Оруженосец Кашка – краткое содержание рассказа Крапивина

Владислав Крапивин – Оруженосец Кашка

Владислав Крапивин – Оруженосец Кашка краткое содержание

Когда Володе в качестве «оруженосца» для соревнования по стрельбе из лука определили Кашку, то он жутко расстроился. Совершенно никчемным показался Володе такой помощник. Но не отказываться же участвовать в соревнованиях «Великого и непобедимого рыцарского ордена»!

Оруженосец Кашка – читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок

Серафиме приснился дятел. Он сидел на сухом стволе сосны и целился носом в какую-то букашку. Потом он быстро откинулся назад, стукнул клювом по коре и снисходительно посмотрел на Серафиму черным блестящим зрачком. Серафима удивилась и открыла глаза.

Дятла, конечно, не было. Был некрашеный потолок с круглыми пятнами сучков, лампочка в самодельном абажуре и пестрый табель-календарь, пришпиленный над кроватью к стене из тесаных бревен.

А еще была стрела.

Она торчала над календарем, и белое хвостовое перо ее хищно дрожало.

«Так, – подумала Серафима. – Кажется, кто-то совершил покушение на мою жизнь. Только этого мне и не хватало».

Она с беспокойством взглянула на затянутое марлей окно. В марле ярко голубела круглая дырка. Серафиме захотелось поглубже забраться под одеяло.

– Нет, стоп, – сказала она себе. – Главное – не поддаваться панике.

Серафима была рассудительным человеком. Она прогнала страх и стала вспоминать, кому причинила зло и кто мог желать ей такой ужасной гибели.

Никому она не причиняла зла! Честное слово! Правда, вчера во время ужина она прогнала из столовой Мишку Зыкова, но он даже не обиделся. Он понимал, что сам виноват: ведь никто не заставлял его опускать в компот нытику Генке Молоканову живого зеленого лягушонка…

«Не было покушения, – решила Серафима. – Стрела случайно влетела в окно, и теперь, наверно, ее хозяин прячется в кустах и с тревогой думает: узнают или не узнают? Попадет или не попадет?»

Она вскочила с кровати, натянула сарафан и шагнула на крыльцо.

В двух метрах от крыльца росла прямая береза. В стволе березы высоко, так что не дотянешься, торчали две стрелы. Одна – толстая и короткая, с черным вороньим пером, другая – длинная, без перьев, с зелеными полосками у наконечника.

– Не нравится мне это, – задумчиво сказала Серафима и огляделась.

Горнисты еще не сыграли побудку, и над лагерем висела сонная тишина. А солнце стояло уже высоко. Жестяные наконечники стрел, глубоко вонзившиеся в березу, горели серебряными точками.

Еще одна стрела взмыла над кустами черемухи, описала пологую дугу и ушла за дальние сосны. Она была ярко-алая, с белыми перьями у хвоста. В зарослях черемухи затрещали ветки и послышались тихие напряженные голоса.

– Батюшки, – прошептала Серафима. – Волна…

Коротким словом «волна» в лагере называли массовые увлечения. Что такое массовое увлечение, каждому понятно. Допустим, один человек нашел на дороге обрезок жести и сделал из него свисток. Ходит и свистит. Другой человек услышал и думает: «У него есть свисток. А у меня нет свистка. Разве это жизнь?» Идет он тоже искать кусок жести. Режет ее, гнет и в конце концов гордо подбрасывает на ладони великолепную свистелку собственной конструкции. Потом подносит ее к губам и надувает щеки…

Когда у двух человек есть свистки, а у других нет, это большая несправедливость. И вот уже всюду стучат по металлу молотки и кирпичные обломки, сгибая в трубки жестяные полоски. Воздух наполняется режущим свистом, и тишина рвется в мелкие клочки.

Это значит, что на лагерь накатила свистковая «волна».

Вообще волны бывают разные: вредные и полезные, опасные и безобидные.

В начале первой смены прокатилась «шляпная» волна: мальчишки и девчонки мастерили из лопухов широкополые мексиканские шляпы, украшали их подвесками из сосновых шишек и пышным оперением из листьев папоротника. Ходить без такой шляпы считалось просто неприличным. Однако лопухи увядали быстро, а росли медленно, и волна утихла, когда в окрестностях лагеря был найден и вырван с корнем последний лопух.

