки.

Сюжет — последовательность событий. В басне сюжет очень прост и ясен.

Круг персонажей басен Эзопа является довольно широким: свыше 80 разновидностей растений и животных, около 30 человеческих профессий, десятки богов и мифологических фигур. При этом можно определить группу наиболее распространенных персонажей, среди которых: лисица, лев, змея, волк, пес, осел, крестьянин и т.п. Образ персонажа может изменяться согласно новой сюжетной ситуации. Таким образом, персонажи басен Эзопа являются условными фигурами, автора они интересуют не сами по себе, а как носители определенных функций.

С помощью своей мудрости Эзоп создавал истории, позволяющие людям посмотреть на себя и своей поведение со стороны, ведь только так можно увидеть свои недостатки.

Рассмотрим ряд популярнейших басен Эзопа.

В нашем проекте мы рассмотрим несколько басен Эзопа, которые являются самыми популярными и узнаваемыми в мире. Ведь Сюжеты басен Эзопа заимствовали и переделывали на свой лад многие писатели.

Басня «Ворон и лисица»

Ворон унес кусок мяса и уселся на дереве. Лисица увидела, и захотелось ей получить это мясо. Стала она перед вороном и принялась его расхваливать: уж и велик он, и красив, и мог бы получше других стать царем над птицами, да и стал бы, конечно, будь у него еще и голос. Ворону и захотелось показать ей, что есть у него голос; выпустил он мясо и закаркал громким голосом. А лисица подбежала, ухватила мясо и говорит:

“Эх, ворон, кабы у тебя еще и ум был в голове, – ничего бы тебе больше не требовалось, чтоб царствовать”.

Басня уместна против человека неразумного.

В данной басни мы наблюдаем двух персонажей ворона и лисицу. Мы привыкли считать ворона мудрой птицей, но данная басня нам показывает, что хитростью можно обмануть даже умных выставив их действие неразумными. Эта басня высмеивает лесть и хвалу, которую так любят люди.

Басня «Муравей и жук»

В летнюю пору гулял муравей по пашне и собирал по зернышку пшеницу и ячмень, чтобы запастись кормом на зиму.

Увидал его жук и посочувствовал, что ему приходится так трудиться даже в такое время года, когда все остальные животные отдыхают от тягот и предаются праздности.

Промолчал тогда муравей; но когда пришла зима, и навоз дождями размыло, остался жук голодным, и пришел он попросить у муравья корму.

Сказал муравей: “Эх, жук, кабы ты тогда работал, когда меня трудом попрекал, не пришлось бы тебе теперь сидеть без корму”

Так люди в достатке не задумываются о будущем, а при перемене обстоятельств терпят жестокие бедствия.

Главные герои басни муравей и жук. Здесь мы видим, что не всегда думаем о завтрашнем дне. Басня высмеивает лень и воспевает трудолюбивых людей.

Басня «Волк и ягненок»

Волк увидел ягненка, который пил воду из речки, и захотелось ему под благовидным предлогом ягненка сожрать.

Встал он выше по течению и начал попрекать ягненка, что тот мутит ему воду и не дает пить. Ответил ягненок, что воды он едва губами касается, да и не может мутить ему воду, потому что стоит ниже по течению.

Видя, что не удалось обвинение, сказал волк: “Но в прошлом году ты бранными словами поносил моего отца!” Ответил ягненок, что его тогда еще и на свете не было. Сказал на это волк: “Хоть ты и ловок оправдываться, а все-таки я тебя съем!”

Басня показывает: кто заранее решился на злое дело, того и самые честные оправдания не остановят.

Герои басни волк и ягненок. Если человек задумал что-то плохое, он хочет найти оправления своим действиям, но злое дело не может быть оправдано.

