Басня Толстого Старик и Смерть

Басня Толстого Старик и Смерть

Рассказы из «Новой азбуки»

Одна девочка ушла из дома в лес. В лесу она заблудилась и стала искать дорогу домой, да не нашла, а пришла в лесу к домику.

Дверь была отворена: она посмотрела в дверь, видит — в домике никого нет, и вошла. В домике этом жили три медведя. Один медведь был отец, звали его Михаил Иваныч. Он был большой и лохматый. Другой была медведица. Она была поменьше, и звали ее Настасья Петровна. Третий был маленький медвежонок, и звали его Мишутка. Медведей не было дома, они ушли гулять по лесу.

В домике было две комнаты: одна столовая, другая спальня. Девочка вошла в столовую и увидела на столе три чашки с похлебкой. Первая чашка, очень большая, была Михайлы Ивановичева. Вторая чашка, поменьше, была Настасьи Петровнина; третья, синенькая чашечка, была Мишуткина. Подле каждой чашки лежала ложка: большая, средняя и маленькая.

Девочка взяла самую большую ложку и похлебала из самой большой чашки; потом взяла среднюю ложку и похлебала из средней чашки, потом взяла маленькую ложечку и похлебала из синенькой чашечки; и Мишуткина похлебка ей показалась лучше всех.

Девочка захотела сесть и видит у стола три стула: один большой, Михайлы Иваныча, другой поменьше, Настасьи Петровнин, и третий, маленький, с синенькой подушечкой — Мишуткин. Она полезла на большой стул и упала; потом села на средний стул, на нем было неловко, потом села на маленький стульчик и засмеялась, так было хорошо. Она взяла синенькую чашечку на колена и стала есть. Поела всю похлебку и стала качаться на стуле.

Стульчик проломился, и она упала на пол. Она встала, подняла стульчик и пошла в другую горницу. Там стояли три кровати: одна большая — Михайлы Иванычева, другая средняя — Настасьи Петровнина, третья маленькая — Мишенькина. Девочка легла в большую, ей было слишком просторно; легла в среднюю — было слишком высоко; легла в маленькую — кроватка пришлась ей как раз впору, и она заснула.

А медведи пришли домой голодные и захотели обедать. Большой медведь взял свою чашку, взглянул и заревел страшным голосом: «Кто хлебал в моей чашке!»

Настасья Петровна посмотрела свою чашку и зарычала не так громко: «Кто хлебал в моей чашке!»

А Мишутка увидал свою пустую чашечку и запищал тонким голосом: «Кто хлебал в моей чашке и все выхлебал!»

Михайло Иваныч взглянул на свой стул и зарычал страшным голосом: «Кто сидел на моем стуле и сдвинул его с места!»

Настасья Петровна взглянула на свой стул и зарычала не так громко: «Кто сидел на моем стуле и сдвинул его с места!»

Мишутка взглянул на свой сломанный стульчик и пропищал: «Кто сидел на моем стуле и сломал его!»

Медведи пришли в другую горницу. «Кто ложился в мою постель и смял ее!» — заревел Михайло Иваныч страшным голосом. «Кто ложился в мою постель и смял ее!» — зарычала Настасья Петровна не так громко. А Мишенька подставил скамеечку, полез в свою кроватку и запищал тонким голосом: «Кто ложился в мою постель!» И вдруг он увидал девочку и завизжал так, как будто его режут: «Вот она! Держи, держи! Вот она! Вот она! Ай-яяй! Держи!»

Он хотел ее укусить. Девочка открыла глаза, увидела медведей и бросилась к окну. Окно было открыто, она выскочила в окно и убежала. И медведи не догнали ее.

Как дядя Семен рассказывал про то, что с ним в лесу было

Поехал я раз зимою в лес за деревами, срубил три дерева, обрубил сучья, обтесал, смотрю, ужпоздно, надо домой ехать. А погода была дурная: снег шел и мело. Думаю, ночь захватит и дороги не найдешь. Погнал я лошадь; еду, еду — все выезду нет. Все лес. Думаю, шуба на мне плохая, замерзнешь. Ездил, ездил, нет дороги и темно. Хотел уж сани отпрягать, да под сани ложиться, слышу — недалеко бубенцы погромыхивают. Поехал я на бубенчики, вижу, тройка коней саврасых, гривы заплетены лентами, бубенцы светятся и сидят двое молодцов.