Через неделю прошумела другая волна – «разбойничья». Несмотря на грозное название, она была очень спокойная. Все мирно сидели под деревьями и мастерили маленьких разбойников. Туловища лепили из глины, головы делали из шишек и репейника, руки и ноги – из веток, а усы – из сухих сосновых иголок. Потом эти разбойники стояли всюду: на подоконниках, на перилах, на спинках кроватей и даже на умывальниках. Наконец их собрали в пионерскую комнату и устроили выставку.

После «разбойничьей» волны прокатилась волна «ужасов». Всем захотелось наряжаться привидениями и кого-нибудь пугать. Мальчишки после отбоя малевали на голых животах страшные рожи, приматывали к голове деревянные рога и бесшумными скачками подкрадывались к девчоночьим дачам. Но девчонки не спали. Вымазав мелом лица и завернувшись в простыни, они со зловещим подвыванием бродили вокруг дач. В общем, привидений развелось видимо-невидимо, а пугать было некого.

Потом прошумело еще несколько волн, и самая грозная из них называлась «ракетная».

Ракеты с ядовитым шипением взмывали над полянами и, кувыркаясь, падали в кусты. Иногда они сгорали прямо на стартовой площадке. А ракета с гордым именем «Сириус-5» вышибла кухонное окно и утонула в котле с рассольником. Среди вожатых началась паника. Но эта волна угасла сама собой из-за недостатка реактивного горючего.

– Это, как я понимаю, не ракеты, – озабоченно сказал завхоз Семен Васильевич. – Горючего для них не требуется. А материалу сколько хочешь. Рядом с кухней сосновые чурки лежат. Сухие, будто порох. И прямослойные. Я их для лучины припас, для растопки. Было восемь чурок, а теперь, значит, пять. Куда три пропали? Вон они в воздухе летают с перьями на хвостах. Вот так.

Все дружно вздохнули и повернулись к окну. За окном была усыпанная песком площадка, а на площадке – столб с репродуктором. В столбе, не очень высоко от земли, торчала стрела с огненным петушиным пером. Появился лохматый исцарапанный мальчишка в зеленых трусиках. Подошел к столбу. Поправил на плече маленький, сильно изогнутый лук. Поднял голову, подумал и лениво подпрыгнул, чтобы достать стрелу. Не достал. Почесал о плечо подбородок, снова поправил свой лук и неторопливо удалился.

– Вот-вот… – мрачно произнес Семен

Васильевич. – Про это я и говорю. Видали? Ему, тунеядцу несчастному, даже прыгнуть лень как следует. Потому что стрел у него и без этой хватает. Три сосновые чурки на стрелы пустили! Изверги…

– Три чурки, три чурки, три чурки… – басовито пропел вожатый первого отряда Сергей Привалов.

– Нет ничего смешного, Сергей Петрович, – строго и обиженно сказала старшая вожатая Светлана. – Здесь не опера, а педагогический совет лагеря. Дети могут получить увечья и травмы…

– Виноват, Светлана Николаевна, – откликнулся из угла Сергей. – Больше не буду. Хотя должен заметить, что увечья и травмы – это одно и то же.

– Товарищи, – укоризненно сказала директор лагеря Ольга Ивановна. – Света, Сережа, не надо. Вопрос-то серьезный. Продолжайте, Семен Васильевич.

В.Кравивин Тема детства в повести “Оруженосец Кашка”

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 30 Января 2014 в 18:14, реферат

Краткое описание

Владислав Петрович Крапивин родился и вырос на берегах р.Туры в Тюмени. Выходец из педагогической семьи, он и сам одно время мечтал пойти в педагогический институт, но тяга к творческому самовыражению взяла верх. После окончания школы он поступил на факультет журналистики в Свердловский университет, и уже в студенческие годы стал сотрудничать в ряде местных периодических изданий. Но и любовь к миру детства не отпускала — примерно в то же время начинается его дружба с ребятами-подростками: совместные походы, занятия фехтованием наталкивают на идею создать детский клуб на основе самоорганизации.

