На даче – краткое содержание рассказа Катаева

На даче

Перед рассветом мы проснулись от знакомого звука. Мы прислушались. Окно было тщательно заделано темным одеялом. Для того чтобы лучше слышать, я потушил лампочку, отогнул край одеяла и посмотрел на щель. Зрение помогло слуху. Я увидел сонные сосны подмосковной дачи. В сером небе дрожал розовый Марс. Звук, разбудивший нас, определился. Не могло быть сомнений: воздушная тревога. Хроматическая гамма сирены, настойчивая и угрожающая. Теперь к ней присоединился непрерывный крик паровоза на ближайшей станции. Раздались гудки фабрики. Окрестности кричали.

Мы быстро оделись и побежали к детям. Жена взяла девочку, а я мальчика. Мы завернули их в одеяла и спустились вниз по лестнице, освещенной синей лампочкой. Мы спускались торопливо, но осторожно. Я чувствовал сквозь одеяло теплоту спящего ребенка. Вдруг он проснулся и посмотрел на меня глазками, свежо и весело блеснувшими при свете синей лампочки. Он ничего не понимал. Он думал, что я с ним играю в его любимую игру – «в маленьких». Эта игра заключалась в том, что я брал его на руки и качал, как грудного, в то время как это был уже вполне сознательный трехлетний человек, с довольно большим запасом слов и твердой походкой. Ему нравилось чувствовать себя грудным.

– Папа, я маленький, да?

– Да. Ты совсем крошечный. Ты еще не умеешь говорить, ходить и есть с ложки. Ты еще сосешь соску.

Это его безумно смешило, и он улыбался нежной и томной улыбкой, именно так, как, по его понятию, должен был улыбаться грудной младенец.

Теперь, когда мы спускались по лестнице, он проснулся. Ему пришло в голову, что я нарочно вынул его ночью из постели, чтобы поиграть.

Он сказал, хватая меня руками за щеки:

– Папа, я маленький? Да? Я еще сосу соску?

– Да, да, – поспешно сказал я, прислушиваясь к отдаленным взрывам.

Девочка Женя сидела на руках у жены и смотрела понимающими глазами. Она была старшая. Ей было пять лет.

Мы принесли детей в темную столовую и положили их на диван. Жена закрывала их руками, как наседка закрывает своих цыплят крыльями.

Вокруг стреляли зенитки. Сотни зениток. Дача тряслась. В небе бегали розовые звезды разрывов. Среди них был неподвижен только Марс. Осколки сыпались, свистя и сбивая ветки. Осколки стучали по крыше. Лучи прожекторов метались среди сосен, как пальцы слепого, щупающие темное лицо убийцы. На безумной высоте шел воздушный бой. И среди стремительного жужжания ночных истребителей, среди хлопанья шрапнелей, среди фейерверка трассирующих пуль ухо напряженно ловило характерный, зловещий звук немецкого бомбардировщика, пробирающегося к Москве, – осторожный рокот, похожий на полосканье горла.

Мальчик, видя, что с ним не играют, заснул.

В течение нескольких часов, пока продолжалась воздушная тревога, девочка смотрела немигающими глазами то на меня, то на мать.

Потом заснула и она.

А днем я сидел у открытого окна и смотрел в сад. Дорожки были усыпаны срезанными ветками. Среди них валялись зубчатые осколки снарядов. Равнодушное небо – синее, с белыми круглыми облаками – плыло над лесом, отсыпающимся после ночного потрясения.

Тогда я увидел свою девочку. Она шла по дорожке, по сбитым веткам и по зубчатым осколкам, бережно неся в руках большую обезьяну, тщательно одетую в пальто и валенки Павлика, о головой, закутанной в нянькин платок. Она была матерью, обезьяна была ее любимым сыном. Она нежно говорила вполголоса, нежно укачивала сына:

– Ничего, сынка, не бойся. Тебя не убьют. Тебя, может быть, ранят осколком. Спи спокойно. Это не фугаски, это зенитки…

Вдруг над самой крышей раздался оглушительный шум моторов.

Девочка посмотрела вверх. Лицо ее исказилось ужасом. Оно застыло в страшной гримасе. Оно стало как маска. Уши страшно покраснели. Она выронила из рук обезьяну и закричала взрослым голосом, от которого волосы зашевелились у меня на голове.

Я выскочил в окно и бросился к ней.

В этот же миг очень низко, почти задевая трубы, обдавая грохотом моторов и горячим ветром, над нами пролетела машина, в четыре раза большая, чем наша дача. Это был наш транспортный самолет.

Я присел перед девочкой на корточки и обнял ее, успокаивая:

– Ах ты, моя глупенькая, ах ты, моя маленькая, не бойся!

Но она уже была совершенно спокойна. Она с любопытством следила своими светлыми, немного зелеными глазами простого котенка за удаляющимся самолетом.

Наконец она сказала:

– Я уже не боюсь, папочка. Я думала, что это едет война, – а это наш – четырехмоторный «СССР».

Алмазный мой венец, Катаев Валентин Петрович

Краткое содержание, краткий пересказ

Алмазный мой венец

Краткое содержание произведения

Эта книга — не роман, не повесть, не лирический дневник и не мемуары. Хронологические связи заменены здесь ассоциативными, а поиски красоты — поисками подлинности, какой бы плохой она ни казалась. Это мовизм (от “мове” — плохо). Это свободный полет фантазии, порожденный истинными происшествиями. Поэтому почти никто не назван здесь своим именем, а псевдоним будет писаться с маленькой буквы, кроме Командора.

Мое знакомство с ключиком (Ю. Олеша) состоялось, когда мне было семнадцать, ему пятнадцать, позднее мы стали самыми близкими друзьями, принадлежали к одной литературной среде. Эскесс, птицелов, брат, друг, конармеец — все они тоже одесситы, вместе с киевлянином синеглазым и черниговцем колченогим вошедшие в энциклопедии и почти все — в хрестоматии.

С птицеловом (Эдуард Багрицкий) я познакомился на собрании молодых поэтов, где критик Петр Пильский выбирал лучших и потом возил напоказ по летним театрам. Рядом с ним в жюри всегда сидел поэт эскесс (Семен Кессельман), неизменно ироничный и беспощадный в поэтических оценках.