— Здорово, братцы! — Здорово, мужик! — Где, братцы, дорога? — Да вот мы на самой дороге. — Выехал я к ним, смотрю, что за чудо — дорога гладкая и не заметенная. — Ступай, говорят, за нами, — и погнали коней. Моя кобылка плохая, не поспевает. Стал я кричать: подождите, братцы! Остановились, смеются. — Садись, говорят, с нами. Твоей лошади порожнем легче будет. — Спасибо, говорю. — Перелез я к ним в сани. Сани хорошие, ковровые. Только сел я, как свистнут: ну, вы, любезные! Завились саврасые кони так, что снег столбом. Смотрю, что за чудо. Светлей стало, и дорога гладкая, как лед, и палим мы так, что дух захватывает, только по лицу ветками стегает. Уж мне жутко стало. Смотрю вперед: гора крутая-прекрутая, и под горой пропасть. Саврасые прямо в пропасть летят. Испугался я, кричу: батюшки! легче, убьете! Куда тут, только смеются, свищут. Вижу я, пропадать. Над самой пропастью сани. Гляжу, у меня над головой сук. Ну, думаю: пропадайте одни. Приподнялся, схватился за сук и повис. Только повис и кричу: держи! А сам слышу тоже, кричат бабы: дядя Семен! чего ты? Бабы, а бабы! дуйте огонь. С дядей Семеном что-то недоброе, кричит. Вздули огонь. Очнулся я. А я в избе, за полати ухватился руками, вишу и кричу непутевым голосом. А это я — все во сне видел.

Жила вдова Марья с своей матерью и с шестью детьми. Жили они бедно. Но купили на последние деньги бурую корову, чтоб было молоко для детей. Старшие дети кормили Буренушку в поле и давали ей помои дома. Один раз мать вышла со двора, а старший мальчик Миша полез за хлебом на полку, уронил стакан и разбил его. Миша испугался, что мать его будет бранить, подобрал большие стекла от стакана, вынес на двор и зарыл в навозе, а маленькие стеклышки все подобрал и бросил в лоханку. Мать хватилась стакана, стала спрашивать, но Миша не сказал; и так дело осталось.

На другой день после обеда пошла мать давать Буренушке помои из лоханки, видит, Буренушка скучна и не ест корма. Стали лечить корову, позвали бабку. Бабка сказала: корова жива не будет, надо ее убить на мясо. Позвали мужика, стали бить корову. Дети услыхали, как на дворе заревела Буренушка. Собрались все на печку и стали плакать. Когда убили Буренушку, сняли шкуру и разрезали на части, у ней в горле нашли стекло.

И узнали, что она издохла оттого, что ей попало стекло в помоях. Когда Миша узнал это, он стал горько плакать и признался матери об стакане. Мать ничего не сказала и сама заплакала. Она сказала: убили мы свою Буренушку, купить теперь не на что. Как проживут малые дети без молока? Миша еще пуще стал плакать и не слезал с печи, когда ели студень из коровьей головы. Он каждый день во сне видел, как дядя Василий нес за рога мертвую, бурую голову Буренушки с открытыми глазами и красной шеей. С тех пор у детей молока не было. Только по праздникам бывало молоко, когда Марья попросит у соседей горшочек. Случилось, барыне той деревни понадобилась к дитяти няня. Старушка и говорит дочери: отпусти меня, я пойду в няни, и тебе, может, бог поможет одной с детьми управляться. А я, бог даст, заслужу в год на корову. Так и сделали. Старушка ушла к барыне. А Марье еще тяжелее с детьми стало. И дети без молока целый год жили: один кисель и тюрю ели и стали худые и бледные. Прошел год, пришла старушка домой и принесла двадцать рублей. Ну, дочка! говорит, теперь купим корову. Обрадовалась Марья, обрадовались все дети. Собрались Марья с старухой на базар покупать корову. Соседку попросили с детьми побыть, а соседа дядю Захара попросили с ними поехать, выбирать корову. Помолились богу, поехали в город. Дети пообедали и вышли на улицу смотреть: не ведут ли корову. Стали дети судить: какая будет корова — бурая или черная. Стали они говорить, как ее кормить будут. Ждали они, ждали целый день. За версту ушли встречать корову, уж смеркатъся стало, вернулись назад. Вдруг, видят: по улице едет на телеге бабушка, а у заднего колеса идет пестрая корова, за рога привязана, и идет сзади мать, хворостиной подгоняет. Подбежали дети, стали смотреть корову. Набрали хлеба, травы, стали кормить. Мать пошла в избу, разделась и вышла на двор с полотенцем и подойником. Она села под корову, обтерла вымя. Господи благослови! стала доить корову, а дети сели кругом и смотрели, как молоко брызнуло из вымя в край подойника и засвистело у матери из-под пальцев. Надоила мать половину подойника, снесла на погреб и отлила детям горшочек к ужину.