Вложенные файлы: 1 файл

Оруженосец Кашка.docx

Владислав Петрович Крапивин родился и вырос на берегах р.Туры в Тюмени. Выходец из педагогической семьи, он и сам одно время мечтал пойти в педагогический институт, но тяга к творческому самовыражению взяла верх. После окончания школы он поступил на факультет журналистики в Свердловский университет, и уже в студенческие годы стал сотрудничать в ряде местных периодических изданий. Но и любовь к миру детства не отпускала — примерно в то же время начинается его дружба с ребятами-подростками: совместные походы, занятия фехтованием наталкивают на идею создать детский клуб на основе самоорганизации. Так родился отряд «Каравелла», объединяющий всех, кто стремится жить насыщенной творческой жизнью (из рядов «Каравеллы» вышло немало известных сегодня деятелей науки и искусства, среди которых и детские писатели Н.Соломко, И.Тяглов).

Первые книги Крапивина («Рейс «Ориона», «Брат, которому семь») появились, когда писателю было всего 25 лет, но тем не менее они сразу были отмечены читателями и критиками. За ними последовали «Палочки для Васькиного барабана», «Звезды под дождем», «Оруженосец Кашка», «Всадники со станции Роса», «Мальчик со шпагой» и многие другие.

Отвечая на вопрос о том, почему он выбрал основным занятием в жизни именно детскую литературу, Крапивин неизменно отвечает — «Дети обычно скорее хотят стать взрослыми, а мне наоборот, хотелось, чтобы подольше было детство. Не хватало собственного детства из-за войны, наверное, поэтому и стал писать о ребятах и для ребят», и еще — «Мне всегда двенадцать лет».

До конца 70-х гг в творчестве Крапивина преобладала реалистическая линия: все его произведения этого времени по-своему продолжают гайдаровскую традицию романтического подхода к изображению мира детства. Барабаны, паруса, шпаги — неизменные атрибуты его книг, выросшие до уровня символа. Романтика — в крови крапивинских героев, которые умеют мечтать, ощущая зов дальних дорог и островов. В своих произведениях Крапивин создал легко узнаваемый образ подростка: его мальчишки — «мятежники, повстанцы, защитники, воины, романтики». Они отличаются нравственной чистотой, справедливостью, обостренным чувством собственного достоинства. Не менее важно, что они энергичны в утверждении своего взгляда на мир, жизненной позиции, способны на Поступок, мужественны и последовательны. Может быть, поэтому герои Крапивина часто «лезут в разные истории», чтобы защитить свою честь и спасти кого-то от «молний».

Ощущение достоверности происходящего и его значительности усиливается оттого, что автор не скрывает ни от героев, ни от читателей жестокой правды жизни: у его мальчишек часто происходят конфликты с окружающими, нередко они вступают в стычки с хулиганами, даже бандитами. Жесткость авторской позиции предельна — иногда его герои погибают — третьеклассник Воробьев («Та сторона, где ветер») ценой собственной жизни спасает малышей, оказавшихся на сползающем с обрыва пласте льда, жестоким избиением Кирилла Векшина заканчивается повесть «Колыбельная для брата». Причем ребята редко получают благодарность за свою отвагу — так Сережу Каховского, выступившего против озлобленной бандитской группировки в защиту малышей, осуждают на совете отряда «за возмутительное поведение». И это закономерно — крапивинские мальчишки часто оказываются «нарушителями дисциплины» и «возмутителями спокойствия», они не удобны обывателям своей активностью, чувством сопричастности всему происходящему.

Герои Крапивина — дети разных возрастов, но их объединяет сходство взглядов на жизнь и окружающий мир. Почти во всех произведениях писателя старшие дружат с младшими и опекают их («Та сторона, где ветер», «Оруженосец Кашка», «Валькины друзья и паруса», «Колыбельная для брата»). Герой-подросток оказывается тем старшим другом, которому дано облегчить младшим болезненность и трудность взросления. По сути дела, мир крапивинского детства — мир без взрослых: их присутствие на страницах произведений, участие в действии предельно ограничено и носит часто негативный по отношению к детям характер. Подростки же оказываются мудрыми наставниками и друзьями, которые помнят еще свою беспомощность перед лицом зла и несправедливости, и всегда готовы прийти на помощь.

Крапивин — один из самых парадоксальных авторов современной детской и юношеской литературы. При всей своей колоссальной известности этот автор на удивление мало исследован серьезной критикой.

Сам же писатель предельно сдержан в выcказываниях по поводу собственной творческой концепции и оставляет свободу толкования написанного читателям — «no comment».