Птицелов входил в элиту одесских поэтов, его стихи казались мне недосягаемыми. Они были одновременно безвкусны и непонятно прекрасны. Он выглядел силачом, обладал гладиаторской внешностью, и лишь впоследствии я узнал, что он страдает астмой.

Вытащить его в Москву удалось только после гражданской войны. Он был уже женат на вдове военврача, жил литературной поденщиной, целыми днями сидел в свой хибарке на матраце по-турецки, кашлял, задыхался, жег противоастматический порошок. Не помню, как удалось когда-то выманить его на яхте в море, к которому он старался не подходить ближе чем на двадцать шагов.

Ему хотелось быть и контрабандистом, и чекистом, и Виттингтоном, которого нежный голос звал вернуться обратно.

В истоках нашей поэзии почти всегда была мало кому известная любовная драма — крушение первой любви, измена. Юношеская любовь птицелова когда-то изменила ему с полупьяным офицером. Рана не заживала всю жизнь.

То же было с ключиком и со мной. Взаимная зависть всю жизнь привязывала нас друг к другу, и я был свидетелем многих эпизодов его жизни. Ключик как-то сказал мне, что не знает более сильного двигателя, чем зависть. Я же видел еще более могучую силу — любовь, причем неразделенную.

Подругой ключика стала хорошенькая голубоглазая девушка. В минуты нежности он называл её дружочек, а она его — слоник. Ради нее ключик отказался ехать с родителями в Польшу и остался в России. Но в один прекрасный день дружочек объявила, что вышла замуж. Ключик останется для нее самым-самым, но ей надоело голодать, аМак (новый муж) служит в губпродкоме. Я отправился к Маку и объявил, что пришел за дружочком. Она объяснила ему, что любит ключика и должна вернуться сейчас же, вот только соберет вещи. Да, рассеяла она мое недоумение, теперь у нее есть вещи. И продукты, добавила она, возвращаясь с двумя свертками. Впрочем, через некоторое время в моей комнате в Мыльниковом переулке она появилась в сопровождении того, кого я буду звать колченогим (Вл. Нарбут).

Когда-то он руководил Одесским отделением РОСТА. После гражданской войны хромал, у него не хватало кисти левой руки, в результате контузии он заикался. Служащих держал в ежовых рукавицах. При всем том это был поэт, известный еще до революции, друг Ахматовой и Гумилева. Дружочек почти в день приезда в Москву ключика снова появилась в моей комнате и со слезами на глазах целовала своего слоника. Но вскоре раздался стук. Я вышел, и колченогий попросил передать, что если дружочек немедленно не вернется, он выстрелит себе в висок.

Со слезами же на глазах дружочек простилась с ключиком (теперь уже навсегда) и вышла к колченогому.

Вскоре я отвел ключика в редакцию “Гудка”. Что вы умеете? А что вам надо? — был ответ. И действительно. Зубило (псевдоним ключика в “Гудке”) чуть ли не затмил славу Демьяна Бедного, а наши с синеглазым (М. Булгаков) фельетоны определенно потонули в сиянии его славы.

Скоро в редакции появился тот, кого я назову другом (И. Ильф). Его взяли правщиком. Из неграмотных и косноязычных писем он создал своего рода прозаические эпиграммы, простые, насыщенные юмором. Впереди, впрочем, его ждала всемирная слава. В Москву приехал мой младший братец, служивший в Одесском угрозыске, и устроился в Бутырку надзирателем. Я ужаснулся, заставил его писать. Вскоре он стал прилично зарабатывать фельетонами. Я предложил ему и другу сюжет о поиске бриллиантов, спрятанных в обивке стульев. Мои соавторы не только отлично разработали сюжет, но изобрели новый персонаж — Остапа Бендера. Прототипом Остапа был брат одного молодого одесского поэта, служивший в угрозыске и очень досаждавший бандитам. Они решили убить его, но убийца перепутал братьев и выстрелил в поэта. Брат убитого узнал, где скрываются убийцы, пришел туда. Кто убил брата? Один из присутствовавших сознался в ошибке: он тогда не знал, что перед ним известный поэт, а теперь он просит простить его. Всю ночь провел Остап среди этих людей. Пили спирт и читали стихи убитого, птицелова, плакали и целовались. Наутро он ушел и продолжил борьбу с бандитами.

Мировая слава пришла и к синеглазому. В отличие от нас, отчаянной богемы, он был человеком семейным, положительным, с принципами, был консервативен и терпеть не мог Командора (В. Маяковского), Мейерхольда, Татлина. Был в нем почти неуловимый налет провинциализма. Когда он прославился, надел галстук бабочкой, купил ботинки на пуговицах, вставил в глаз монокль, развелся с женой и затем женился на Белосельской-Белозерской. Потом появилась третья жена — Елена. Нас с ним роднила любовь к Гоголю.

Разумеется, мы, южане, не ограничивались лишь своим кругом. Я был довольно хорошо знаком с королевичем (С. Есениным), был свидетелем его поэтических триумфов и безобразных дебошей. Моя жизнь текла более или менее рядом с жизнью Командора, соратника (Н. Асеева), мулата (Б. Пастернака). Великий председатель земного шара (В. Хлебников) несколько дней провел у меня в Мыльниковом. Судьба не раз сводила меня и с кузнечиком (О. Мандельштамом), штабс-капитаном (М. Зощенко), арлекином (А. Крученых), конармейцем (И. Бабелем), сыном водопроводчика (В. Казиным), альпинистом (Н. Тихоновым) и другими, теперь уже ушедшими из жизни, но не ушедшими из памяти, из литературы, из истории.

Читайте также:  На даче – краткое содержание рассказа Катаева

План-конспект урока по рассказу В.П. Катаева “На даче”.

I. Стадия «Вызов».
II. Стадия «Осмысление».
III. Стадия «Размышление» (рефлексия).

  1. Отработать с учащимися приемы новой технологии, способствующие развитию критического мышления (умение соотносить читательские ожидания с развитием сюжета, проведение дискуссии «Совместный поиск », «Перекрестной дискуссии»).
  2. Привлечь внимание учащихся к проблеме уязвимости тех, кто не участвует в вооруженном конфликте, познакомить с понятием «гражданское население».
  3. Расширить представление учащихся о контрасте как способе организации художественного текста.