Читайте также:  Басня Толстого Рыбак и Рыбка

АФОРИЗМЫ ЦИТАТЫ ВЫСКАЗЫВАНИЯ ИЗРЕЧЕНИЯ

Навигация по сайту

Новое на сайте

Объявления

Реклама

Басни Эзопа:
Сосна и терновник.
Старик и смерть.
Старуха и лекарь.
Стена и клин.
Стриженая овца.
Трус, отыскавший золотого льва.
Тунец и дельфин.
Убийца.
Угольщик и сукновал.
Укушенный собакой.

Сосна и терновник
Сосна терновнику говорила надменно: “Нет от тебя никакой пользы, а из меня строят и дома, и крыши храмов”. Отвечал терновник: “А ты вспомни, несчастная, как топоры и пилы тебя терзают, и тебе самой захочется из сосны стать терновником”.
Лучше безопасная бедность, чем богатство с горестями и тревогами.

Старик и смерть
Старик нарубил однажды дров и потащил их на себе; дорога была дальняя, устал он идти, сбросил ношу и стал молить о кончине. Явилась Смерть и спросила, зачем он ее звал. “Чтобы ты подняла мне эту ношу”, – ответил старик.
Басня показывает: всякий человек любит жизнь, как бы он ни был несчастен.

Старуха и лекарь
У старухи болели глаза, и она приглашала лекаря, обещав ему заплатить. А он всякий раз, как приходил и намазывал ей глаза, уносил что-нибудь из ее вещей, пока она сидела зажмурившись. Когда он унес все, что можно, то закончил лечение и потребовал обещанную плату; а когда старуха отказалась платить, он ее потащил к архонтам. И тут старуха заявила, что она обещала заплатить, лишь если ей вылечат глаза, а она после лечения стала видеть не лучше, а хуже. “Раньше я видела у себя в доме все свои вещи, – сказала она, – а теперь ничего не вижу”.
Так дурные люди из корысти нечаянно сами себя разоблачают.

Стена и клин
Забивали в стену клин сильными ударами, и стена, расступясь, крикнула: “Зачем терзаешь ты меня, ведь я тебе ничего дурного не сделала!” А клин в ответ: “Не я виноват, а тот, кто так бьет по мне сзади”.

Стриженая овца
Овца, которую неумело стригли, сказала стригальщику: “Если тебе шерсть нужна, держи ножницы повыше; а если мясо, то режь меня сразу, чем мучить так, укол за уколом”.
Басня относится к тем, кто берется за дело не умеючи.

Трус, отыскавший золотого льва
Некий сребролюбец робкого нрава отыскал льва из золота и начал так рассуждать сам с собою: “Что же теперь со мною будет, не ведаю. Я сам не свой, и что мне делать, не знаю. Алчность моя и робость моя раздирают меня на части. Какой рок или какой бог сотворил из золота льва? Душа моя теперь борется сама с собой: золото она любит, а обличья этого золота страшится. Желание побуждает ее схватить находку, привычка – не трогать находки. О, злая судьба, что дает и не позволяет взять! О, сокровище, в котором нет радости! О, милость богов, обернувшаяся немилостью! Что же? Как мне овладеть им? На какую хитрость пойти? Пойду и приведу сюда рабов: пусть они разом все за него возьмутся, а я буду посматривать издали”.
Басня относится к богачу, который не смеет пользоваться и наслаждаться своим богатством.

Тунец и дельфин
Тунец, спасаясь от дельфина, с громким плеском несся прочь; дельфин чуть было не схватил его, как вдруг тунец с разлету выскочил на берег, а вслед за ним, разогнавшись, вылетел и дельфин. Оглянулся тунец, увидел дельфина уже при смерти и сказал: “Теперь мне и умереть не жалко, раз я вижу виновника моей гибели гибнущим вместе со мной”.
Басня показывает: люди легче переносят свои несчастья, если видят, как бедствуют и виновники этих несчастий.

Убийца
Некий человек совершил убийство, и родственники убитого его преследовали. Он прибежал к реке Нилу, но тут столкнулся с волком. В страхе он забрался на дерево, нависшее над рекой, и спрятался на нем, но увидел змею, которая там раскачивалась. Тогда он бросился в воду; но и тут подстерег его крокодил и сожрал.
Басня показывает: для человека, запятнанного преступлением, ни земля, ни воздух, ни вода не будут убежищем.

Угольщик и сукновал
Угольщик работал в одном доме; подошел к нему сукновал, и, увидев его, угольщик предложил ему поселиться тут же: друг к другу они привыкнут, а жить под одной крышей им будет дешевле. Но возразил на это сукновал: “Нет, никак это для меня невозможно: что я выбелю, ты сразу выпачкаешь сажею”.
Басня показывает: вещи несхожие несовместимы.