В 2010 году Владислав Петрович Крапивин награжден Почетным дипломом Премии Ганса Христиана Андерсена «по совокупности» созданных произведений. Дипломом также награжден двухтомник В. Крапивина «Белые башни родины», выпущенный Издательством Тюменского государственного университета, как лучшее российское издание для детей. Вручение диплома состоится в сентябре 2010 г. в Испании.

повесть, 1966 год;

Повесть о рыцарях – лихих и смелых стрелках из лука, живущих в пионерском лагере “Синие камни”. О шестикласснике Володе и о его восьмилетнем оруженосце Кашке, у которого верное и смелое сердце. .

Повесть начинается турниром лучников, в котором одному из «рыцарей» в оруженосцы достается нескладный мальчишка Кашка. Так начинается настоящая дружба между двумя мальчишками, которой вовсе не препятствует разница в возрасте.

Один из первых романов Крапивина повествует о двух мальчуганах, которым довелось в лагере участвовать в соревнованиях по стрельбе из лука.

Старший, Володя, сначала противился, тому что ему подсунули такого аморфного оруженосца Аркадия, Аркашку (или попросту Кашку), ну а потом сдружился с малым. Роман полон воспоминаний о других историях, которые случались с героями до встречи в лагере, историй которые в полной мере раскрывают характер Володи и Аркадия, и их взаимоотношения со сверстниками. Становится понятно, почему такие разные ребята стали друзьями после стрелкового турнира.

Как обычно у Мастера, все очень трогательно и знакомо. Крапивин лучше любого другого автора может в нескольких предложениях полностью описать любого персонажа, выделив в нем именно те основные особенности, которые будут однозначно определять характер человека. При этом все герои получаются уникальные. И среди них нет кардинально плохих, нет и идеальных, но все они особенные и запоминающиеся. Кашку запомнаешь вместе с его парашютистом и выкрашенными масляной краской стрелами. Володю с его рогаткой и бесстрашием, а Райку с ее первой детской любовью, ради которой можно и стрелу пустить мимо в самый ответственный момент.

Романтика первых отношений, ностальгия по пионерлагерям, друзья, которые после смены уезжают домой, навсегда. Тогда все это воспринималось предельно серьезно, ну а сейчас, читая Крапивина, нам дается прекрасная возможность вспомнить свое беззаботное детство и сравнить его с теми историями, что рассказывает автор.

Это история о двух молодых судьбах, слившихся воедино. История не о любви, а о дружбе. Той самой дружбе, о которой говорят, что она настоящая.

Кашка — маленький мальчик, замкнутый в таком же маленьком мире. Его душа жаждет приключений, но жизнь складывается так, что ему даже не с кем поделиться своими идеями.

Эпизоды истории Кашки показывают, насколько он нуждается в друге. Альпинист местный забияка, и простые люди, проезжающие мимо на поезде и никогда больше не возвращающиеся — все эти персонажи, мелькающие и исчезающие, являются ключевыми элементами для понимания внутренней жизни Кашки.

Читайте также:  Мушкетёр и фея - краткое содержание повести Крапивин

А история Володи — это история мальчика, полного сил и сугубо мальчишеских амбиций. Он наверное, нуждался в чем-то большем. Понять, в чем именно — значит попытаться осознать чувства.

Невольно вспомнилась трилогия Льва Толстого «Детство, Отрочество, Юность». Детские впечатления, переходный возраст, ложные идеалы, первые чувства. Здесь тоже всё это есть. Пусть не с таким тонким психологизмом. Но, как мне кажется, с более тонкой духовной основой. С этим огнем, полыхающем в душах маленьких мальчиков. Мы не можем на примере героев судить о детях в целом, но мы можем говорить о том, что же такое свет, который мы можем принять вместе с человеком, который просто-напросто «следует попятам».

И не могу не упомянуть шарм пионерских лагерей. Повесть, к тому же, очень летняя, хоть многие из сцен (не без идеи) и промокли от дождя.

Костер — как живой, он похож на жар-птицу,

Она мне сегодня, наверное, приснится. (с) Оруженосец Кашка.

