Анализ стихотворения Слушай поганое сердце Есенина

Мрачный Есенин. История одного стихотворения

“Слушай, поганое сердце,

Сердце собачье мое.”

1916 год. Есенин только что вернулся с фронта. Он исколесил в санитарном поезде полстраны, ассистируя на операциях, перенося на носилках тяжелобольных и раненых, составляя списки погибших. Ежедневно сталкиваясь с болью, страданиями людей , Есенин глубоко сопереживает чужой беде.

Позже, в 1917 году, он напишет:

“Война мне всю душу изьела.

За чей-то чужой интерес

Стрелил я в мне близкое тело

И грудью на брата лез”.

А пока шел 1916 год. В Лунное затмение, 2(15) июля 1916 года, Есенин возвращается в Петроград, и на следующий же день пишет одно из самых своих мрачных стихотворений:

Стихотворение, действительно, чуть ли не самое пессимистичное в творчестве поэта. Он написал его спонтанно, на литературном совещании у М.Мурашева. Последнему только что, из-за границы, привезли репродукцию скандальной картины Яна Стыки «Пожар Рима». Под звуки произведений Глинки «Не искушай» и «Сомнение» между литераторами завязался ожесточенный спор – можно ли совмещать поэзию и пытки? В самом центре картины стоял музыкант с лирой в кругу красивых женщин и мужчин, и наблюдал за страданиями народа в горящем городе.

Драматические ноты картины дополняла музыка Глинки. После соприкосновения с болью и жестокостью войны, Есенин чутко реагирует на общую атмосферу, внезапно возникшую на совещании. Опять драматизм, опять страдания… И строки стихотворения родились на одном дыхании. Открыв альбом Мурашева, он пишет сквозящее трагизмом, стихотворение. Есенин бесспорно был гением! Стихи рождались в его голове внезапно, озарением. Вот, что вспоминает М.Мурашев:

«Обычно Есенин слагал стихотворение в голове целиком и, не записывая, мог читать его без запинки. Не раз, бывало, ходит, ходит по кабинету и скажет:

— Миша, хочешь послушать новое стихотворение?

Читал, а сам чутко прислушивался к ритму. Затем садился и записывал…

Прочитанное вслух стихотворение казалось вполне законченным, но когда Сергей принимался его записывать, то делал так: напишет строчку — зачеркнет, снова напишет — и опять зачеркнет. Затем напишет совершенно новую строчку. Отложит в сторону лист бумаги с начатым стихотворением, возьмет другой лист и напишет почти без помарок. Спустя некоторое время он принимался за обработку стихов; вначале осторожно. Но потом иногда изменял так, что от первого варианта ничего не оставалось.»

В тот вечер, 3 (16) июля 1916 года, Есенин на одном дыхании создал полное драматизма стихотворение. Всем присутствующим стихотворение показалось страшным. Написанное в период действия Лунного затмения, оно произвело гнетущее впечатление на собравшихся. Да и транзиты того дня были под стать настроению созданному стихотворением.

Карта красноречиво говорит о витавших настроениях того вечера. Целая плеяда планет в Раке. Здесь и Солнце, и Меркурий, Венера, Сатурн, Плутон, Черная Луна. Солнце в трине с Хироном после всех впечатлений войны выбрасывают его на эту встречу. Не успел Есенин вернуться в Петроград, как словно с корабля на бал, попадает на следующий же вечер на литературный диспут о добре и зле, о том, может ли лира беспристрастно взирать на людские страдания, находить в этом вдохновение. Как созвучно все, что происходило на этом вечере. мыслям и настроениям Есенина.

Ретроградная Венера идет на соединение с Плутоном, идет к очищению всего ненужного, лишнего, застоявшегося. Уже накопившиеся эмоции требуют выхода, и тут как нельзя кстати, как сметающий все ветхое на своем пути, ураганный ветер Плутона. Вспомнилось все – неприглядные ужасы войны, страдания, боль, сломленные судьбы тысяч людей. Но Венера в Раке чувствительна и беззащитна. И из глубин сознания приходит защитная реакция: ” Если и есть что на свете – Это одна пустота.” Ощущение одиночества, щемящее чувство пустоты вокруг себя.

После прочтения стихотворения на том памятном вечере, Мурашев не выдржал и спросил:

— Сергей, что это значит?

— То, что я чувствую, — ответил он с лукавой улыбкой.

Воспоминания М.Мурашева взяты с сайта esenin.ru

P.S. А у меня транзитный Сатурн встал на Кету.

Только утром посмотрела карту на время написания статьи, мне она показалась достаточно красноречивой. Как раз точный такой тау Уран-Меркурий-Путон.