Басня №4 «Олень и лев»

Олень, томимый жаждой, подошел к источнику. Пока он пил, заметил он свое отражение в воде и стал любоваться своими рогами, такими большими и такими ветвистыми, а ногами остался недоволен, худыми и слабыми. Пока он об этом раздумывал, появился лев и погнался за ним. Олень бросился бежать и далеко его опередил: ведь сила оленей – в их ногах, а львов сердцах. Пока места были открытые, олень бежал вперед и оставался цел, но когда добежал до рощи, то запутались его рога в ветвях, не мог он дальше бежать, и лев его схватил. И, чувствуя, что смерть пришла, сказал олень сам себе: “Несчастный я! в чем боялся я измены, то меня спасло, а на что я больше всего надеялся, то меня погубило”.

Так часто в опасностях те друзья, которым мы не доверяли, нас спасают, а те, на которых надеялись, – губят.

Главные герои олень и лев. В самых сложных и безвыходных ситуациях нам помогают те на кого мы обычно не рассчитываем. Наверное такие ситуации нам даются специально, чтобы понять кому можно доверять.

Басня «Лев и мышь»

Главные персонажи лев и мышь, такие разные и противоречивые, но в сложный момент маленький помог большому. Из басни мы вынесли, что доброе сделанное ранее принесет пользу в дальнейшим.

Басня «Путник и медведь»

Два приятеля шли по дороге, как вдруг навстречу им медведица. Один тотчас забрался на дерево и там спрятался. А другому бежать уж было поздно, и он бросился наземь и притворился мертвым; и когда медведица придвинулась к нему мордой и стала его обнюхивать, то задержал дыхание, потому что, говорят, мертвецов зверь не трогает.

Ушла медведица прочь, спустился приятель с дерева, спрашивает, что это ему медведица шептала на ухо? А тот в ответ: “Шептала: впредь не бери в дорогу таких приятелей, которые тебя бросают в беде!”

Главные герои человек и медведь. Басня показала истинную цену дружбы. Настоящий друг в беде не бросит.

Басня «Воры и петух»

Воры залезли в дом, но ничего не нашли там, кроме петуха; схватили его и пошли вон. Петух увидел, что его зарежут, и стал умолять о пощаде: он-де птица полезная и ночью будит людей на работу. Но воры сказали:

“Вот за это мы тебя и зарежем, раз ты будишь людей и не даешь нам воровать”.

Главные персонажи петух и человек. Если говорить о петухе, то можно сказать, что для одного хорошо, то для другого плохо, а если рассматривать воров, то мы видим, если человек что-то для себя решил, то никакие аргументы не помогут.

  1. Мудрость, скрытая в баснях Эзопа.

В баснях Эзопа люди носят маски животных, птиц, растений. Будучи рабом, Эзоп не мог прямо осуждать, например, владыку, но мог намекнуть на него, создав образ льва.

Басни Эзопа условно можно объединить в группы в зависимости от морали:

– мимолетность и быстротечность всего в мире;

– настоящая сущность вещей,

– умение видеть важное; человеческие слабости, пороки;

– умение ценить то, что имеешь.

Несмотря на глубокую древность басен, произведения древнегреческого баснописца остаются актуальными, потому что в них заключена народная мудрость, говорится о достоинствах и пороках, которые свойственны людям всех времен. Такие чувства, как любовь и ненависть, невинность и злоба, бескорыстие и жадность, простота и гордость – исконны в людях. Эзоп подмечал конфликт этих чувств и часто на этом строил сюжет своих басен. Например, один герой – честный и невинный – вступает в конфликт с бесчестным и злым героем. В басне «Волк и Ягненок» этот конфликт разрешается в пользу Волка. Автор показывает, что честные доводы бессильны перед злым умыслом, поэтому нужно проявлять осторожность в общении с людьми.

Читать эзоповские басни очень легко, даже детям. Они написаны в прозе, очень короткие, а мораль понятна. Баснописец хотел, чтобы мудрость его произведений была доступной каждому, ведь главной целью было не осмеять человеческие пороки, а помочь людям их увидеть в себе через образы животных и исправить.