В начале повести показывают летний лагерь, в котором всё должно подчиняться строгому контролю и распорядку дня. Естественно, это совершенно не нравится детям, им очень скучно, они пытаются найти себе интересное занятие. А это в свою очередь не нравится тем, кто за ними следит. Им хотелось бы, чтобы дети вели себя тихо и слушались, не нарушали правила. Ага, конечно! Это попросту невозможно. Хорошо, что находятся люди вроде вожатого Серёжи, которые все это понимают и направляют энергию детей в безопасное русло, делая всех довольными.

Основная идея повести — зарождение дружбы между очень разными людьми. Идея совершенно не нова, ещё со времён появления человечества противоположности притягивались друг к другу, не смотря на множество ссор и конфликтов, возникающих между ними из-за непонимания. Но Крапивин, естественно, написал замечательно, как же еще. Сначала рассказал читателям о каждом герое отдельно, познакомил нас с ними, чтобы все поняли, что люди это, действительно, разные. Но как и любых людей у них, конечно же, нашлось и немало общего.

Главные герои: мечтательный Кашка и практичный Володя. Волею умного вожатого Сергея они оказываются в тандеме, в лагере устраивают соревнования по стрельбе из лука, Володя — стрелок, а Кашка — его оруженосец. Он очень хочет, чтобы Володя победил. Это замечательно, когда человек искренне желает удачи другому человеку, своему другу.

Крапивин очень объективен. Он показывает картину в целом, каждого человека в отдельности. Никто из них не понимает, что творится в мозгах других людей, и что вообще, собственно, происходит. Из-за этого, кстати, возникает очень много проблем, всё как в жизни. А Крапивин все это знает, но не говорит прямым текстом, передает информацию через своих персонажей.

Умеет Крапивин писать для мальчишек. Он чувствует мальчишек, он знает их беды и радости, надежды и разочарования. Большинство мальчишек выросли и забыли их, а он помнит. Да ещё и интересно о них пишет. Но книги Крапивина должны попасть к мальчишке вовремя, тогда они останутся в его памяти навсегда.
“Оруженосец Кашка” – одна из таких книг. Маленький Кашка случайно попадает в оруженосцы Володи на рыцарском турнире стрелков из лука в пионерском лагере. Он так хочет подружиться со старшим товарищем Володей, который для него является примером, что не смотря на разницу в возрасте у него это получается. В то же время в книге возвышается искренность, честность, благородство и осуждается жадность, трусость, бессмысленный гнев. Но это делается не прямо, а через переживания главных героев книги.

Список литературы
1. Гопман В. Все начинается с детства. // Газета «Книжное обозрение», 13.10.1998.
2. Зубарева Е. Надо мечтать. // Детская литература, 1980.
3. Зубарева Е.Е. Детская литература. – М.: Высшая школа, 2004.
4. Крапивин В. П. В ночь большого прилива // «Уральский следопыт» ,1977.
5. Крапивин В. П. Далекие горнисты // «Пионер», 1970.
6. Крапивин В. П. Дети синего фламинго // «Уральский следопыт», 1981.
7. Крапивин В. П. Летчик для особых поручений // «Уральский следопыт», 1973.
8. Крапивин В. П. Старый дом // «Урал», 1970.
19. Крапивин В. П. Баркентина с именем звезды // «Уральский следопыт», 1971.
10. Крапивин В. П. Я иду встречать брата // «Уральский следопыт», 1962.

11. Мешавкин С. Мальчишки Вселенной // Урал. 1988

12. Петухова А. Друг, которому семь // Детская литература. – М., 1974.

Владислав Крапивин – Оруженосец Кашка

Владислав Крапивин – Оруженосец Кашка краткое содержание

Оруженосец Кашка читать онлайн бесплатно

Серафиме приснился дятел. Он сидел на сухом стволе сосны и целился носом в какую-то букашку. Потом он быстро откинулся назад, стукнул клювом по коре и снисходительно посмотрел на Серафиму черным блестящим зрачком. Серафима удивилась и открыла глаза.

Дятла, конечно, не было. Был некрашеный потолок с круглыми пятнами сучков, лампочка в самодельном абажуре и пестрый табель-календарь, пришпиленный над кроватью к стене из тесаных бревен.

А еще была стрела.

Она торчала над календарем, и белое хвостовое перо ее хищно дрожало.

«Так, – подумала Серафима. – Кажется, кто-то совершил покушение на мою жизнь. Только этого мне и не хватало».