Оформление урока (на доске)

  • Запись темы.
  • Портрет писателя.
  • Рисунки к теме «На даче» (без предварительного знания содержания рассказа).
  • Эпиграф: «…Не бывает совсем не пострадавших от войны»
  • между названием и проблемой
  • между поведением героев и ситуацией
  • между 2мя эпизодами
  • между описаниями пейзажа и событиями
  • Средства выразительности речи, фигуры речи:
  • Эпитеты.
  • Метафоры, олицетворение.
  • Сравнения.
  • Повторы.
  • Глаголы действия.
  • Эмоцианально-окрашенная, экспрессивная лексика.

1. Вступительное слово учителя, запись темы. В.П. Катаев «На даче».
2. Сообщение о писателе.
3. Стадия «Вызов».

  • Какие ассоциации вызывает у вас слово «дача»? (отдых, тишина, красивая природа)
  • Что можно изобразить на иллюстрации к рассказу с названием «На даче»?
  • Рассмотрим иллюстрацию (комментирует учащаяся, выполнившая работу дома).

Письменное задание.
За 5мин составьте небольшой рассказ по ключевым словам: подмосковская дача, окрестности, сад, звуки, небо, жужжание, родители, дети, игра.

Но сначала вспомним, что такое рассказ, и как он строится.

  • Что лежит в основе рассказа? (действие, событие)
  • Может ли быть в рассказе описание чего-либо? (да, небольшое)
  • Какой рассказ интереснее слушать? (если события происходят быстро)

Вывод. В рассказе нужно написать о том, что произошло на даче.

Чтение нескольких рассказов учащихся.

4. Стадия «Осмысление».

Работа с текстом.

  • Прочитаем небольшой фрагмент рассказа и сравним с нашими предположениями.
  • Что мы узнали?

– Оправдались ли наши предположения? (нет)
– О чем пойдет речь дальше? (о войне)
– Какое ключевое слово я вам не назвала? (воздушная тревога)
– Что нужно обязательно учитывать при составлении рассказа? (историческое время)

Вывод. В рассказе пойдет речь о войне.

Сравним название рассказа и его тему.
– Отражает ли название рассказа его тему? (нет, оно ей противоположно).

Знакомство с термином «контраст» (сообщение учащегося).

Найдите в прочитанном фрагменте пример еще какого-либо контраста. (Между сонными соснами и сиреной)

Внесем коррективы в наши предположения.

  • Что может произойти дальше? Как будут вести себя герои?

Дискуссия «Совместный поиск»
Чтение следующего фрагмента.

– Что совпало с нашими ожиданиями?
– Что показалось вам неожиданным, удивительным в поведении героев во время опасности? (игра)
– Какой прием использует здесь автор? (контраст)

– Давайте, обсудим вопрос о том, нужно ли детей ограждать от ужасов войны?

Задание по группам:

  • 1 гр.- доказать, что нужно защищать детей.
  • 2 гр. – доказать обратное, т.е. опровергнуть утверждение. 3 гр. – сделать вывод о том, кто прав.

Чтение текста Обсуждение.

– Что узнали нового?
– Как развивались события?
– Как вы думаете, можно ли этот эпизод назвать кульминацией? (Нет. С героями ничего страшного не произошло.)
– Почему так подробно описывается бой?
– Какой контраст можно увидеть здесь? (зенитки стреляют – ребенок спит)
– Какие ключевые слова, отражающие военную тематику, встретились в тексте? (Зенитки, разрывы, бой, истребители, шрапнель, бомбардировщики, трассирующие пули)

Чтение следующего отрывка. Обсуждение.

  • Что вам кажется удивительным в словах девочки? (Знает разницу между фугасами и зенитками.)
  • Есть ли контраст в описании природы. (Да, равнодушное небо и срезанные осколками снарядов ветки противопоставлены друг другу.)
  • Как выглядит девочка на фоне разрушений? (Беззащитной).
  • Какую роль играет здесь описание пострадавшей природы?

Чтение следующего эпизода. Обсуждение.

  • Какие события можно назвать кульминацией? Какова развязка рассказа?
  • Как можно доказать текстом, что девочка пережила сильный, незабываемый страх? (Волосы у отца зашевелились на голове)

4. Стадия « Размышление». (Рефлексия)

– Вспомним наши предположения. (Мы ожидали физических страданий, а узнали о психологических страданиях.)

Война может приносить не только физические, но и нравственные страдания.
(В этом заключается идея рассказа.)

– Кто является самым уязвимым на войне?
(Мирные жители – «гражданское население». А среди них – дети.)

– Чтение высказываний и стихотворений на тему: « Дети и война» .

5. Исследовательское «задание»:
– Где еще в тексте встречается контраст?
– Какова роль контраста в произведении?

Контраст является не только одним из приемов, но и способом организации всего текста.
Роль контраста – подчеркнуть беззащитность людей.

– С помощью каких средств выразительности речи передается общая атмосфера в рассказе?
(эпитеты, олицетворения, метафоры, сравнения, повторы, глаголы действия, эмоционально – окрашенная лексика)

6.Сообщение об эмоционально – окрашенной лексике.

7. Творческое задание (по группам):

– Выпишите из текста примеры изобразительно-выразительных средств речи и стилистических фигур. Объясните их роль в тексте.

8 Бинарный вопрос. (Да. Нет.)

– Забудут ли дети испытанный ужас?

Не бывает совсем не пострадавших от войны.

1. Ответить письменно на вопросы (стр. 20-по вариантам.)
2. Выучить определение « контраста».

Катаев Валентин Петрович (1897 – 1986), прозаик. Родился 16 января (29 н.с.) в Одессе в семье учителя.

Учился в Одесской гимназии. С девяти лет начал писать стихи, некоторые из них были напечатаны в одесских газетах, а в 1914 впервые стихи Катаева опубликовали в Петербурге в журнале “Весь мир”. С началом первой мировой войны он поступил вольноопределяющимся в действующую армию, в артиллерийскую бригаду, где пробыл до лета 1917.