Укушенный собакой
Одного человека укусила собака, и он бросился искать помощи. Кто-то ему сказал, что надо вытереть кровь хлебом и бросить хлеб собаке, которая укусила. “Нет, – возразил он, – ежели я так сделаю, то меня кинутся кусать все собаки в городе”.
Так и злонравие в людях, если ему угождать, становится только хуже.

СТАРИК И СМЕРТЬ (Басня)

Прочитайте:

  1. IV. Смерть
  2. Биологическая смерть.
  3. Внезапная сердечная (коронарная) смерть. Инфаркт миокарда.
  4. Внезапная сердечная смерть (ВСС)
  5. Внезапная сердечная смерть.
  6. Внезапная смерть при атеросклерозе коронарных артерий
  7. Возмещение вреда, причиненного смертью кормильца
  8. Глава 12. Утопление и смерть в воде.
  9. Глава 19. Смерть от утопления
  10. Глава 23. Расстройство здоровья и смерть от действия лучистой энергии

Старик раз нарубил дров и понес. Нести было далеко; он измучился, сложил вязанку и говорит: «Эх, хоть бы смерть пришла!» Смерть пришла и говорит: «Вот и я, чего тебе надо?» Старик испугался и говорит: «Мне вязанку поднять».

Мораль толстовской басни: не зовите смерть, несите свою вязанку сами.

По Селье, продолжительность жизни зависит, с одной стороны, от того количества адаптационной энергии, нечто вроде жизненной силы, которое человек получил по наследству, с другой — от того, как он расходовал ее в различных жизненных ситуациях, вызывающих стресс. Концепция имеет довольно уязвимые места. Во-первых, связь между наследственностью и долгожительством не раз подвергалась аргументированной критике. Во-вторых, если поверить в эту концепцию, то следует поверить и в бессмертие, при условии полного сохранения так называемой адаптационной энергии. Но сам автор концепции утверждает, что жизнь без стрессов невозможна.

Известный отечественный геронтолог В.В.Фролькис описывает эксперимент, поставленный на трех группах животных. Одних поместили в условия, где ничто не нарушало их покоя: ни звуковые, ни световые раздражители, ни столкновения у кормушки. На крыс второй группы время от времена воздействовали всеми видами раздражителей. Для третьей группы стрессовые ситуации создавали постоянно, они следовали одна за другой, подопытных не оставляли в покое. Продолжительность жизни второй группы (с кратковременными стрессами) оказалась больше, чем у первой и у второй группы животных. Постоянный покой стал равносилен постоянным раздражителям, и то и другое укорачивает жизнь организма.

В.В.Фролькис считает, что наша жизнь — не просто постоянная трата полученного при рождении наследства, но и пополнение его фондов в ходе жизнедеятельности. «Мягкий» стресс мобилизует наши жизненные силы, но часто повторяемые стрессы, регулярная перегрузка организма ускоряют процесс старения. Молодые люди, естественно, легче адаптируются к стрессам, большинство из них не оставляет последствий, чего не скажешь о пожилых людях. Перегрузки, с которыми молодость справляется, не истощая силы организма, оказываются разрушительными для людей старших возрастов.

Еще одна особенность проявления и влияния стресса: он чаще случается у женщин, чем у мужчин, но женщины легче справляются с ним и быстрее адаптируются к его воздействию. Некоторые специалисты полагают, что секрет такой выносливости «слабого пола» в том, что женщины чаще плачут и таким образом разряжают отрицательные эмоции через слезы, истерики и т.п. В слезе, утверждают они, не только избыток ионов натрия, калия и других солей, но и избыток адреналина. Адреналин, как известно, вызывает сужение большинства сосудов, усиливает сокращения сердца, изменяет частоту сердцебиения, повышает артериальное давление. Следовательно, женщины, давая волю эмоциям, оберегают себя на инстинктивном уровне от серьезных неприятностей, провоцируемых стрессом.

Замечено, что женщины более разборчиво, чем мужчины, относятся к приему лекарств, которые, независимо от их прямого назначения, могут спровоцировать стресс; речь идет прежде всего и в основном о лекарствах, принимаемых без назначения врача.

Но, при всем при том, сами женщины зачастую выступают как бы «вирусоносителями» стресса. Стресс также заразен, как и грипп. Если у одного из членов семьи стресс, то он может передать его всей семье. Особенно опасны в этом отношении люди, постоянно работающие с большим числом людей: продавщицы, водители транспорта, учительницы. В каждой шутке есть доля правды. Такая доля достаточно велика в шутке о том, что для того, чтобы вся семья отдохнула на одну санаторную путевку, достаточно отправить отдыхать старшую представительницу семьи. Это не обязательно теща, свекрови им мало уступают в стрессораспространении.