Мир изменяется: новые изобретения, новые веяния влияют на общество, но сущность человека остается неизменной. Поэтому басни Эзопа о недостатках людей не могут потерять свою актуальность. Забавная маленькая история способна научить своим примером, как правильно жить.

Часто убеждением можно сделать больше, чем насилием.*

Кто хвастает перед тем, кто его знает, – заслуженно поднимает себя на смех.*

Исправить злого человека невозможно, он может изменить только вид, но не нрав.*

Истинное сокровище для людей – умение трудиться.*

Осла и в львиной коже по крику узнаешь *

Вдвойне тяжелее переносить обиды со стороны тех людей, от которых мы всего менее вправе ожидать их.*

Одна ласточка весны не делает.**

Доброта, даже самая маленькая, никогда не пропадает даром.**

Не верь врагам — проку не выйдет.**

Тщеславие толкает человека к нелепому бахвальству и лицемерию.**

Смотри не на вид мой, а на ум. Не всегда ведь тот дурак, у кого лицо неказистое.**

Не стыдись учиться в зрелом возрасте: лучше научаться поздно, чем никогда.**

Ненасытное честолюбие помрачает ум человека, и он не замечает грозящих ему опасностей.**

Самообман может довести до саморазрушения.**

Учиться следует на своих и чужих ошибках.**

Лаской почти всегда добьешься больше, чем грубой силой.**

Велико ли, мало ли дело, его надо делать.**

Истинный друг познается в несчастье.**

Если кому-нибудь везет, не завидуй ему, а порадуйся с ним вместе, и его удача будет твоей; а кто завидует, тот себе же делает хуже.**

Благодарность – признак благородства души.**

От Эзопа до Крылова

В споминаем, какие сюжеты и мотивы объединяют басни Эзопа, Лафонтена и Ивана Крылова и как они трансформируются на пути из Древней Греции через Францию в Россию.

Уж сколько раз твердили миру.

Как писал Геродот, Эзоп был рабом, который получил свободу. Изобличая пороки своих господ, он не мог прямо называть их в баснях, поэтому наделял их чертами животных. Обладая образным мышлением, острым глазом и не менее острым языком, Эзоп создал художественный мир, в котором волки рассуждают, лисы подводят под свои неудачи философские объяснения, а муравьи озвучивают мораль. За авторством Эзопа сохранился сборник из 426 басен в прозе, который изучали в античных школах, а сюжеты его актуальных во все времена историй пересказывали многие баснописцы поздних эпох. Например, Жан де Лафонтен и Иван Крылов.

«Голодная Лиса пробралась в сад и на высокой ветке увидела сочную гроздь винограда. «Этого-то мне и надобно!» — воскликнула она, разбежалась и прыгнула один раз, другой, третий. но всё бесполезно — до винограда никак не добраться. «Ах, так я и знала, зелен он ещё!» — фыркнула Лиса себе в оправдание и заспешила прочь».

Лис-гасконец, а быть может, лис-нормандец (Разное говорят), Умирая с голоду, вдруг увидел над беседкой Виноград, такой зримо зрелый, В румяной кожице! Наш любезник был бы рад им полакомиться, Да не мог до него дотянуться И сказал: «Он зелен — Пусть им кормится всякий сброд!» Что ж, не лучше ли так, чем праздно сетовать?

Голодная кума Лиса залезла в сад; В нем винограду кисти рделись. У кумушки глаза и зубы разгорелись; А кисти сочные, как яхонты, горят; Лишь то беда, висят они высоко: Отколь и как она к ним ни зайдет, Хоть видит око, Да зуб неймет. Пробившись попусту час целой, Пошла и говорит с досадою: «Ну, что́ ж! На взгляд-то он хорош, Да зелен — ягодки нет зрелой: Тотчас оскомину набьешь».