Октябрьскую революцию встретил в одесском лазарете, где лечился после ранения на румынском фронте. Демобилизовавшись, сделал первые попытки писать прозу. В 1919 был призван в Красную Армию, исполнял обязанности командира батареи, затем был отозван из армии и назначен заведующим окнами сатиры в одесском РОСТА: писал тексты для агит-плакатов, частушки, лозунги, листовки. В 1921 был послан для налаживания аналогичной работы в Харьков.

В 1922 переехал в Москву, публиковал свои фельетоны в газетах “Гудок”, “Труд”, “Рабочая газета”, не оставляя работы над художественной прозой. В 1925 опубликовал повесть “Растратчики”, замеченную и критикой, и читателями. Эта повесть была инсценирована, спектакль с успехом шел с 1928 на сцене МХАТа. Окрыленный признанием, Катаев пишет комедию “Квадратура круга”, тоже имевшую шумный успех. С тех пор постоянно писал для театра.

В 1932, совершив поездку на строительство Магнитогорска, Катаев пишет роман-хронику “Время, вперед!”, ставшую важной вехой в его творчестве.

В 1936 публикует роман “Белеет парус одинокий”; много работает для “Правды”: пишет фельетоны, очерки, заметки, статьи. В 1937 выходит повесть “Я сын трудового народа”. Во время Отечественной войны работал в Радиокомитете и в Совинформбюро на заграницу. Был военным корреспондентом “Правды” и “Красной звезды”, где печатались его очерки с фронта. В этот период были написаны рассказы “Третий танк”, “Флаг”, повести “Жена”, “Сын полка”, пьесы “Отчий дом”, “Синий платочек”.

В 1949 вышел роман “За власть Советов”. В 1955 был создан журнал “Юность”, главным редактором которого стал В.Катаев. Здесь в 1956 был опубликован роман “Хуторок в степи”.

В 1960-е написаны “Трава забвения”, “Святой колодец”, “Кубик”. В 1978 – “Алмазный мой венец”, в 1980 – “Уже написан Вертер”. Умер В.Катаев в 1986 в Москве.

Краткая биография из книги: Русские писатели и поэты. Краткий биографический словарь. Москва, 2000.

Перед рассветом мы проснулись от знакомого звука. Мы прислушались. Окно было тщательно заделано темным одеялом. Для того чтобы лучше слышать, я потушил лампочку, отогнул край одеяла и посмотрел на щель. Зрение помогло слуху. Я увидел сонные сосны подмосковной дачи. В сером небе дрожал розовый Марс. Звук, разбудивший нас, определился. Не могло быть сомнений: воздушная

тревога. Хроматическая гамма сирены, настойчивая и угрожающая. Теперь к ней присоединился непрерывный крик паровоза на ближайшей станции. Раздались гудки фабрики. Окрестности кричали. Мы быстро оделись и побежали к детям. Жена взяла девочку, а я мальчика.

Мы завернули их в одеяла и спустились вниз по лестнице, освещенной синей лампочкой. Мы спускались торопливо, но осторожно. Я чувствовал сквозь одеяло теплоту спящего ребенка. Вдруг он проснулся и посмотрел на меня глазками, свежо и весело блеснувшими при свете синей лампочки. Он ничего не понимал. Он думал, что я с ним играю в его любимую игру – “в маленьких”. Эта игра

заключалась в том, что я брал его на руки и качал, как грудного, в то время как это был уже вполне сознательный трехлетний человек, с довольно большим запасом слов и твердой походкой. Ему нравилось чувствовать себя грудным.

– Папа, я маленький, да?

– Да. Ты совсем крошечный. Ты еще не умеешь говорить, ходить и есть с ложки. Ты еще сосешь соску.

Это его безумно смешило, и он улыбался нежной и томной улыбкой, именно так, как, по его понятию, должен был улыбаться грудной младенец.

Теперь, когда мы спускались по лестнице, он проснулся. Ему пришло в голову, что я нарочно вынул его ночью из постели, чтобы поиграть.

Он сказал, хватая меня руками за щеки:

– Папа, я маленький? Да? Я еще сосу соску?

– Да, да, – поспешно сказал я, прислушиваясь к отдаленным взрывам.

Девочка Женя сидела на руках у жены и смотрела понимающими глазами. Она была старшая. Ей было пять лет. Мы принесли детей в темную столовую и положили их на диван. Жена закрывала их руками, как наседка закрывает своих цыплят крыльями.

Вокруг стреляли зенитки. Сотни зениток. Дача тряслась. В небе бегали розовые звезды разрывов. Среди них был неподвижен только Марс. Осколки сыпались, свистя и сбивая ветки. Осколки стучали по крыше. Лучи прожекторов метались среди сосен, как пальцы слепого, щупающие темное лицо убийцы. На безумной высоте шел воздушный бой. И среди стремительного жужжания ночных

истребителей, среди хлопанья шрапнелей, среди фейерверка трассирующих пуль ухо напряженно ловило характерный, зловещий звук немецкого бомбардировщика, пробирающегося к Москве, – осторожный рокот, похожий на полосканье горла. Мальчик, видя, что с ним не играют, заснул. В течение нескольких часов, пока продолжалась воздушная тревога, девочка смотрела немигающими глазами то на меня, то на мать. Потом заснула и она.

А днем я сидел у открытого окна и смотрел в сад. Дорожки были усыпаны срезанными ветками. Среди них валялись зубчатые осколки снарядов.

Равнодушное небо – синее, с белыми круглыми облаками – плыло над лесом, отсыпающимся после ночного потрясения. Тогда я увидел свою девочку. Она шла по дорожке, по сбитым веткам и по зубчатым осколкам, бережно неся в руках большую обезьяну, тщательно одетую в пальто и валенки Павлика, о головой, закутанной в нянькин платок. Она была матерью, обезьяна была ее любимым сыном. Она нежно говорила вполголоса, нежно укачивала сына:

– Ничего, сынка, не бойся. Тебя не убьют. Тебя, может быть, ранят осколком. Спи спокойно. Это не фугаски, это зенитки.

Вдруг над самой крышей раздался оглушительный шум моторов.