Читайте также:  Басня Толстого Муравей и Голубка

Кстати, шутка, юмор — одно из самых сильных лекарств от стресса. Люди, лишенные чувства юмора, гораздо чаще и сильнее страдают от стрессов, чем те, кто всегда готов посмеяться над собой, своими неприятностями, недомоганиями, морщинами.

Среди долгожителей не встречаются люди, лишенные чувства юмора. Датский ученый Карл Родаль утверждал: «Трехминутный смех заменяет пятнадцатиминутную гимнастику». А если три раза по три минуты посмеяться за день?

Пожилые люди должны избегать мрачных людей, мрачных кинофильмов, мрачных романов. Для сохранения здоровья и бодрости куда полезней кинокомедии, анекдоты, юмористы и веселые собеседники. Превосходство продолжительности женской жизни над мужской объясняют не только тем, что они чаще плачут, но и тем, что они чаще, чем мужчины, смеются.

И потому следующий раздел этой книги автор просит воспринимать, как его юмористический вклад в погашение стрессов в семье.

Дата добавления: 2014-12-12 | Просмотры: 457 | Нарушение авторских прав

старик и смерть

сборник “Баю-бай-басенки” – https://ridero.ru/books/bayu-bai-basenki/

ЭЗОП
СТАРИК и СМЕРТЬ
басня

«Старик нарубил однажды дров и потащил их на себе;
дорога была дальняя, устал он идти, сбросил ношу и стал молить о кончине.
Явилась Смерть и спросила, зачем он её звал.
– «Чтобы ты подняла мне эту ношу», – ответил старик.
Басня показывает, что всякий человек любит жизнь, как бы он ни был несчастен».
*

ДЕД и СМЕРТЬ
побасенка

Начало, конечно, такое же – дед, дрова, денег нет, достало всё, депрессуха, суицидные мысли…
Смерть не замедлила явиться.
Только какая-то подозрительно не гордая.
Без разговора подняла дрова и они пошли…
*
Пришли.
Лачуга ветхая и старуха сидит на лавочке, ещё старее лачуги.
Мелкая собачка Жучка Смерти с дровами испугалась, оборвала цепь и, молча, убежала, даже не гавкнула.
Смерть положила дрова на землю:
– Ещё пожелания есть?
– А что – можно? – удивился дед, которому стало немного стыдно, что он саму Смерть дровами грузанул.
– Можно, – подтвердила Смерть.
– А нельзя… омолодить мою старуху? – несмело попросил дед, – Лет, эдак, на семьдесят.
– Можно, – пообещала Смерть и сделала –
и перед дедом встала юная девушка.
Правда, некрасивая.
– Она и смолоду-то страшная была, – расстроился дед.
– Да ты на себя посмотри, – парировала молодая жена.
– А другую – нельзя. ну такую… – и дед показал на себе руками.
– Можно, – сказала Смерть и кивнула на молодую жену, – А эту куда?
– Да оставь. Пусть будет, – великодушно разрешил дед, – Носки стирать.
И перед дедом, рядом с юной бабкой, встала роскошная блондинка – всё как дед на себе показал. Даже лучше.
– А ещё одну? – вошёл во вкус дед.
И перед дедом встала роскошная и жгуче-бесстыжая брюнетка – ну, там – белые чулочки, стринги, пояс с бретельками…
Ошалел дед от счастья и выпалил:
– Жить хочу – ещё сто лет!
– Хорошо подумал? – спросила Смерть.
– Ну, ты меня ещё думать поучи! – рассердился дед.
– Хорошо. Будешь, – пообещала Смерть, – Считай – уже живёшь. Ещё фантазии есть?
– Значит так… – совсем возбудился дед, – Фазенду давай мне тут. С прудом и карасями!
И рядом с лачугой стала фазенда. С прудом и карасями.
– Крупные? – не поверил дед.
– Во, – показала по локоть Смерть.
– Удочку хочу! – выпалил дед, – Навороченную!
И встала удочка.
– Лодку-плоскодонку с мотором «Вихрь»! – потребовал дед.
И стала лодка плоскодонка.
– Дурак, Bentley проси, – подсказала молодая жена, – И пальмы с ананасами.
Дед схватил гламурный журнал, стал листать и начал входить во вкус:
– Бентли хочу! Три пальмы с ананасами. Вертолёт! Самолёт! Счёт в швейцарском банке! Ручку «Паркер»! Кальсоны шёлковые! Коньяка французского! Сигару гавайскую. И зимнюю резину к Бентли на забудь…
Тут жена подключилась с мебелью, посудой и занавесками. И блондинка с брюнеткой – потребовали бриллиантов, абонементов в дорогой фитнес и кое-что из нижнего белья и косметики.
И всё молниеносно исполнялось.
– Мопед хочу! – вспомнил дед мечту молодости.
– А всё… – развела руками Смерть, – …вышел твой лимит… – и пожелала, – … живи сто лет. Наслаждайся. Всё у тебя есть. Кроме мопеда.
– Во дела! – расстроился дед, – А у меня столько ещё идей было.
– Вот нахрена тебе мопед? – удивилась блондинка. – Лучше б чихуахуа попросил.
– Молчи, дура, – ответил ей дед, – Чихуахуачить я и без тебя умею.
– Ужаскакой-то! – обиделась блондинка и спросила у Смерти, – А ты – золотая рыбка?
– Что-то вроде, – ответила Смерть и исчезла.
Оглядел дед свои владения – фазенда в три этажа, юная жена, две роскошные любовницы, Бентли, самолёты-вертолёты-плоскодонка с мотором, удочка навороченная – ну всё есть, всё выпросил.
Главного дед не успел попросить – молодости.
Ни тела статного, упругого и мускулистого, ни волос на лысине, ни зубов новых, вместо отсутствующих, ни могучей, так сказать, потенции…
А имущество-то всё – на молодую жену было записано…
*
продолжение следует.
*