Если верить тому, что Эзоп говорил.

Жан де Лафонтен выделил новый литературный жанр — басню, — чью фабулу он позаимствовал у античных авторов, в том числе у Эзопа. В 1668 году он выпустил «Басни Эзопа, переложенные в стихах г-ном де Лафонтеном». В баснях Лафонтена не было возвышенной морали: остроумные истории утверждали необходимость мудрого и невозмутимого отношения к жизни. Любимец придворных, попавший в немилость к Людовику ХIV, он писал басни в угоду покровительнице, герцогине Буйонской, и называл свои труды «пространной стоактной комедией, поставленной на мировой сцене».

Нес муравей сушить за свой порог зерна, Которые он на зиму запас с лета. Голодная цикада подошла близко И попросила, чтоб не умереть, корму. «Но чем же занималась ты, скажи, летом?» «Я, не ленясь, все лето напролет пела». Расхохотался муравей и хлеб спрятал: «Ты летом пела, так зимой пляши в стужу». (Заботиться важнее о своей пользе, Чем негой и пирами услаждать душу.)

Цикада летом пела, Но лето пролетело. Подул Борей — бедняжке Пришлось тут очень тяжко. Осталась без кусочка: Ни мух, ни червячочка. Пошла она с нуждою к соседушке своей. Соседку, кстати, звали мамаша Муравей. И жалобно Цикада просила одолжить Хоть чуточку съестного, хоть крошку, чтоб дожить До солнечных и теплых деньков, когда она, Конечно же, заплатит соседушке сполна. До августа, божилась, вернет проценты ей. Но в долг давать не любит мамаша Муравей. И этот недостаток, нередкий у людей, Был не один у милой мамаши Муравей. Просительнице бедной устроили допрос: — Что ж делала ты летом? Ответь-ка на вопрос. — Я пела днем и ночью и не хотела спать. — Ты пела? Очень мило. Теперь учись плясать.

Попрыгунья Стрекоза Лето красное пропела; Оглянуться не успела, Как зима катит в глаза. Помертвело чисто поле; Нет уж дней тех светлых боле, Как под каждым ей листком Был готов и стол, и дом. Всё прошло: с зимой холодной Нужда, голод настает; Стрекоза уж не поет: И кому же в ум пойдет На желудок петь голодный! Злой тоской удручена, К Муравью ползет она: «Не оставь меня, кум милой! Дай ты мне собраться с силой И до вешних только дней Прокорми и обогрей!» — «Кумушка, мне странно это: Да работала ль ты в лето?» Говорит ей Муравей. «До того ль, голубчик, было? В мягких муравах у нас Песни, резвость всякий час, Так, что голову вскружило». — «А, так ты. » — «Я без души Лето целое всё пела». — «Ты всё пела? это дело: Так поди же, попляши!

Чтоб заключить в коротких мне словах.

«Это истинный ваш род, наконец вы нашли его», — сказал Ивану Крылову известный баснописец своего времени Иван Дмитриев, прочитав первые два перевода Лафонтена, выполненные поэтом. Крылов был мастером простого и точного языка, был склонен к пессимизму и иронии — что всегда отражалось в его произведениях. Он тщательно работал над текстами басен, стремясь к лаконичности и остроте повествования, и многие крыловские «остроумия» до сих пор остаются крылатыми фразами.

Иван Крылов стал классиком русской литературы еще при жизни, прославившись не только переложениями Лафонтена, но и собственными оригинальными злободневными баснями, которыми поэт откликался на самые разные события в стране.

У ручейка ягненок с волком встретились, Гонимые жаждой. По теченью выше — волк, Ягненок ниже. Мучим низкой алчностью, Разбойник ищет повода к столкновению. «Зачем, —он говорит, — водою мутною Питье мне портишь?» Кудрошерстый в трепете: «Могу ли я такую вызвать жалобу? Ведь от тебя ко мне течет вода в реке». Волк говорит, бессильный перед истиной: «Но ты меня ругал, тому шесть месяцев». А тот: «Меня еще и на свете не было». — «Так, значит, это твой отец ругал меня», — И так порешив, казнит его неправедно. О людях говорится здесь, которые Гнетут невинность, выдумавши поводы.