Сделайте пожалуйста анализ стихотворения Есенина “Слушай, поганое сердце” по плану.
«План анализа стихотворения»
План анализа стихотворения:
1. Автор и название стихотворения.
2. История создания стихотворения (когда написано, по какому поводу, кому посвящено).
Место данного стихотворения в творчестве поэта или в ряду стихотворений на подобную тему (с подобным мотивом, сюжетом, структурой и т.п.)
3. Тема, идея, основная мысль (о чём стихотворение). Если автор принадлежит к какой-либо литературной группировке: символист, акмеист, футурист, – то необходимо подобрать примеры, доказывающие, что перед нами произведение поэта-символиста, акмеиста или футуриста. Цитаты из текста, подтверждающие выводы.
Тема стихотворения:
– пейзаж; – общественно-политическая; – любовная/интимная; – философская.
4. Художественные средства, с помощью которых созданы эти образы:
Какую лексику использует автор: – бытовую, повседневную – литературную, книжную – публицистическую
– архаизмы, устаревшие слова
5. Композиция лирического произведения.
– определить ведущее переживание, чувство, настроение, отразившееся в поэтическом произведении;
– выяснить стройность композиционного построения, его подчинённость выражению определённой мысли;
– определить лирическую ситуацию, представленную в стихотворении (конфликт героя с собой; внутренняя несвобода героя и т.д.)
– определить жизненную ситуацию, которая, предположительно, могла вызвать это переживание;
– выделить основные части поэтического произведения: показать их связь (определить эмоциональный “рисунок”).
Композиция стихотворения, его деление на строфы (как соотносится смысл стихотворения и его деление на строфы).
Представляет ли каждая строфа законченную мысль или в строфе раскрывается часть основной мысли.
Сопоставлен или противопоставлен смысл строф.
Значима ли для раскрытия идеи стихотворения последняя строфа, содержит ли вывод.
Композиция: размер, рифма, ритм.
Размер:
_ _’ _ амфибрахий;
_ _ _’ анапест;
верлибр (свободный или белый стих);
‘_ _ _ дактиль;
‘_ _ / ‘_ _ / ‘_ _ хорей 3-стопный;
_ _’ / _ _’ / _ _’ /_ _’ ямб 4-стопный (ударение на каждом втором слоге);
Рифма: аабб – парная; абаб – перекрёстная; абба – кольцевая.
анафоры (одинаковое начало строчек)- как бы дополнительная рифма, только в начале стиха.
переносы (значение переносимого слова подчёркивается, на нём делается смысловой акцент).
6. Поэтическая лексика.
Необходимо выяснить активность использования отдельных групп слов общеупотребительной лексики – антонимов, архаизмов, неологизмов, омонимов, синонимов.
– выяснить меру близости поэтического языка с разговорным;
– определить своеобразие и активность использования тропов.
Тропы – слова и обороты, которые употребляются не в прямом, а в образном, переносном значении:
– аллегория – иносказательное изображение абстрактного понятия/явления через конкретные образы и предметы;
– гипербола – художественное преувеличение;
– ирония – скрытая насмешка;
– литота – художественное преуменьшение;
– метафора – скрытое сравнение, построенное на похожести/контрасте явлений, в котором слова “как”, “словно” отсутствуют;
– олицетворение – например: куст, который разговаривает, думает, чувствует;
– паралеллизм – сравнение; – эпитет – художественное определение.
7. Стилистические фигуры:
Поэтический синтаксис (синтаксические приёмы или фигуры поэтической речи)
– антитеза/противопоставление;
– градация – например: светлый – бледный – едва заметный;
– инверсия – необычный порядок слов в предложении с очевидным нарушением синтаксической конструкции;
– повторы/рефрен;
– риторический вопрос, обращение – повышают внимание читателя и не требуют ответа;
8. Поэтическая фонетика:
Использование звукоподражаний, звукозаписи – звуковых повторов, создающих своеобразный звуковой “рисунок”
– аллитерация – повторение одинаковых согласных;
– анафора – единоначатие, повторение слова или группы слов в начале нескольких фраз или строф;
– ассонанс – повторение гласных;
– эпифора – противоположна анафоре – повторение одинаковых слов в конце нескольких фраз или строф.
9. Образ лирического героя, авторское “Я”. (- сам автор, – рассказ от лица

персонажа, автор играет какую-то роль)
10. Литературное направление: романтизм, реализм, сюрреализм, символизм, акмеизм, сентиментализм, авангардизм, футуризм, модернизм и т.д.
11. Жанр: эпиграмма (сатирический портрет), эпитафия (посмертное), элегия (грустное стихотворение, чаще всего о любви), ода, поэма, баллада, роман в стихах, песня, сонет и тд.

«Слушай, поганое сердце…» С. Есенин

“Слушай, поганое сердце,

Сердце собачье мое.”

1916 год. Есенин только что вернулся с фронта. Он исколесил в санитарном поезде полстраны, ассистируя на операциях, перенося на носилках тяжелобольных и раненых, составляя списки погибших. Ежедневно сталкиваясь с болью, страданиями людей, Есенин глубоко сопереживает чужой беде.

Позже, в 1917 году, он напишет:

“Война мне всю душу изьела.

За чей-то чужой интерес

Стрелил я в мне близкое тело

И грудью на брата лез”.

А пока шел 1916 год. В Лунное затмение, 2(15) июля 1916 года, Есенин возвращается в Петроград, и на следующий же день пишет одно из самых своих мрачных стихотворений:

Слушай, поганое сердце,
Сердце собачье мое.
Я на тебя, как на вора,
Спрятал в руках лезвие.

Рано ли, поздно всажу я
В ребра холодную сталь.
Нет, не могу я стремиться
В вечную сгнившую даль.

Пусть поглупее болтают,
Что их загрызла мета;
Если и есть что на свете –
Это одна пустота.

Стихотворение, действительно, чуть ли не самое пессимистичное в творчестве поэта. Он написал его спонтанно, на литературном совещании у М.Мурашева. Последнему только что, из-за границы, привезли репродукцию скандальной картины Яна Стыки «Пожар Рима». Под звуки произведений Глинки «Не искушай» и «Сомнение» между литераторами завязался ожесточенный спор – можно ли совмещать поэзию и пытки? В самом центре картины стоял музыкант с лирой в кругу красивых женщин и мужчин, и наблюдал за страданиями народа в горящем городе.

Драматические ноты картины дополняла музыка Глинки. После соприкосновения с болью и жестокостью войны, Есенин чутко реагирует на общую атмосферу, внезапно возникшую на совещании. Опять драматизм, опять страдания… И строки стихотворения родились на одном дыхании. Открыв альбом Мурашева, он пишет сквозящее трагизмом, стихотворение. Есенин бесспорно был гением! Стихи рождались в его голове внезапно, озарением. Вот, что вспоминает М.Мурашев:

«Обычно Есенин слагал стихотворение в голове целиком и, не записывая, мог читать его без запинки. Не раз, бывало, ходит, ходит по кабинету и скажет:

Миша, хочешь послушать новое стихотворение?

Читал, а сам чутко прислушивался к ритму. Затем садился и записывал…

Прочитанное вслух стихотворение казалось вполне законченным, но когда Сергей принимался его записывать, то делал так: напишет строчку – зачеркнет, снова напишет – и опять зачеркнет. Затем напишет совершенно новую строчку. Отложит в сторону лист бумаги с начатым стихотворением, возьмет другой лист и напишет почти без помарок. Спустя некоторое время он принимался за обработку стихов; вначале осторожно. Но потом иногда изменял так, что от первого варианта ничего не оставалось.»