Девочка посмотрела вверх. Лицо ее исказилось ужасом. Оно застыло в страшной гримасе. Оно стало как маска. Уши страшно покраснели. Она выронила из рук обезьяну и закричала взрослым голосом, от которого волосы зашевелились у меня на голове.

Читайте также:  Дудочка и кувшинчик – краткое содержание сказки Катаева

Я выскочил в окно и бросился к ней. В этот же миг очень низко, почти задевая трубы, обдавая грохотом моторов и горячим ветром, над нами пролетела машина, в четыре раза большая, чем наша дача. Это был наш транспортный самолет.

Я присел перед девочкой на корточки и обнял ее, успокаивая:

– Ах ты, моя глупенькая, ах ты, моя маленькая, не бойся!

Но она уже была совершенно спокойна. Она с любопытством следила своими светлыми, немного зелеными глазами простого котенка за удаляющимся самолетом.

Наконец она сказала:

– Я уже не боюсь, папочка. Я думала, что это едет война, – а это наш -четырехмоторный “СССР”.

План-конспект урока по рассказу В.П. Катаева “На даче”.

I. Стадия «Вызов».
II. Стадия «Осмысление».
III. Стадия «Размышление» (рефлексия).

  1. Отработать с учащимися приемы новой технологии, способствующие развитию критического мышления (умение соотносить читательские ожидания с развитием сюжета, проведение дискуссии «Совместный поиск », «Перекрестной дискуссии»).
  2. Привлечь внимание учащихся к проблеме уязвимости тех, кто не участвует в вооруженном конфликте, познакомить с понятием «гражданское население».
  3. Расширить представление учащихся о контрасте как способе организации художественного текста.

Оформление урока (на доске)

  • Запись темы.
  • Портрет писателя.
  • Рисунки к теме «На даче» (без предварительного знания содержания рассказа).
  • Эпиграф: «…Не бывает совсем не пострадавших от войны»
  • между названием и проблемой
  • между поведением героев и ситуацией
  • между 2мя эпизодами
  • между описаниями пейзажа и событиями
  • Средства выразительности речи, фигуры речи:
  • Эпитеты.
  • Метафоры, олицетворение.
  • Сравнения.
  • Повторы.
  • Глаголы действия.
  • Эмоцианально-окрашенная, экспрессивная лексика.

1. Вступительное слово учителя, запись темы. В.П. Катаев «На даче».
2. Сообщение о писателе.
3. Стадия «Вызов».

  • Какие ассоциации вызывает у вас слово «дача»? (отдых, тишина, красивая природа)
  • Что можно изобразить на иллюстрации к рассказу с названием «На даче»?
  • Рассмотрим иллюстрацию (комментирует учащаяся, выполнившая работу дома).

Письменное задание.
За 5мин составьте небольшой рассказ по ключевым словам: подмосковская дача, окрестности, сад, звуки, небо, жужжание, родители, дети, игра.

Но сначала вспомним, что такое рассказ, и как он строится.

  • Что лежит в основе рассказа? (действие, событие)
  • Может ли быть в рассказе описание чего-либо? (да, небольшое)
  • Какой рассказ интереснее слушать? (если события происходят быстро)

Вывод. В рассказе нужно написать о том, что произошло на даче.

Чтение нескольких рассказов учащихся.

4. Стадия «Осмысление».

Работа с текстом.

  • Прочитаем небольшой фрагмент рассказа и сравним с нашими предположениями.
  • Что мы узнали?

– Оправдались ли наши предположения? (нет)
– О чем пойдет речь дальше? (о войне)
– Какое ключевое слово я вам не назвала? (воздушная тревога)
– Что нужно обязательно учитывать при составлении рассказа? (историческое время)

Вывод. В рассказе пойдет речь о войне.

Сравним название рассказа и его тему.
– Отражает ли название рассказа его тему? (нет, оно ей противоположно).

Знакомство с термином «контраст» (сообщение учащегося).

Найдите в прочитанном фрагменте пример еще какого-либо контраста. (Между сонными соснами и сиреной)

Внесем коррективы в наши предположения.

  • Что может произойти дальше? Как будут вести себя герои?

Дискуссия «Совместный поиск»
Чтение следующего фрагмента.

– Что совпало с нашими ожиданиями?
– Что показалось вам неожиданным, удивительным в поведении героев во время опасности? (игра)
– Какой прием использует здесь автор? (контраст)

– Давайте, обсудим вопрос о том, нужно ли детей ограждать от ужасов войны?

Задание по группам:

  • 1 гр.- доказать, что нужно защищать детей.
  • 2 гр. – доказать обратное, т.е. опровергнуть утверждение. 3 гр. – сделать вывод о том, кто прав.

Чтение текста Обсуждение.

– Что узнали нового?
– Как развивались события?
– Как вы думаете, можно ли этот эпизод назвать кульминацией? (Нет. С героями ничего страшного не произошло.)
– Почему так подробно описывается бой?
– Какой контраст можно увидеть здесь? (зенитки стреляют – ребенок спит)
– Какие ключевые слова, отражающие военную тематику, встретились в тексте? (Зенитки, разрывы, бой, истребители, шрапнель, бомбардировщики, трассирующие пули)

Чтение следующего отрывка. Обсуждение.

  • Что вам кажется удивительным в словах девочки? (Знает разницу между фугасами и зенитками.)
  • Есть ли контраст в описании природы. (Да, равнодушное небо и срезанные осколками снарядов ветки противопоставлены друг другу.)
  • Как выглядит девочка на фоне разрушений? (Беззащитной).
  • Какую роль играет здесь описание пострадавшей природы?

Чтение следующего эпизода. Обсуждение.

  • Какие события можно назвать кульминацией? Какова развязка рассказа?
  • Как можно доказать текстом, что девочка пережила сильный, незабываемый страх? (Волосы у отца зашевелились на голове)

4. Стадия « Размышление». (Рефлексия)

– Вспомним наши предположения. (Мы ожидали физических страданий, а узнали о психологических страданиях.)

Война может приносить не только физические, но и нравственные страдания.
(В этом заключается идея рассказа.)

– Кто является самым уязвимым на войне?
(Мирные жители – «гражданское население». А среди них – дети.)

– Чтение высказываний и стихотворений на тему: « Дети и война» .