ДЕД и СМЕРТЬ
побасенка
продолжение

Жил дед в конуре. Вместо мелкой собачки Жучки. Было тесно и душно.
Хорошо, Жучка убежала и миску с собой не взяла.
Конура стояла рядом с Bentley. В обязанности деда входило заливисто лаять на всех, кто приближался к машине. И на прочих подозрительных. Исключая молодую жену – за это могли дать крепкого ремешка.
Днём дед смотрел, как созревают ананасы и купаются в пруду его любовницы безо всяческих трусов, а какой-то подозрительный тип ловит крупных карасей его японской удочкой – и не понимал – надо на него лаять или нет?
Что делает молодая жена, дед старался не смотреть и не слышать.
А ночью…
– Смертушка, родненькая… – горько плакал дед по ночам на подстилке из соломы, – … на кого ты меня оставила… ну приди ты за мной, любимая моя, желанная моя…
Смерть не отвечала.
И, обливаясь слезами, дед тихо выл на крупные звёзды – громко нельзя, могли ремешка дать.
Но тяжело только первые пятьдесят лет – потом человек привыкает.
А дальше – снова начнётся басня Эзопа.
*

Старик и Смерть

На пороге самой смерти, старик лежал, скрестив руки на груди. Дыхание вырывалось с хрипом. На лбу застывали, перекатываясь по голой, безволосой, коже, бисерки пота. И, не лежащая рядом в стакане вода, не приоткрытое окно не могли унять усиливающийся жар. Смерть была близка. Близка настолько, что стояла рядом, взяв старика за руку. За тысячи, тысячи и тысячи лет служения, Смерть впервые позволила себе подобное святотатство. Этот старик…
—Почему ты улыбаешься? Ведь ты умираешь. Один. В пустом доме. Минута, и ты навсегда покинешь этот бренный мир, и уже никого больше не увидишь. Чему же ты радуешься? Что больше не увидишь людей?
Старик хрипло закашлялся, протянув костлявые руки к стакану. Белоснежные волоски. Старая, вся в характерных пятнах, кожа. Дрожащие пальцы, лишенные своих некогда безграничных сил.
—Дело не в любви, или не любви. Нет никакой разницы, что мы говорим людям, а что нет. Слова ничего не значат. — Из-за стенки обиталища старика послышалась музыка. Только слабые и безжизненные, пальцы мертвеца вдруг вынырнули из своей спячки, став подобно паукам — зашевелились, перебирая лапками по невидимой паутине. Старческая, щербатая улыбка стала чуть шире. — Люди бывают разными. Смелые, и не очень. Грубые, и в то же время очень мягкие. Эмоциональные. И подобно гранитному камню. Однако лишь к концу своей жизни мы, старики, понимаем, насколько они, все эти слова, фразы, и вообще изображаемые эмоции малы и скупы. По-настоящему. Не такие важные по своей сути. Пустые…
…Голос глухо разносился по пустой комнате старика. Тусклый свет, сегодняшний друг курсирующего по жилищу эха, отразился от стен, рассеивая мглу. И показав то, что не было видно вначале…
Газетные вырезки. Разных изданий. Из разных годов. Они облепили значительную часть стен комнаты, создавая иллюзию того, что это всё части одной большой картины. Но это не так. Слова. Слова…
Выдержки из интервью. Вырванные из контекста в отдельные заголовки. Собственные, авторские колонки. Отдельные высказывания. И все с одним и тем же повторяющимся из раза в раз именем.
—«Жить ради других — значит, жить ради ничего!» «Я всегда был, есть и буду поборником и вдохновителем одиноких, по-настоящему свободных людей». «Дать этому миру ещё одного ребёнка — значит, толкнуть ещё одно живое существо в нынешний мир похоти, дикости и насилия». «Либо я — либо никто».
—Я ничего не понимаю. — Наконец, призналась Смерть, уже схватившись за свою косу. Уязвлённая своим не пониманием, а также гримасами странного старика, она пришла в ярость, которую было необходимо на ком-то сорвать. Старик улыбнулся. В последний раз.
Смерть взмахнула косой. Через мгновение всё было кончено.
Уходила Смерть, как и полагается божеству, прямо через стену, и так уж вышло примкнувшему к нему шкафу. Развалившемуся. Едва стоящему на месте. Исчезая, в последнюю секунду, древнее божество задело древком своей косы нечто наподобие дверцы шкафа. Она уже испарилась, когда деревянная конструкция начала окончательно разваливаться, будто прощаясь с жизнью вслед за своим хозяином. Раздался новый треск ломающегося дерева, и наружу выпала почерневшая от времени шкатулка. Падая, она раскрылась, обнажив то, что было там сокрыто от чужих глаз.
Расписки. Чеки. Банковские переводы. Только обналиченные, светящиеся свежей краской, и уже утратившие свои цвета от ветхости. На малые, и в то же самое время, гигантские суммы. Имена различных приютов, и домов малюток пестрели на бумагах подобно астрам в солнечный день. Как и слова на одной записке, прикреплённой к обналиченному чеку. Как заключительная фраза.
—«Спасибо за то, что Вы — это Вы!»