Она с беспокойством взглянула на затянутое марлей окно. В марле ярко голубела круглая дырка. Серафиме захотелось поглубже забраться под одеяло.

– Нет, стоп, – сказала она себе. – Главное – не поддаваться панике.

Серафима была рассудительным человеком. Она прогнала страх и стала вспоминать, кому причинила зло и кто мог желать ей такой ужасной гибели.

Никому она не причиняла зла! Честное слово! Правда, вчера во время ужина она прогнала из столовой Мишку Зыкова, но он даже не обиделся. Он понимал, что сам виноват: ведь никто не заставлял его опускать в компот нытику Генке Молоканову живого зеленого лягушонка…

«Не было покушения, – решила Серафима. – Стрела случайно влетела в окно, и теперь, наверно, ее хозяин прячется в кустах и с тревогой думает: узнают или не узнают? Попадет или не попадет?»

Она вскочила с кровати, натянула сарафан и шагнула на крыльцо.

В двух метрах от крыльца росла прямая береза. В стволе березы высоко, так что не дотянешься, торчали две стрелы. Одна – толстая и короткая, с черным вороньим пером, другая – длинная, без перьев, с зелеными полосками у наконечника.

– Не нравится мне это, – задумчиво сказала Серафима и огляделась.

Горнисты еще не сыграли побудку, и над лагерем висела сонная тишина. А солнце стояло уже высоко. Жестяные наконечники стрел, глубоко вонзившиеся в березу, горели серебряными точками.

Еще одна стрела взмыла над кустами черемухи, описала пологую дугу и ушла за дальние сосны. Она была ярко-алая, с белыми перьями у хвоста. В зарослях черемухи затрещали ветки и послышались тихие напряженные голоса.

– Батюшки, – прошептала Серафима. – Волна…

Коротким словом «волна» в лагере называли массовые увлечения. Что такое массовое увлечение, каждому понятно. Допустим, один человек нашел на дороге обрезок жести и сделал из него свисток. Ходит и свистит. Другой человек услышал и думает: «У него есть свисток. А у меня нет свистка. Разве это жизнь?» Идет он тоже искать кусок жести. Режет ее, гнет и в конце концов гордо подбрасывает на ладони великолепную свистелку собственной конструкции. Потом подносит ее к губам и надувает щеки…

Когда у двух человек есть свистки, а у других нет, это большая несправедливость. И вот уже всюду стучат по металлу молотки и кирпичные обломки, сгибая в трубки жестяные полоски. Воздух наполняется режущим свистом, и тишина рвется в мелкие клочки.

Это значит, что на лагерь накатила свистковая «волна».

Вообще волны бывают разные: вредные и полезные, опасные и безобидные.

В начале первой смены прокатилась «шляпная» волна: мальчишки и девчонки мастерили из лопухов широкополые мексиканские шляпы, украшали их подвесками из сосновых шишек и пышным оперением из листьев папоротника. Ходить без такой шляпы считалось просто неприличным. Однако лопухи увядали быстро, а росли медленно, и волна утихла, когда в окрестностях лагеря был найден и вырван с корнем последний лопух.

Через неделю прошумела другая волна – «разбойничья». Несмотря на грозное название, она была очень спокойная. Все мирно сидели под деревьями и мастерили маленьких разбойников. Туловища лепили из глины, головы делали из шишек и репейника, руки и ноги – из веток, а усы – из сухих сосновых иголок. Потом эти разбойники стояли всюду: на подоконниках, на перилах, на спинках кроватей и даже на умывальниках. Наконец их собрали в пионерскую комнату и устроили выставку.

После «разбойничьей» волны прокатилась волна «ужасов». Всем захотелось наряжаться привидениями и кого-нибудь пугать. Мальчишки после отбоя малевали на голых животах страшные рожи, приматывали к голове деревянные рога и бесшумными скачками подкрадывались к девчоночьим дачам. Но девчонки не спали. Вымазав мелом лица и завернувшись в простыни, они со зловещим подвыванием бродили вокруг дач. В общем, привидений развелось видимо-невидимо, а пугать было некого.

Потом прошумело еще несколько волн, и самая грозная из них называлась «ракетная».