5. Исследовательское «задание»:
– Где еще в тексте встречается контраст?
– Какова роль контраста в произведении?

Контраст является не только одним из приемов, но и способом организации всего текста.
Роль контраста – подчеркнуть беззащитность людей.

– С помощью каких средств выразительности речи передается общая атмосфера в рассказе?
(эпитеты, олицетворения, метафоры, сравнения, повторы, глаголы действия, эмоционально – окрашенная лексика)

6.Сообщение об эмоционально – окрашенной лексике.

7. Творческое задание (по группам):

– Выпишите из текста примеры изобразительно-выразительных средств речи и стилистических фигур. Объясните их роль в тексте.

8 Бинарный вопрос. (Да. Нет.)

– Забудут ли дети испытанный ужас?

Не бывает совсем не пострадавших от войны.

1. Ответить письменно на вопросы (стр. 20-по вариантам.)
2. Выучить определение « контраста».

Катаев Валентин Петрович (1897 – 1986), прозаик. Родился 16 января (29 н.с.) в Одессе в семье учителя.

Учился в Одесской гимназии. С девяти лет начал писать стихи, некоторые из них были напечатаны в одесских газетах, а в 1914 впервые стихи Катаева опубликовали в Петербурге в журнале “Весь мир”. С началом первой мировой войны он поступил вольноопределяющимся в действующую армию, в артиллерийскую бригаду, где пробыл до лета 1917.

Октябрьскую революцию встретил в одесском лазарете, где лечился после ранения на румынском фронте. Демобилизовавшись, сделал первые попытки писать прозу. В 1919 был призван в Красную Армию, исполнял обязанности командира батареи, затем был отозван из армии и назначен заведующим окнами сатиры в одесском РОСТА: писал тексты для агит-плакатов, частушки, лозунги, листовки. В 1921 был послан для налаживания аналогичной работы в Харьков.

В 1922 переехал в Москву, публиковал свои фельетоны в газетах “Гудок”, “Труд”, “Рабочая газета”, не оставляя работы над художественной прозой. В 1925 опубликовал повесть “Растратчики”, замеченную и критикой, и читателями. Эта повесть была инсценирована, спектакль с успехом шел с 1928 на сцене МХАТа. Окрыленный признанием, Катаев пишет комедию “Квадратура круга”, тоже имевшую шумный успех. С тех пор постоянно писал для театра.

В 1932, совершив поездку на строительство Магнитогорска, Катаев пишет роман-хронику “Время, вперед!”, ставшую важной вехой в его творчестве.

В 1936 публикует роман “Белеет парус одинокий”; много работает для “Правды”: пишет фельетоны, очерки, заметки, статьи. В 1937 выходит повесть “Я сын трудового народа”. Во время Отечественной войны работал в Радиокомитете и в Совинформбюро на заграницу. Был военным корреспондентом “Правды” и “Красной звезды”, где печатались его очерки с фронта. В этот период были написаны рассказы “Третий танк”, “Флаг”, повести “Жена”, “Сын полка”, пьесы “Отчий дом”, “Синий платочек”.

В 1949 вышел роман “За власть Советов”. В 1955 был создан журнал “Юность”, главным редактором которого стал В.Катаев. Здесь в 1956 был опубликован роман “Хуторок в степи”.

В 1960-е написаны “Трава забвения”, “Святой колодец”, “Кубик”. В 1978 – “Алмазный мой венец”, в 1980 – “Уже написан Вертер”. Умер В.Катаев в 1986 в Москве.

Краткая биография из книги: Русские писатели и поэты. Краткий биографический словарь. Москва, 2000.

Перед рассветом мы проснулись от знакомого звука. Мы прислушались. Окно было тщательно заделано темным одеялом. Для того чтобы лучше слышать, я потушил лампочку, отогнул край одеяла и посмотрел на щель. Зрение помогло слуху. Я увидел сонные сосны подмосковной дачи. В сером небе дрожал розовый Марс. Звук, разбудивший нас, определился. Не могло быть сомнений: воздушная

тревога. Хроматическая гамма сирены, настойчивая и угрожающая. Теперь к ней присоединился непрерывный крик паровоза на ближайшей станции. Раздались гудки фабрики. Окрестности кричали. Мы быстро оделись и побежали к детям. Жена взяла девочку, а я мальчика.

Мы завернули их в одеяла и спустились вниз по лестнице, освещенной синей лампочкой. Мы спускались торопливо, но осторожно. Я чувствовал сквозь одеяло теплоту спящего ребенка. Вдруг он проснулся и посмотрел на меня глазками, свежо и весело блеснувшими при свете синей лампочки. Он ничего не понимал. Он думал, что я с ним играю в его любимую игру – “в маленьких”. Эта игра

заключалась в том, что я брал его на руки и качал, как грудного, в то время как это был уже вполне сознательный трехлетний человек, с довольно большим запасом слов и твердой походкой. Ему нравилось чувствовать себя грудным.

– Папа, я маленький, да?

– Да. Ты совсем крошечный. Ты еще не умеешь говорить, ходить и есть с ложки. Ты еще сосешь соску.

Это его безумно смешило, и он улыбался нежной и томной улыбкой, именно так, как, по его понятию, должен был улыбаться грудной младенец.

Теперь, когда мы спускались по лестнице, он проснулся. Ему пришло в голову, что я нарочно вынул его ночью из постели, чтобы поиграть.

Он сказал, хватая меня руками за щеки:

– Папа, я маленький? Да? Я еще сосу соску?

– Да, да, – поспешно сказал я, прислушиваясь к отдаленным взрывам.

Девочка Женя сидела на руках у жены и смотрела понимающими глазами. Она была старшая. Ей было пять лет. Мы принесли детей в темную столовую и положили их на диван. Жена закрывала их руками, как наседка закрывает своих цыплят крыльями.

Вокруг стреляли зенитки. Сотни зениток. Дача тряслась. В небе бегали розовые звезды разрывов. Среди них был неподвижен только Марс. Осколки сыпались, свистя и сбивая ветки. Осколки стучали по крыше. Лучи прожекторов метались среди сосен, как пальцы слепого, щупающие темное лицо убийцы. На безумной высоте шел воздушный бой. И среди стремительного жужжания ночных

истребителей, среди хлопанья шрапнелей, среди фейерверка трассирующих пуль ухо напряженно ловило характерный, зловещий звук немецкого бомбардировщика, пробирающегося к Москве, – осторожный рокот, похожий на полосканье горла. Мальчик, видя, что с ним не играют, заснул. В течение нескольких часов, пока продолжалась воздушная тревога, девочка смотрела немигающими глазами то на меня, то на мать. Потом заснула и она.