Читайте также:  Басня Толстого Старый дед и внучек

Ну, что сказать об авторе, чиста Хименгуй.

Все случайные совпадения считать неслучайными

А можно чуть-чуть по-подробнее?) Что так, а что не так.

На пороге самой смерти, мертвец лежал

Кривое начало. Пусть на пороге смерти лежит не мертвец, а умирающий или уходящий в мир иной, одним словом адекватный гражданин. А то наверняка многие читатели тут и завершили знакомство с рассказом. Между тем, не сразу, в нём таки появились и гладкость изложения и смысл.+

Кривое начало. Пусть на пороге смерти лежит не мертвец, а умирающий или уходящий в мир иной, одним словом адекватный гражданин. А то наверняка многие читатели тут и завершили знакомство с рассказом. Между тем, не сразу, в нём таки появились и гладкость изложения и смысл.+

Большое спасибо за отзыв, исправил. Для меня всё это очень важно. Кстати, опубликовал второй рассказ. Буду очень рад новым комментариям.

И, не лежащая рядом в стакане вода, не приоткрытое окно не могли унять усиливающийся жар.

Во-первых, ни-ни. Во вторых, как вода может лежать? Да ещё в стакане. Выходит, стакан тоже лежит?

Старая, вся в характерных пятнах, кожа.

Эти характерные пятна называются старческой пигментацией.

подобными или подобны

Однако лишь к концу своей жизни мы, старики,

Лишнее уточнение. Получается, и в начале жизни старик был стариком.

Лишнее уточнение. Мы и так знаем, где происходит действие. Обстановка не менялась.

И показав то, что не было видно вначале…

—«Жить ради других — значит, жить ради ничего!»

Тире не нужно. Это не прямая речь, а цитата.

«Дать этому миру ещё одного ребёнка — значит, толкнуть ещё одно живое существо в нынешний мир похоти, дикости и насилия».

С этой цитатой полностью согласна.

Уязвлённая своим не пониманием,

К кому “нему”? И Смерть, и стена “она”.

Как заключительная фраза.
—«Спасибо за то, что Вы — это Вы!»

Не тире, а двоеточие: Как заключительная фраза: «Спасибо за то, что Вы — это Вы!»
Ничо так для первого раза. Хотя и туча ошибок и неправильно употребляемых слов. Вам бы больше читать хорошей литературы, чтобы пополнить словарный запас и отточить стиль.
Приветствуем новичка на нашем сайте!


Желаю добра, любви и бабла!

Рассказы для детей — Лев Николаевич Толстой


1. Галка и кувшин
2. Крысы и яйцо
3. Жучка
4. Волк и коза
5. Обезьяна и горох
6. Мышка, кот и петух
7. Лев и мышь
8. Варя и чиж
9. Старик и яблони
10. Старый дед и внучек
11. Лгун
12. Пожарные собаки
13. Как тетушка рассказывала о том, как она выучилась шить
14. Муравей и голубка
15. Куда девается вода из моря?
16. Косточка
17. Какая бывает роса на траве
18. Курица и ласточка
19. Лисица и виноград
20. Осязание и зрение

Галка и кувшин

Хотела Галка пить. На дворе стоял кувшин с водой, а в кувшине была вода только на дне.
Галке нельзя было достать.
Она стала кидать в кувшин камушки и столько набросала, что вода стала выше и можно было пить.