В тот вечер, 3 (16) июля 1916 года, Есенин на одном дыхании создал полное драматизма стихотворение. Всем присутствующим стихотворение показалось страшным. Написанное в период действия Лунного затмения, оно произвело гнетущее впечатление на собравшихся. Да и транзиты того дня были под стать настроению созданному стихотворением.

Читайте также:  Анализ стихотворения Есенина Поет зима – аукает

Карта красноречиво говорит о витавших настроениях того вечера. Целая плеяда планет в Раке. Здесь и Солнце, и Меркурий, Венера, Сатурн, Плутон, Черная Луна. Солнце в трине с Хироном после всех впечатлений войны выбрасывают его на эту встречу. Не успел Есенин вернуться в Петроград, как словно с корабля на бал, попадает на следующий же вечер на литературный диспут о добре и зле, о том, может ли лира беспристрастно взирать на людские страдания, находить в этом вдохновение. Как созвучно все, что происходило на этом вечере. мыслям и настроениям Есенина.

Ретроградная Венера идет на соединение с Плутоном, идет к очищению всего ненужного, лишнего, застоявшегося. Уже накопившиеся эмоции требуют выхода, и тут как нельзя кстати, как сметающий все ветхое на своем пути, ураганный ветер Плутона. Вспомнилось все – неприглядные ужасы войны, страдания, боль, сломленные судьбы тысяч людей. Но Венера в Раке чувствительна и беззащитна. И из глубин сознания приходит защитная реакция: ” Если и есть что на свете – Это одна пустота.” Ощущение одиночества, щемящее чувство пустоты вокруг себя.

После прочтения стихотворения на том памятном вечере, Мурашев не выдржал и спросил:

Сергей, что это значит?

То, что я чувствую, – ответил он с лукавой улыбкой.

Воспоминания М.Мурашева взяты с сайта esenin.ru

P.S. А у меня транзитный Сатурн встал на Кету.

Только утром посмотрела карту на время написания статьи, мне она показалась достаточно красноречивой. Как раз точный такой тау Уран-Меркурий-Путон.

Слушай, поганое сердце,
Сердце собачье мое.
Я на тебя, как на вора,
Спрятал в руках лезвие.

Рано ли, поздно всажу я
В ребра холодную сталь.
Нет, не могу я стремиться
В вечную сгнившую даль.

Пусть поглупее болтают,
Что их загрызла мета;
Если и есть что на свете —
Это одна пустота.

Анализ стихотворения Есенина «Слушай, поганое сердце…»

В есенинских творениях 1915-1916 гг. нередко встречаются суицидальные мотивы. Они занимают центральное место в «Исповеди самоубийцы», где отчаявшийся лирический герой не только отрекается, но и проклинает вечные идеалы веры и любви. Резюмируя неутешительные итоги безотрадного земного пути, субъект речи облекает их в лаконичную формулу с ужасным смыслом: «Жизнь есть песня похорон». В других стихотворениях лирическим «я» овладевает странная мечта пополнить ряды разбойников, кого-нибудь зарезав. Подобное желание можно трактовать как уничтожение собственной души, близкое к самоубийству.

Одно из самых пессимистических есенинских произведений датировано серединой лета 1916 г. В нем тема суицида приобретает особую остроту: адресатом злобных угроз героя становится часть своего тела, а конкретнее – сердце. Последнее награждается пренебрежительными просторечными эпитетами и сравнением с вором, заслуживающим смертной участи за свои черные дела. При помощи художественных приемов субъект речи демонстрирует стремление души отделить себя от физической оболочки – несовершенной, греховной, склонной к заблуждениям.

Во второй части стихотворения появляется объяснение агрессии лирического субъекта, направленной против собственной личности. На крайнюю меру его подвигло осознание бессмысленности существования: жизненные перспективы оцениваются как «пустота» или «сгнившая даль». Разговоры о целях и связанных с ними надеждах остаются уделом болтливых глупцов.

Сходная мысль о безнадежности земных путей появляется в стихотворном посвящении Михаилу Мурашеву, появившемся за несколько месяцев до анализируемого текста. Итог жизни обоих поэтов – «грязью покрытое» кладбище.

У литературоведов нет единого объяснения всплеску пессимистических мотивов в есенинском творчестве предреволюционного периода. Одни связывают приоритет негативных интонаций с особым духом эпохи или тяготами службы на военно-санитарном поезде и в стационарном лазарете. Другие исследователи трактуют образ мятежника и хулигана как одно из воплощений многогранного лирического «я», противоположность кроткого и набожного странника. Еще одна версия связана с внешними обстоятельствами появления «Слушай…» Произведение возникло как экспромт во время обсуждения темы страшного пожара, случившегося в Риме во время правления Нерона. Согласно этой версии, личность лирического «я» отождествляется с исторической фигурой императора-грешника, которого толкает на самоубийство предчувствие скорого возмездия.