Читайте также:  Цветик-семицветик – краткое содержание сказки Катаева

А днем я сидел у открытого окна и смотрел в сад. Дорожки были усыпаны срезанными ветками. Среди них валялись зубчатые осколки снарядов.

Равнодушное небо – синее, с белыми круглыми облаками – плыло над лесом, отсыпающимся после ночного потрясения. Тогда я увидел свою девочку. Она шла по дорожке, по сбитым веткам и по зубчатым осколкам, бережно неся в руках большую обезьяну, тщательно одетую в пальто и валенки Павлика, о головой, закутанной в нянькин платок. Она была матерью, обезьяна была ее любимым сыном. Она нежно говорила вполголоса, нежно укачивала сына:

– Ничего, сынка, не бойся. Тебя не убьют. Тебя, может быть, ранят осколком. Спи спокойно. Это не фугаски, это зенитки.

Вдруг над самой крышей раздался оглушительный шум моторов.

Девочка посмотрела вверх. Лицо ее исказилось ужасом. Оно застыло в страшной гримасе. Оно стало как маска. Уши страшно покраснели. Она выронила из рук обезьяну и закричала взрослым голосом, от которого волосы зашевелились у меня на голове.

Я выскочил в окно и бросился к ней. В этот же миг очень низко, почти задевая трубы, обдавая грохотом моторов и горячим ветром, над нами пролетела машина, в четыре раза большая, чем наша дача. Это был наш транспортный самолет.

Я присел перед девочкой на корточки и обнял ее, успокаивая:

– Ах ты, моя глупенькая, ах ты, моя маленькая, не бойся!

Но она уже была совершенно спокойна. Она с любопытством следила своими светлыми, немного зелеными глазами простого котенка за удаляющимся самолетом.

Наконец она сказала:

– Я уже не боюсь, папочка. Я думала, что это едет война, – а это наш -четырехмоторный “СССР”.

«Петька на даче» читательский дневник

«Петька на даче» – рассказ о маленьком мальчике, чье детство прошло в грязной парикмахерской, среди грубых, злых, бездушных людей.

Краткое содержание «Петька на даче » для читательского дневника

Название: Петька на даче

Число страниц: 11. Андреев Леонид Николаевич. «Петька на даче». Издательство «Детская литература». 1974 год

Жанр: Рассказ

Год написания: 1899 год

Время и место сюжета

Действие рассказа происходит в конце XIX века в России. В произведении показаны два мира: грязные улицы бедного московского квартала и живописная природа пригорода. В основе сюжета лежит реальная история знаменитого в то время парикмахера Ивана Андреева, однофамильца автора

Главные герои

Петька – десятилетний мальчик, по своей природе жизнерадостный и бойкий, но ставший забитым и запуганным, работая в парикмахерской.

Надежда – мать Петьки, кухарка, добрая, любящая женщина.

Осип Абрамович – парикмахер, равнодушный, черствый мужчина.

Николка – тринадцатилетний подмастерье, злой, грубый, разочарованный в жизни мальчик.

Митя – гимназист, друг Петьки, веселый и общительный мальчик, большой фантазер.

Обратите внимание, ещё у нас есть:

Сюжет

Кухарка Надежда сама воспитывала сына Петьку, и ей приходилось несладко. Когда мальчику исполнилось десять лет, она отдала его на обучение в дешевую парикмахерскую. Владелец, парикмахер Осип Абрамович, пообещал женщине сделать из ее сына человека, однако на новом месте Петька только тем и занимался, что подметал полы, да по первому слову хозяина приносил воду.

Единственным приятелем Петьки был тринадцатилетний Николка, который уже ходил в подмастерьях у хозяина. Мальчик считал себя гораздо старше Петьки, и все время задирал нос. Кроме того, он много курил, сквернословил и не стеснялся рассказывать неприличные истории о женщинах.

Жизнь Петьки стала просто невыносимой. С утра и до позднего вечера он слышал одни лишь крики и ругань хозяина и подмастерьев, выполняя всю черную работу. Окна парикмахерской выходили на улицу, открывая вид на убогую действительность: пьяниц, бездомных, низкого пошиба женщин. У Петьки никогда не было праздников и даже выходных, все дни были похожи друга на друга, и жизнь казалась мальчику каким-то затянувшимся неприятным сном.

Петька заметно похудел, побледнел, на его лице появились мелкие морщинки. Он очень хотел покинуть ненавистную парикмахерскую, и каждый раз просил об этом мать, но Надежда не могла себе этого позволить, и только жалела сына. Однажды она уговорила Осипа Абрамовича ненадолго отпустить мальчика на господскую дачу, где она работала кухаркой. Так Петька впервые оказался в поезде, и эта поездка поразила его воображение.

На даче Петька, привыкший к грязным городским улицам, очень быстро освоился. Он бегал босиком, валялся в траве, изучал окрестности. С лица мальчика исчезли морщинки, взгляд перестал быть сонным. Петька завел дружбу с гимназистом Митей – большим выдумщиком и фантазером. Он показал Петьке самые красивые места и научил удить рыбу.

Но вскоре сказка закончилась – Надежда получила письмо от Осипа Абрамовича, который срочно требовал возвращение маленького помощника. Узнав об этом, Петька долго горько плакал, но затем смирился со своей участью и вернулся в город. Жизнь его стала по-прежнему унылой и безрадостной.

Вывод и свое мнение

В рассказе описаны душевные переживания, томления маленького мальчика, оказавшегося в настоящей ловушке взрослой жизни. Будучи ребенком, Петька не мог сопротивляться окружающим его реалиям, и душа его погрузилась в некое оцепенение. Лишь на короткое время окунувшись в счастливое детство, в дальнейшем Петьке оставалось только мечтать и с грустью вспоминать свой отдых на даче.