Довод сильнейшего всегда наилучший: Мы это покажем немедленно: Ягненок утолял жажду В потоке чистой волны; Идет Волк натощак, ищущий приключений, Голод его в эти места влек. «Откуда ты такой храбрый, чтобы мутить воду? — Говорит этот зверь, полный ярости — «Ты будешь наказан за свою храбрость. — Сир, отвечает Ягненок, пусть Ваше Величество не гневается; Но пусть посмотрит, Но пусть посмотрит, Что я утоляю жажду В потоке, На двадцать шагов ниже, чем Ваше Величество; И поэтому никоим образом Я не могу замутить вашу воду. — Ты ее мутишь, сказал жестокий зверь, — И я знаю, что ты злословил обо мне в прошлом году. — Как я мог, ведь я еще не родился тогда? — Сказал Ягненок, — я еще пью молоко матери. — Если не ты, то твой брат. — У меня нет брата. — Значит, кто-то из твоих. Вы меня вообще не щадите, Вы, ваши пастухи и ваши собаки. Мне так сказали: мне надо отомстить. После этого, в глубь лесов Волк его уносит, а потом съедает, Без всяких церемоний.

У сильного всегда бессильный виноват: Тому в Истории мы тьму примеров слышим, Но мы Истории не пишем; А вот о том как в Баснях говорят. ___ Ягненок в жаркий день зашел к ручью напиться; И надобно ж беде случиться, Что около тех мест голодный рыскал Волк. Ягненка видит он, на добычу стремится; Но, делу дать хотя законный вид и толк, Кричит: «Как смеешь ты, наглец, нечистым рылом Здесь чистое мутить питье Мое С песком и с илом? За дерзость такову Я голову с тебя сорву». — «Когда светлейший Волк позволит, Осмелюсь я донесть, что ниже по ручью От Светлости его шагов я на сто пью; И гневаться напрасно он изволит: Питья мутить ему никак я не могу». — «Поэтому я лгу! Негодный! слыхана ль такая дерзость в свете! Да помнится, что ты еще в запрошлом лете Мне здесь же как-то нагрубил: Я этого, приятель, не забыл!» — «Помилуй, мне еще и отроду нет году», — Ягненок говорит. «Так это был твой брат». — «Нет братьев у меня». — «Taк это кум иль сват И, словом, кто-нибудь из вашего же роду. Вы сами, ваши псы и ваши пастухи, Вы все мне зла хотите И, если можете, то мне всегда вредите, Но я с тобой за их разведаюсь грехи». — «Ах, я чем виноват?» — «Молчи! устал я слушать, Досуг мне разбирать вины твои, щенок! Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать». — Сказал и в темный лес Ягненка поволок.

Басни Эзопа в русском переводе XVII в.

Басни Эзопа были переведены с древнегреческого на русский язык в 1608—1609 гг. «государевым толмачем Федором Касьяновым сыном Гозвинским». Первый перевод назывался «Книга, глаголема Езоп, поруски, а погречески стихослов, еллински вирши. ». Каждая басня сопровождается кратким пояснением ее смысла применительно к человеческим нравам. Сборник открывался «Виршами на Эзопа», сочиненными Ф. Гозвинским, в которых говорится о личности Эзопа, значении и жанровой природе его басен:

Баснослагатель Эзоп не украшен образом,
Прочитай же сего обрящется с разумом;
Плоть — сосудец его и не зело честна,
Но душа в нем живущая зело изящна.
Пиша притчами сими зверския нравы
И в них изображает человеческие справы:
Птицами и рыбами поставль основание
И над баснами творит нам истолкование.