“Слушай, поганое сердце,
Сердце собачье моё…”
С.Есенин
Зря мы обижаем собак, приписывая людям эпитет “собачий”. Виноват ли вполне порядочный булгаковский Шарик в том, что ученый превратил его в отвратительного человека? Никакому влюблённому не придёт в голо­ву мысль сказать своей девушке: Я люблю вас, как собака. Если при ка­ких-то обстоятельствах и произносят эту фразу, то в конце её добавля­ют: палку. А ведь если разобраться, то нет другого существа на свете, которое было бы столь привязано к хозяину, так бескорыстно и верно лю­било бы человека.
Пёс не помнил раннего детства. Мать, беспризорная дворняжка, родила его на задворках какой-то избы в куче прелого сена. Был март, ночами сильно подмерзало, и только теплое брюхо матери, сладко пахнущее молоком, спасало его. А потом мать куда-то исчезла, и щенок остался один. Никому в посёлке он был не нужен. Охотники предпочитали иметь собак от прове­ренных родителей, а пёс был неизвестной породы и тёмного происхождения. Чем-то он напоминал немецкую овчарку – серый окрас, стоячие уши, длинные, пока еще щенячьи, ноги.
В маленьком таежном поселке прокормиться собаке было нетрудно. Рядом начиналась тайга с обилием съедобной мелочи – мыши, белки, птицы. Хозяева домов выбрасывали на помойки много вполне съедобного мяса, костей, внутренностей животных. Немного подкармливали ребятишки. Одного не хватало щенку – душевного участия. И так шла его жизнь до того момента, когда в посёлок зашла группа туристов.
Пока парни ходили по посёлку в поисках продуктов, две девушки, Галя и Рая, воспользовавшись передышкой, занялись любимым делом – они стирали свою одёжку в ручье. При этом они негромко и красиво пели на два голоса:
Ничто в полюшке не колышется,
Только гpycтный напев где-то слышится.
Привлечённый задушевной песней, пёс застенчиво подошёл к девушкам.
К его удивлению, его не прогнали, не заругали, а пожалели, погладили, угостили конфетой и дажe помыли в ручье с мылом. Сердце собаки таяло от непривычной ласки. Он ощутил то, что мы называем первой любовью.
Когда подошли ребята, Галя заявила, что собачка пойдёт с ними и что она готова делить с ней завтрак, обед и ужин. Ребята усмотрели в щенке охотничьи приметы и коллективным решением кобелёк был зачислен в состав группы. Он получил кличку Тарга, что по-тувински означает Начальник.
На следующее утро туристы вышли в дальнейший путь. Впереди дело­вито шнырял Тарга, с удовольствием вынюхивая следы и разгоняя тучи бабочек, белым ковром устилавших тропу. Все радовало его. Ясный солнечный день, веселые дружные ребята и его любовь Галя, стройная девушка с косами, круглой мордашкой, облупленным носом, звонким и заливистым смехом. Тарга часто подбегал к ней за очередной порцией ласки и доброго слова.
Поход был трудным. Бездорожье, бурелом, перевалы, печки и ручьи с ледяной водой. Особенно тяжело приходилось Тарге. Выматывала силы карликовая берёзка. Ребята, хоть и ругались, но как-то перешагивали через путаницу ветвей. А псу приходилось передвигаться прыжками. Поэтому на коротких дневных привалах он валился на бок, вытягивал лапы и отдыхал. Но он никогда не скулил и не жаловался. Даже когда его побранили за рябчика, которого повара ненадолго положили на пенёк, а он, решив, что это для него, съел, он не обиделся. Общество его устраивало, и он готов был дружить с ребятами до конца своих дней.
Вечерами у костра туристы пели песни. Голос Гали выделялся чисто­той и проникновенностью. Так считал не только Тарга. Он жe лежал возле девушки, положив голову ей на колени и закрыв глаза. Рука Гали тихонько гладила его голову. Он был безмерно счастлив.
Такая жизнь продолжалась неполных три недели. Предстоял обратный путь на плоту по Енисею. Ребята уже подумывали о будущем Тарги.
Можно привезти его в Кызыл. Но кому там отдать? В городе он обречён на гибель. Взять с собой, в студенческое общежитие? Невозможно. И тут подвернулся удачный вариант. Туристы строили плот рядом с базовым лагерем геологов. У них собаки не было, и им очень понравился Тарга. Они уже начали подкармливать пса и просили ребят оставить его в лагере. А по возвращении в жилые места его хотел бы взять себе их проводник из местных жителей. Приходилось признать, что это наилучший выход для со­баки.
Тарга что-то предчувствовал, или Гале так казалось. Он почти не отходил от неё, стал грустным, смотрел таким преданным взглядом, что ей становилось не по себе. Наконец, настал час расставанья. Рюкзаки были погружены на плот. Тёплое прощание с гостеприимными геологами и Таргой, который был привязан к палатке и с беспокойством следил за приготовлениями туристов. Когда они направились к реке, он сначала издал короткий звук, что-тo вроде: “А я?”
Плот отчалил, и пёс разразился громким лаем. У Тарги было собачье сердце, но сейчас оно разрывалось от горя и тоски. Что, казалось бы, видел он за короткий срок? Длинные переходы по чертолому, вплавь по холодным ручьям, скудная еда. А вот поди ты, привязался своим сердчишком пёс к весёлым молодым ребятам, к Гале. И Тарга завыл. Завыл громко, истошно, трагически. “Ну куда же вы? Почему вы меня покидаете? Я с вами хочу-у! У-у!” – выл и рвался с привязи Тapгa. Туристы на плоту ещё долго слышали сквозь шум воды жалобы бедной собаки. Все угрюмо молчали, чувствуя себя как будто виноватыми. Рая вытирала слезы. Галя безутешно рыдала.

“Слушай, поганое сердце,

Сердце собачье мое.”

1916 год. Есенин только что вернулся с фронта. Он исколесил в санитарном поезде полстраны, ассистируя на операциях, перенося на носилках тяжелобольных и раненых, составляя списки погибших. Ежедневно сталкиваясь с болью, страданиями людей, Есенин глубоко сопереживает чужой беде.

Позже, в 1917 году, он напишет:

“Война мне всю душу изьела.

За чей-то чужой интерес

Стрелил я в мне близкое тело

И грудью на брата лез”.

А пока шел 1916 год. В Лунное затмение, 2(15) июля 1916 года, Есенин возвращается в Петроград, и на следующий же день пишет одно из самых своих мрачных стихотворений:

Слушай, поганое сердце,
Сердце собачье мое.
Я на тебя, как на вора,
Спрятал в руках лезвие.

Рано ли, поздно всажу я
В ребра холодную сталь.
Нет, не могу я стремиться
В вечную сгнившую даль.

Пусть поглупее болтают,
Что их загрызла мета;
Если и есть что на свете –
Это одна пустота.