Крысы и яйцо

Две крысы нашли яйцо. Хотели его делить и есть; но видят, летит ворона и хочет яйцо взять.
Стали думать крысы, как яйцо от вороны стащить. Нести? — не схватить; катить? — разбить можно.
И решили крысы вот что: одна легла на спину, схватила яйцо лапками, а другая повезла её за хвост, и как на санях стащила яйцо под пол.

Жучка

Несла Жучка кость через мост. Глядь, в воде её тень.
Пришло Жучке на ум, что в воде не тень, а Жучка и кость.
Она и пусти свою кость, чтобы ту взять. Ту не взяла, а своя ко дну пошла.

Волк и коза

Волк видит — коза пасётся на каменной горе и нельзя ему к ней подобраться; он ей и говорит: «Пошла бы ты вниз: тут и место поровнее, и трава тебе для корма много слаще».
А Коза говорит: «Не за тем ты, волк, меня вниз зовёшь: ты не об моём, а о своём корме хлопочешь».

Обезьяна и горох

(Басня)
Обезьяна несла две полные горсти гороху. Выскочила одна горошинка; обезьяна хотела поднять и просыпала двадцать горошинок.
Она бросилась поднимать и просыпала все. Тогда она рассердилась, разметала весь горох и убежала.

Мышка, кот и петух

Мышка вышла погулять. Ходила по двору и пришла опять к матери.
«Ну, матушка, я двух зверей видела. Один страшный, а другой добрый».
Мать сказала: «Скажи, какие это звери?»
Мышка сказала: «Один страшный, ходит по двору вот эдак: ноги у него чёрные, хохол красный, глаза на выкате, а нос крючком. Когда я мимо шла, он открыл пасть, ногу поднял и стал кричать так громко, что я от страха не знала, куда уйти!»
— Это петух, — сказала старая мышь. — Он зла никому не делает, его не бойся. Ну, а другой зверь?
— Другой лежал на солнышке и грелся. Шейка у него белая, ножки серые, гладкие, сам лижет свою белую грудку и хвостиком чуть движет, на меня глядит.
Старая мышь сказала: «Дура ты, дура. Ведь это сам кот».

Лев и мышь

Лев спал. Мышь пробежала ему по телу. Он проснулся и поймал ее. Мышь стала просить, чтобы он пустил ее; она сказала: «Если ты меня пустишь, и я тебе добро сделаю». Лев засмеялся, что мышь обещает ему добро сделать, и пустил её.

Потом охотники поймали льва и привязали веревкой к дереву. Мышь услыхала львиный рев, прибежала, перегрызла веревку и сказала: «Помнишь, ты смеялся, не думал, чтобы я могла тебе добро сделать, а теперь видишь, — бывает и от мыши добро».

Варя и чиж

У Вари был чиж. Чиж жил в клетке и ни разу не пел.
Варя пришла к чижу. — «Пора тебе, чиж, петь».
— «Пусти меня на волю, на воле буду весь день петь».

Старик и яблони

Старик сажал яблони. Ему сказали: «Зачем тебе яблони? Долго ждать с этих яблонь плода, и ты не съешь с них яблочков». Старик сказал: «Я не съем, другие съедят, мне спасибо скажут».

Старый дед и внучек

(Басня)
Стал дед очень стар. Ноги у него не ходили, глаза не видели, уши не слышали, зубов не было. И когда он ел, у него текло назад изо рта. Сын и невестка перестали его за стол сажать, а давали ему обедать за печкой. Снесли ему раз обедать в чашке. Он хотел ее подвинуть, да уронил и разбил. Невестка стала бранить старика за то, что он им все в доме портит и чашки бьет, и сказала, что теперь она ему будет давать обедать в лоханке. Старик только вздохнул и ничего не сказал. Сидят раз муж с женой дома и смотрят — сынишка их на полу дощечками играет — что-то слаживает. Отец и спросил: «Что ты это делаешь, Миша?» А Миша и говорив: «Это я, батюшка, лоханку делаю. Когда вы с матушкой стары будете, чтобы вас из этой лоханки кормить».

Муж с женой поглядели друг на друга и заплакали. Им стало стыдно за то, что они так обижали старика; и стали с тех пор сажать его за стол и ухаживать за ним.

”, ‘clear’ => ”, ‘margin_top’ => ”, ‘margin_bottom’ => ”, ‘padding_top’ => ”, ‘padding_bottom’ => ”), array(), array()) –>

Ссылка на основную публикацию