Главная мысль

Каждый ребенок имеет право на счастливое, беззаботное детство. Ранний подневольный труд и лишения убивают в нем личность, интерес и радость к жизни.

Авторские афоризмы

«…Петька не знал, скучно ему или весело, но ему хотелось в другое место, о котором он не мог ничего сказать, где оно и какое оно…»

«…Были лица равнодушные, злые или распущенные, но на всех на них лежала печать крайнего утомления и пренебрежения к окружающему…»

«…В этой парикмахерской, пропитанной скучным запахом дешевых духов, полной надоедливых мух и грязи, посетитель был нетребовательный…»

«…ему хотелось бы куда-нибудь в другое место… Очень хотелось бы…»

Толкование непонятных слов

Верста – русская единица измерения расстояния, равная 1066,8 м.

Пролетка – легкий открытый четырехколесный двухместный экипаж, преимущественно одноконный.

Извозчик – кучер наёмного экипажа, повозки, либо сам наемный экипаж с кучером.

Новые слова

Подмастерье – в средневековых цехах ремесленник, не имевший собственной мастерской и работавший по найму у полноправного члена цеха — мастера; проработав несколько лет у мастера, подмастерье мог сам стать мастером.

Стричь под польку, бобриком – разновидности мужских стрижек.

На даче

Перед рассветом мы проснулись от знакомого звука. Мы прислушались. Окно было тщательно заделано темным одеялом. Для того чтобы лучше слышать, я потушил лампочку, отогнул край одеяла и посмотрел на щель. Зрение помогло слуху. Я увидел сонные сосны подмосковной дачи. В сером небе дрожал розовый Марс. Звук, разбудивший нас, определился. Не могло быть сомнений: воздушная тревога. Хроматическая гамма сирены, настойчивая и угрожающая. Теперь к ней присоединился непрерывный крик паровоза на ближайшей станции. Раздались гудки фабрики. Окрестности кричали.

Мы быстро оделись и побежали к детям. Жена взяла девочку, а я мальчика. Мы завернули их в одеяла и спустились вниз по лестнице, освещенной синей лампочкой. Мы спускались торопливо, но осторожно. Я чувствовал сквозь одеяло теплоту спящего ребенка. Вдруг он проснулся и посмотрел на меня глазками, свежо и весело блеснувшими при свете синей лампочки. Он ничего не понимал. Он думал, что я с ним играю в его любимую игру – «в маленьких». Эта игра заключалась в том, что я брал его на руки и качал, как грудного, в то время как это был уже вполне сознательный трехлетний человек, с довольно большим запасом слов и твердой походкой. Ему нравилось чувствовать себя грудным.

– Папа, я маленький, да?

– Да. Ты совсем крошечный. Ты еще не умеешь говорить, ходить и есть с ложки. Ты еще сосешь соску.

Это его безумно смешило, и он улыбался нежной и томной улыбкой, именно так, как, по его понятию, должен был улыбаться грудной младенец.

Теперь, когда мы спускались по лестнице, он проснулся. Ему пришло в голову, что я нарочно вынул его ночью из постели, чтобы поиграть.

Он сказал, хватая меня руками за щеки:

– Папа, я маленький? Да? Я еще сосу соску?

– Да, да, – поспешно сказал я, прислушиваясь к отдаленным взрывам.

Девочка Женя сидела на руках у жены и смотрела понимающими глазами. Она была старшая. Ей было пять лет.

Мы принесли детей в темную столовую и положили их на диван. Жена закрывала их руками, как наседка закрывает своих цыплят крыльями.

Вокруг стреляли зенитки. Сотни зениток. Дача тряслась. В небе бегали розовые звезды разрывов. Среди них был неподвижен только Марс. Осколки сыпались, свистя и сбивая ветки. Осколки стучали по крыше. Лучи прожекторов метались среди сосен, как пальцы слепого, щупающие темное лицо убийцы. На безумной высоте шел воздушный бой. И среди стремительного жужжания ночных истребителей, среди хлопанья шрапнелей, среди фейерверка трассирующих пуль ухо напряженно ловило характерный, зловещий звук немецкого бомбардировщика, пробирающегося к Москве, – осторожный рокот, похожий на полосканье горла.

Мальчик, видя, что с ним не играют, заснул.

В течение нескольких часов, пока продолжалась воздушная тревога, девочка смотрела немигающими глазами то на меня, то на мать.

Потом заснула и она.

А днем я сидел у открытого окна и смотрел в сад. Дорожки были усыпаны срезанными ветками. Среди них валялись зубчатые осколки снарядов. Равнодушное небо – синее, с белыми круглыми облаками – плыло над лесом, отсыпающимся после ночного потрясения.

Тогда я увидел свою девочку. Она шла по дорожке, по сбитым веткам и по зубчатым осколкам, бережно неся в руках большую обезьяну, тщательно одетую в пальто и валенки Павлика, о головой, закутанной в нянькин платок. Она была матерью, обезьяна была ее любимым сыном. Она нежно говорила вполголоса, нежно укачивала сына:

– Ничего, сынка, не бойся. Тебя не убьют. Тебя, может быть, ранят осколком. Спи спокойно. Это не фугаски, это зенитки…

Вдруг над самой крышей раздался оглушительный шум моторов.

Девочка посмотрела вверх. Лицо ее исказилось ужасом. Оно застыло в страшной гримасе. Оно стало как маска. Уши страшно покраснели. Она выронила из рук обезьяну и закричала взрослым голосом, от которого волосы зашевелились у меня на голове.

Я выскочил в окно и бросился к ней.

В этот же миг очень низко, почти задевая трубы, обдавая грохотом моторов и горячим ветром, над нами пролетела машина, в четыре раза большая, чем наша дача. Это был наш транспортный самолет.

Я присел перед девочкой на корточки и обнял ее, успокаивая:

– Ах ты, моя глупенькая, ах ты, моя маленькая, не бойся!

Но она уже была совершенно спокойна. Она с любопытством следила своими светлыми, немного зелеными глазами простого котенка за удаляющимся самолетом.

Наконец она сказала:

– Я уже не боюсь, папочка. Я думала, что это едет война, – а это наш – четырехмоторный «СССР».

Ссылка на основную публикацию