Стихотворение, действительно, чуть ли не самое пессимистичное в творчестве поэта. Он написал его спонтанно, на литературном совещании у М.Мурашева. Последнему только что, из-за границы, привезли репродукцию скандальной картины Яна Стыки «Пожар Рима». Под звуки произведений Глинки «Не искушай» и «Сомнение» между литераторами завязался ожесточенный спор – можно ли совмещать поэзию и пытки? В самом центре картины стоял музыкант с лирой в кругу красивых женщин и мужчин, и наблюдал за страданиями народа в горящем городе.

Читайте также:  Анализ стихотворения Есенина Не жалею, не зову, не плачу...

Драматические ноты картины дополняла музыка Глинки. После соприкосновения с болью и жестокостью войны, Есенин чутко реагирует на общую атмосферу, внезапно возникшую на совещании. Опять драматизм, опять страдания… И строки стихотворения родились на одном дыхании. Открыв альбом Мурашева, он пишет сквозящее трагизмом, стихотворение. Есенин бесспорно был гением! Стихи рождались в его голове внезапно, озарением. Вот, что вспоминает М.Мурашев:

«Обычно Есенин слагал стихотворение в голове целиком и, не записывая, мог читать его без запинки. Не раз, бывало, ходит, ходит по кабинету и скажет:

Миша, хочешь послушать новое стихотворение?

Читал, а сам чутко прислушивался к ритму. Затем садился и записывал…

Прочитанное вслух стихотворение казалось вполне законченным, но когда Сергей принимался его записывать, то делал так: напишет строчку – зачеркнет, снова напишет – и опять зачеркнет. Затем напишет совершенно новую строчку. Отложит в сторону лист бумаги с начатым стихотворением, возьмет другой лист и напишет почти без помарок. Спустя некоторое время он принимался за обработку стихов; вначале осторожно. Но потом иногда изменял так, что от первого варианта ничего не оставалось.»

В тот вечер, 3 (16) июля 1916 года, Есенин на одном дыхании создал полное драматизма стихотворение. Всем присутствующим стихотворение показалось страшным. Написанное в период действия Лунного затмения, оно произвело гнетущее впечатление на собравшихся. Да и транзиты того дня были под стать настроению созданному стихотворением.

Карта красноречиво говорит о витавших настроениях того вечера. Целая плеяда планет в Раке. Здесь и Солнце, и Меркурий, Венера, Сатурн, Плутон, Черная Луна. Солнце в трине с Хироном после всех впечатлений войны выбрасывают его на эту встречу. Не успел Есенин вернуться в Петроград, как словно с корабля на бал, попадает на следующий же вечер на литературный диспут о добре и зле, о том, может ли лира беспристрастно взирать на людские страдания, находить в этом вдохновение. Как созвучно все, что происходило на этом вечере. мыслям и настроениям Есенина.

Ретроградная Венера идет на соединение с Плутоном, идет к очищению всего ненужного, лишнего, застоявшегося. Уже накопившиеся эмоции требуют выхода, и тут как нельзя кстати, как сметающий все ветхое на своем пути, ураганный ветер Плутона. Вспомнилось все – неприглядные ужасы войны, страдания, боль, сломленные судьбы тысяч людей. Но Венера в Раке чувствительна и беззащитна. И из глубин сознания приходит защитная реакция: ” Если и есть что на свете – Это одна пустота.” Ощущение одиночества, щемящее чувство пустоты вокруг себя.

После прочтения стихотворения на том памятном вечере, Мурашев не выдржал и спросил:

Сергей, что это значит?

То, что я чувствую, – ответил он с лукавой улыбкой.

Воспоминания М.Мурашева взяты с сайта esenin.ru

P.S. А у меня транзитный Сатурн встал на Кету.

Только утром посмотрела карту на время написания статьи, мне она показалась достаточно красноречивой. Как раз точный такой тау Уран-Меркурий-Путон.

О ЧЕМ БЛОК ПРЕДУПРЕЖДАЛ ЕСЕНИНА

Первая встреча Есенина с Блоком обросла легендарным статусом, прежде всего благодаря побасенным россказням Сергея Александровича. Об этой встрече он любил вспоминать, приводя все более красивые подробности (тем паче Блок умер и уже ничего не мог опровергнуть).

Есенин, зная, как делается литературная репутация, совершенно явно проводил параллель: Державин отдал лиру Пушкину, а Блок благословил рязанского Леля. Малинкой шла мелодия а-ля Ломоносов: один из современников Есенина вспоминал, что никому в голову не приходило, будто Сергей приехал в Питер из Москвы на поезде, нет!, пехом допер из Рязани.

Паломничество крестьянских поэтов к Блоку стало традицией, когда тот неосторожно восхитился Сергеем Городецким и Николаем Клюевым. Ко времени Есенина нагловатые парни с виршами изрядно Блока достали. Есенин чуть ли не последний выходец из народа, сумевший удостоиться благосклонности певца Прекрасной Дамы. Дружок Сергея Александр Ширяевец уже напрасно обивал пороги.

Вот выдержка из письма Ширяевца от 10 марта 1916 года:

«Сладко журчащий о России, о русском народе г. Блок, оказывается, не расположен заводить знакомства с писателями из народа. Не принял меня, а до меня не принял Сергея Клычкова …, который тщетно пытался познакомиться с ним. Один только Есенин попал к нему, да и то обманным путем … Знакомство мое с г. Блоком кончилось тем, что, после нескольких писем к нему и вызовов по телефону, я, явившись к нему, поторчал в прихожей, и горничная вынесла мне книгу его «Стихи о России», которую я купил в магазине и с которой явился к их степенству с просьбой дать автограф. Автограф-то в книге был, но автора видеть не сподобился… Мерси и на том, что увидал горничную знаменитости…»

Эта способность, не попав в гости, начать хамить, характерна не только для Ширяевца, но и для Клюева, и для Орешина, и для Клычкова, и для Ганина. А для Есенина? Не знаю. Этот всегда попадал куда хотел.