В 1674 г. в Москве переведено 133 басни Эзопа с немецкого языка А. Виниусом, а в 1675 г. — в Симбирске с польского языка Петром Кашинским. Басни Эзопа входили в сборники XVII в. наряду с русскими пословицами и повестями, с притчами «Стефанит и Ихнилат» и другими переводными произведениями. До сих пор не было ни одной полной публикации даже первого перевода басен Эзопа.

О комаре и о лве

Комар пришед ко лву, рече: «Ниже боюся тя, ниже сильнейши еси мене, аще и укусишь мя, кая ти есть сила и крепость, яко дрожиши ногами и грызеши зубами. Сие же на службах бранящиеся творят. Аз же зело есть тебе сильнейши, аще же хощеши, изыдем на брань». И вострубив, комар полете, угрызая окрест носа его, безвласное лвово лице грызый. Лев же своими ногтями драше самого себе, донележе изнемог, лежаше. Комар же, победив лва, воструби и бедную песнь воспев, полете. Паук же сеть извязав паучиную. Во ню же летя комар впаде, и паук его снеде. Снедаемый же комар плакате: «Яко с великими воюяися, от малаго животнаго паука погибох».

Толк. Притча к победившим великих, от малых же низложенных.

О конике, сиречь о кузнечике, и о муравле

Во время осени и зимы пшеница поспеющим муравли зимою от трудов своих питахуся. Коники же умирающе просиша у муравлей пища. Муравли же рекоша к ним: «Чесо ради весною не собирали есте пищи?» Они же рекоша: «Недосуг было, ибо в мусики играюще пехом». Муравли же, восмеяшась, глаголюще: «Но аще в весненное время пелесте играюще, ныне, зимою, согревающе пляшете».

Толк. Притча являет, яко не подобает никому же с небрежением всяко вещи жити, да некогда со скорбию бедствовати будете.

О лисице и о козле

Лисица и козел жаждуще влезоша в кладез. И егда напившися, козел смотряше и, неизходное место видев, усумъвнеся оттуду изысти. Лисица же рече: «Дерзай, козле, потребное аз нечто убо имать себе и тебе к свобождению умыслих. Стани прост, предние ноги к стене приложщи, и роги такожде наперед поклонивши. Аз же потеку, скочив чрез твои плечи и роги, и из кладезя тамо изскочив, посем и тебя отселя извлеку». Козел же увери словесем ея, сие дело готово сотвори. Она же, тако от кладезя по его плечам искочивши, скакаше окрест устия кладезнаго, веселяшися. Козел ю обличаше, яко преступила есть обеты и не сотвори по своему завету. Лисица же к нему рече: «Но аще бысть толику разуму имел, о козле, елико в своей браде имееш власов, не первие вшел бы еси в кладез, прежде даже не размотрив низходное от него».

Толк. Притча являет, яко тако и разумному мужу подобает преже конец зрети вещей, по сем же тако к вещем приступати.

О волке и о жаравле

Волку в шее кость увязне, жаравлю мзду дати обещав, аще главу свою вложи, кость из шеи волчьи извлечет. И жаравль на мзде долгою своею шеею извлекши кость от злестраждущаго волка мзды прошаше. Волк же возсмеявся и зубами стиская рече: «Довлеет ти ся мзда едина, яко от волчих уст и зубов всеядных изнесл еси главу свою целу, ничто же не пострадавши».

Толк. Притча к мужем, иже от бед спасшеся когда, благодетелем же сицевая воздают злобою благодать.

О ластовице

Ластовица с вороною о красоте пряхуся. Отвещавши же ворона к ластовице рече: «Но убо твоя красота в весеннее время процветает, мое же тело зиму удобь претерпевает».

Толк. Притча знаменует, яко крепость плоти лутчи есть благолепия.

Читайте также:  Басня Эзопа Крестьянин и Собаки
Ссылка на основную публикацию