Наиболее полный рассказ Есенина о первой встрече привел в воспоминаниях Всеволод Рождественский. Рассказ для формата блога длинен, замечу только, что там фигурирует парень, решивший повидать Блока проездом на заработки в Балтийский порт (неправда). У парня всего один день на поиск кумира, он, шалело уворачиваясь от трамваев, пытает случайных прохожих, – где живет Блок. Стесняясь, проникает в дом Поэта через черный ход. Кухарка выгнала визитера на лестницу, боясь оставить одного на кухне с кастрюлями, зато Блок накормил булкой и яичницей.

Всему этому карнавалу противоречат факты.

Сохранилась записка Есенина Блоку, где он вежливо представляется и просит разрешения зайти ближе к вечеру. Так что черный ход с кухаркой для блезиру, как и, подозреваю, слопанная яичница. Встреча была сугубо деловой.

9 марта 1915 года Блок заносит в дневник:

«Днем у меня рязанский парень со стихами.

Крестьянин Рязанской губ… 19 лет. Стихи свежие, чистые, голосистые, многословные. Язык. …»

Блок дал Есенину рекомендацию к Городецкому, с которой все и завертелось.

А сам устранился.

Наделав за месяц в литературной среде изрядного шуму, Есенин стал настаивать на следующем рандеву. И здесь Блок ответил ему крайне важным письмом.

«Дорогой Сергей Александрович.

Сейчас очень большая во мне усталость и дела много. Потому думаю, что пока не стоит нам с Вами видеться, ничего существенно нового друг другу не скажем.

Вам желаю от души остаться живым и здоровым.

Трудно загадывать вперед, и мне даже думать о Вашем трудно, такие мы с Вами разные; только все-таки я думаю, что путь Вам, может быть, предстоит не короткий, и, чтобы с него не сбиться, надо не торопиться, не нервничать. За каждый шаг свой рано или поздно придется дать ответ, а шагать теперь трудно, в литературе, пожалуй, всего труднее.

Я все это не для прописи Вам хочу сказать, а от души; сам знаю, как трудно ходить, чтобы ветер не унес и чтобы болото не затянуло.

Будьте здоровы, жму руку.

Александр Блок».

Опытный коллега предупреждает, – шагай аккуратней, будь чист и светел, минешь болото, – но Есенин интерпретировал письмо, как ему было удобно. Позже, вспоминая сей наказ, он назначит болотом салон Гиппиус и Мережковского, утверждая, будто Блок предостерегал от общения с антиреволюционной богемой. Таким образом, метафизический пласт блоковского совета перейдет в пошлую реальность, где не Роза Белая с Черной Жабой, а дама с лорнетом и ее бородатый супруг.

Блок дал Есенину и стихотворный совет. Произошло это в июле 1916 года. Есенин присутствовал на редколлегии у Михаила Мурашева. Там обсуждали картину Яна Стыка «Пожар Рима» (нормально ли Нерону петь, когда мир гибнет?) и некий музыкант импровизировал на скрипке, сыграв в итоге вещи Глинки. Есенин записал в альбом хозяина стихотворение:

«Слушай, поганое сердце,

Сердце собачье мое.

Я на тебя, как на вора,

Спрятал в руках лезвие.

Рано ли, поздно всажу я

В ребра холодную сталь.

Нет, не могу я стремиться

В вечную сгнившую даль.

Пусть поглупее болтают,

Что их загрызла мета;

Если и есть что на свете —

Это одна пустота.

Прим(ечание). Влияние «Сомнения» Глинки и рисунка «Нерон, поджигающий Рим». С. Е.»

Стихотворение увидел Блок.

По воспоминаниям Мурашева:

«Блок медленно читал это стихотворение, очевидно и не раз, а затем покачал головой, подозвал к себе Сергея и спросил:

— Сергей Александрович, вы серьезно это написали или под впечатлением музыки?

— Серьезно, — чуть слышно ответил Есенин.

— Тогда я вам отвечу, — вкрадчиво сказал Блок.

На другой странице этого же альбома Александр Александрович написал ответ Есенину — отрывок из поэмы «Возмездие», над которой в то время работал, и которая еще нигде не была напечатана:

Жизнь — без начала и конца.

Нас всех подстерегает случай.

Над нами — сумрак неминучий,

Иль ясность божьего лица.

Но ты, художник, твердо веруй

В начала и концы. Ты знай,

Где стерегут нас ад и рай.

Тебе дано бесстрастной мерой

Измерить все, что видишь ты.

Твой взгляд — да будет тверд и ясен,

Сотри случайные черты —

И ты увидишь: мир прекрасен»

И этому совету Есенин не внял, предпочитая невольно хаос.

Во всех видя соперников, Есенин в итоге разглядел врага и в Блоке. Когда появились «Двенадцать», претендующие на звание первой революционной поэмы, ученик принялся отпускать насчет учителя замечания, мол, у того нет чувства Родины, да и вообще, разве может немец сказать о России дельное.

Но в 1921 Блок умер и Есенин очухался. Ему делает честь, хотя бы резкий отказ выступить на вечере имажинистов «Слово о дохлом поэте».

Здесь не оскоромился.

Зато с другими своими учителями поступил без лишних сантиментов.

Сделайте пожалуйста анализ стихотворения Есенина “Слушай, поганое сердце” по плану.
«План анализа стихотворения»
План анализа стихотворения:
1. Автор и название стихотворения.
2. История создания стихотворения (когда написано, по какому поводу, кому посвящено).
Место данного стихотворения в творчестве поэта или в ряду стихотворений на подобную тему (с подобным мотивом, сюжетом, структурой и т.п.)
3. Тема, идея, основная мысль (о чём стихотворение). Если автор принадлежит к какой-либо литературной группировке: символист, акмеист, футурист, – то необходимо подобрать примеры, доказывающие, что перед нами произведение поэта-символиста, акмеиста или футуриста. Цитаты из текста, подтверждающие выводы.
Тема стихотворения:
– пейзаж; – общественно-политическая; – любовная/интимная; – философская.
4. Художественные средства, с помощью которых созданы эти образы:
Какую лексику использует автор: – бытовую, повседневную – литературную, книжную – публицистическую
– архаизмы, устаревшие слова
5. Композиция лирического произведения.
– определить ведущее переживание, чувство, настроение, отразившееся в поэтическом произведении;
– выяснить стройность композиционного построения, его подчинённость выражению определённой мысли;
– определить лирическую ситуацию, представленную в стихотворении (конфликт героя с собой; внутренняя несвобода героя и т.д.)
– определить жизненную ситуацию, которая, предположительно, могла вызвать это переживание;
– выделить основные части поэтического произведения: показать их связь (определить эмоциональный “рисунок”).
Композиция стихотворения, его деление на строфы (как соотносится смысл стихотворения и его деление на строфы).
Представляет ли каждая строфа законченную мысль или в строфе раскрывается часть основной мысли.
Сопоставлен или противопоставлен смысл строф.
Значима ли для раскрытия идеи стихотворения последняя строфа, содержит ли вывод.
Композиция: размер, рифма, ритм.
Размер:
_ _’ _ амфибрахий;
_ _ _’ анапест;
верлибр (свободный или белый стих);
‘_ _ _ дактиль;
‘_ _ / ‘_ _ / ‘_ _ хорей 3-стопный;
_ _’ / _ _’ / _ _’ /_ _’ ямб 4-стопный (ударение на каждом втором слоге);
Рифма: аабб – парная; абаб – перекрёстная; абба – кольцевая.
анафоры (одинаковое начало строчек)- как бы дополнительная рифма, только в начале стиха.
переносы (значение переносимого слова подчёркивается, на нём делается смысловой акцент).
6. Поэтическая лексика.
Необходимо выяснить активность использования отдельных групп слов общеупотребительной лексики – антонимов, архаизмов, неологизмов, омонимов, синонимов.
– выяснить меру близости поэтического языка с разговорным;
– определить своеобразие и активность использования тропов.
Тропы – слова и обороты, которые употребляются не в прямом, а в образном, переносном значении:
– аллегория – иносказательное изображение абстрактного понятия/явления через конкретные образы и предметы;
– гипербола – художественное преувеличение;
– ирония – скрытая насмешка;
– литота – художественное преуменьшение;
– метафора – скрытое сравнение, построенное на похожести/контрасте явлений, в котором слова “как”, “словно” отсутствуют;
– олицетворение – например: куст, который разговаривает, думает, чувствует;
– паралеллизм – сравнение; – эпитет – художественное определение.
7. Стилистические фигуры:
Поэтический синтаксис (синтаксические приёмы или фигуры поэтической речи)
– антитеза/противопоставление;
– градация – например: светлый – бледный – едва заметный;
– инверсия – необычный порядок слов в предложении с очевидным нарушением синтаксической конструкции;
– повторы/рефрен;
– риторический вопрос, обращение – повышают внимание читателя и не требуют ответа;
8. Поэтическая фонетика:
Использование звукоподражаний, звукозаписи – звуковых повторов, создающих своеобразный звуковой “рисунок”
– аллитерация – повторение одинаковых согласных;
– анафора – единоначатие, повторение слова или группы слов в начале нескольких фраз или строф;
– ассонанс – повторение гласных;
– эпифора – противоположна анафоре – повторение одинаковых слов в конце нескольких фраз или строф.
9. Образ лирического героя, авторское “Я”. (- сам автор, – рассказ от лица

персонажа, автор играет какую-то роль)
10. Литературное направление: романтизм, реализм, сюрреализм, символизм, акмеизм, сентиментализм, авангардизм, футуризм, модернизм и т.д.
11. Жанр: эпиграмма (сатирический портрет), эпитафия (посмертное), элегия (грустное стихотворение, чаще всего о любви), ода, поэма, баллада, роман в стихах, песня, сонет и тд.

Читайте также:  Анализ стихотворения Возвращение на Родину Есенина

Лирический герой Есенина

Экзистенциальная проблематика в творчестве Есенина связана с

Отражением кризисного сознания современного человека, с феноменом

«отчуждения» и «самоотчуждения» личности, переживающей драму утраты своих

Корней, связи с миром. Кризисное состояние духа, как утверждает

Экзистенциальная философия, обуславливается обострением внутренней

Дисгармонии личностного сознания, что может привести к раздвоению личности.

Состояние «отчуждения» достигает при этом своего предела, трансформируясь в

Яркий пример такого самоотчуждения мы наблюдаем в есенинской поэме

«Черный человек», в образе его демонического двойника.

Но предвестники этого «черного» двойника появляются в поэзии Есенина и

Гораздо раньше, начинают прослеживаться в его ранних произведениях.

Впервые трагический экзистенциальный феномен «самоотчуждения»

Запечатлен в стихотворении «День ушел, убавилась черта…» (1916 год). Его

Экзистенциальный «код» заключен в мотиве призрачности, неистинности

«наличного бытия», трагически переживаемого героем, его неподлинное «я»

Превращается в некую странствующую тень, ишущую новое воплощение,

« С каждым днем я становлюсь чужим

И себе, и жизнь кому велела.

Где-то в поле чистом, у межи,

Оторвал я тень свою от тела ….

Уже здесь впервые отчетливо намечена тема двойничества, которой

Сопутствует мотив отчуждения личности от собственной «экзистенции».

Также показательно в этом плане еще одно стихотворение Есенина –

«Слушай, поганое сердце» (1916), где мы имеем дело со сложной диалектикой

Развития образа, с системой двойников, со взглядом на себя со стороны, из

«Слушай, поганое сердце,

Сердце собачье мое.

Я на тебя, как на вора

Спрятал в руках лезвие…».

В одном из ранних стихотворений Есенина есть строчка: «Я говорю с

Самим собой». Она отражает столкновение противоположных начал, систему

Двойственности самоощущения поэта.

Итак, можно сказать, что феномен двойничества был присущ

Художественному сознанию Есенина изначально, проявляясь уже в его ранних

Произведениях. В дальнейшем, раздвоенность его внутреннего мира будет

Обостряться еще сильнее под влиянием внешних обстоятельств. В его

Творчестве все более явственно будет ощущаться присутствие его «черного»

Двойника, порожденного сумятицей в душе поэта. На раздвоение сознания Есенина большое влияние оказывает революция

1917 года, оценки которой в его творчестве были крайне противоречивыми.

Произошедшая революция всколыхнула сознание народа. Не мог остаться к

Ней безучастным и Есенин. Все коренные изменения, происходящие в стране,

Еще больше расшатали его душевную неустойчивость, породили в его душе новые

Нет сомнения в том, что Есенин встретил революцию с вдохновением и

Восторгом. «В эти месяцы,- вспоминал его друг В. С. Чернявский,- были

Написаны одна за другой все его … поэмы о революции … Он был весь во власти

Своей «есененской Библии…». «Поэтическая Библия» состояла из 10-ти

«маленьких поэм»; «Певущей зов», «Отчарь», «Откоих», «Пришествие»,

«Преображение», «Инония», «Сельский часослов», «Иорданская голубица»,

«Небесный барабанщик» и «Пантократор», в которых Есенин воспевал

Преобразования в стране.

В этих его произведениях отражается восторженное впечатление от

Произошедшей революции, выражаются надежды на светлое будущее:

Бродит по полям

Бросает в борозды

Светлый гость в колымаге

К вам едет». («Преображение», 1917 год)

Таким видится Есенину Образ революции. Он связан с надеждами на новую,

Лучшую жизнь. Поэт принимает тот, «новый день», который наступил в стране:

«О новый, новый, новый

Прорезавший тучи день!

Сядь ты ко мне на плетень …»

Но в то же время он словно начинает сомневаться в правильности

Происходящего, увидев изнаночную сторону тех преобразований, которые сам

Воспевал. В стихотворении «Кобыльи корабли» (сентябрь 1919 год), уже звучит

Как бы насмешка над теми, кто ничего не видя и не не понимая, стремится в

Новую жизнь, о также над самим собой, еще недавно тоже стремившемся туда

«Видно в смех над самим собой

Пел я песнь о чудесной гостье. »

«Чудесная гостья» оказалась совсем не той, какой представлял ее себе

Поэт. Позже, в поэме «Страна негодяев» (1922-1923 года), есенинский герой

Номах окончательно ее развенчает:

«Я верил … я горел…

Я шел с революцией,

Я думал, что братство не мечта и не сон,

Что все в единое море сольются,

Все сонмы народов, и рос, и племен.

Ну что мы взяли в замен?

Пришли те же тупики, те же воры

и вместе с революцией

Этими словами Номаха Есенин выражает свое отношение к революции,

Осознание ее изнанки. Существует мнение, что в своем герое Номахе Есенин

Изобразил самого себя, свою вторую, темную сторону души. По мнению М. Нике,

Во–первых описание Номаха совпадает с внешностью самого поэта: «Блондин.

Среднего роста, 28-ми лет». Во-вторых, имя «Номах» является анаграммой

«монаха» – деревенского прозвища Есенина и его двойника в «Черном человеке»

Итак, мы видим, какое смятение царило в душе Есенина, как он страдал

От того, что не мог понять и однозначно принять то, что происходило в его

Стране. Позже, в стихотворении «Письмо к женщине» (1924 год) он сравнит

Себя с лошадью, которой не по своей воле приходится скакать неизвестно куда

И зачем, и повернуть назад она не может:

«… Не знали вы, что я в сплошном дыму

В развороченном бурей быте

С того и мучаюсь, что не пойму

Куда несет нас рок событий …»

Поэт сравнивает революционные годы с «гущей бурь и вьюг». Но, как

Известно, буря не обходится без жертв, и не каждый может выдержать ее

«… Ну кто же из нас на палубе большой

Не падал, не блевал и не ругался?

Их мало, с опытной душой,

Кто крепким в качке оставался …»

Есенин явно не относил себя к тем, кто остался крепким в качке. И это

Время всеобщего хаоса оказалось очень удачным для того, чтобы наружу

Беспрепятственно смог выйти его «двойник» – «Черный человек», который будет

Преследовать поэта до конца его жизни, то, подавляя своим напором, то,

Немного отходя в сторону. «Двойник» этот выступает в образе «хулигана»,

Дебошира, поражающего окружающих своей грубостью и дерзостью, при этом

Склонившегося « над стаканом, чтоб не страдал ни о ком, себя сгубить в

Угаре пьяном». Этому «черному двойнику» противостоит светлый образ

Измученной, страдающей души поэта. По мнению М. И. Шубниковой – Гусевой,

Лирический герой Есенина, именующий себя «хулиганом», поражал нарочитостью

Своей вызывающей позы, смысл которой состоял в том, чтобы пробудить в людях

Сострадание к ближнему, «осветить потемки чужих душ»

Итак, причина душевного кризиса Есенина в большой мере была

Обусловлена его растерянностью перед «Бурей революцией», перед «роком

Событий». Он очень болезненно ощущал затерянность отдельного человека в

Этой «буре», полную оторванность от мира, от своих корней, от всего того,

На что раньше он мог опереться.

Также очень волновал Есенина вопрос о вытеснении всего живого

«железным» в ходе индустриализации. Он, как никто другой, ощущающий свою

Связь с природой, опасался, что «эпоха железа» может окончательно ее

Есенин, конечно же понимал необходимость внести изменения в нищую

Русь, приветствовал рождение «стальной» России, о чем говорят многие его

Стихотворения, в частности «Неуютная жидкая лунность» (1925 год):

«Полевая Россия! Довольно

Волочиться сохой по полям!

Нищету твою видеть больно

И березам и тополям …».

Но поэт боялся «железного» в переносном, метафорическом смысле, как

Воплощение бездуховного, несущего смерть живому, о чем пишет в своем

Произведении «Железный Миргород», восхищаясь техническим достижениям

Америки: «С этого момента я разлюбил нищую Русь …», но в то же время

Ужасаясь царящей там бездуховности: «Человека я пока не встречал, и не

Знаю, где им пахнет. … Пусть мы нищие, пусть у нас голод, холод и

Ссылка на основную публикацию