Ракеты с ядовитым шипением взмывали над полянами и, кувыркаясь, падали в кусты. Иногда они сгорали прямо на стартовой площадке. А ракета с гордым именем «Сириус-5» вышибла кухонное окно и утонула в котле с рассольником. Среди вожатых началась паника. Но эта волна угасла сама собой из-за недостатка реактивного горючего.

– Это, как я понимаю, не ракеты, – озабоченно сказал завхоз Семен Васильевич. – Горючего для них не требуется. А материалу сколько хочешь. Рядом с кухней сосновые чурки лежат. Сухие, будто порох. И прямослойные. Я их для лучины припас, для растопки. Было восемь чурок, а теперь, значит, пять. Куда три пропали? Вон они в воздухе летают с перьями на хвостах. Вот так.

Все дружно вздохнули и повернулись к окну. За окном была усыпанная песком площадка, а на площадке – столб с репродуктором. В столбе, не очень высоко от земли, торчала стрела с огненным петушиным пером. Появился лохматый исцарапанный мальчишка в зеленых трусиках. Подошел к столбу. Поправил на плече маленький, сильно изогнутый лук. Поднял голову, подумал и лениво подпрыгнул, чтобы достать стрелу. Не достал. Почесал о плечо подбородок, снова поправил свой лук и неторопливо удалился.

– Вот-вот… – мрачно произнес Семен

Васильевич. – Про это я и говорю. Видали? Ему, тунеядцу несчастному, даже прыгнуть лень как следует. Потому что стрел у него и без этой хватает. Три сосновые чурки на стрелы пустили! Изверги…

– Три чурки, три чурки, три чурки… – басовито пропел вожатый первого отряда Сергей Привалов.

– Нет ничего смешного, Сергей Петрович, – строго и обиженно сказала старшая вожатая Светлана. – Здесь не опера, а педагогический совет лагеря. Дети могут получить увечья и травмы…

– Виноват, Светлана Николаевна, – откликнулся из угла Сергей. – Больше не буду. Хотя должен заметить, что увечья и травмы – это одно и то же.

– Товарищи, – укоризненно сказала директор лагеря Ольга Ивановна. – Света, Сережа, не надо. Вопрос-то серьезный. Продолжайте, Семен Васильевич.

– А чего продолжать. Кончать надо. Наконечники на всех стрелах, обратите внимание, железные, из жести. В виде конуса. Из консервных банок делаются. Где они банки берут, ума не приложу. А насчет дерева все ясно. Трех чурок нет? Нет. А из каждой не меньше сотни стрел должно получиться. А то и две. А еще обрезки досок на это пошли…

Он вздохнул, шумно поворочался на стуле и затих.

– Ольга Ивановна, у меня предложение. – Худая девушка в очках подняла руку. – Надо издать приказ, что стрелять из луков запрещается, а виновным грозит исключение. В своем отряде я уже объявила. Устно.

– Помогло? – печально спросила Ольга Ивановна.

– Ну… это ведь устно. А если приказ с вашей подписью повесить на доску объявлений…

– Не знаю, кто как, а я к этой доске и на сто шагов не подойду, – заявила Светлана. – Ее превратили в щит для мишеней. Там уже висит, между прочим, один приказ – с выговором за самовольное купание. Кажется, Юрию Земцову. В этом приказе торчат четыре стрелы. Их не убирают. По-моему, нарочно… Я не понимаю, Сергей, что тут смешного!

– Я серьезен, как надгробие.

– Надгробие скоро понадобится мне. От такой жизни. Я поймала Игоря Каткова (кстати, он из твоего отряда) и говорю: «Вы другого занятия не могли найти? Вы без глаз останетесь». А он хоть бы хны!

– Да? А что он сказал? – с интересом спросил Сергей.

– Что, что… Он известный хулиган и болтун. Сам знаешь.

– Все-таки, что ответил хулиган и болтун Катков?

– Как всегда, сказал глупость: «Купаться нам нельзя – говорят, утонете. Загорать нельзя – перегреетесь, в лес нельзя – заблудитесь, на карусель нельзя – закружитесь, стрелять тоже нельзя… А дышать можно?…» Нахал! Сам из речки по два часа не вылазит!… Ну, Ольга Ивановна, Сергей опять смеется!

– В самом деле, Сережа… – Ольга Ивановна покачала головой. У нее было полное, совершенно нестрогое лицо и растерянные глаза. – Нехорошо, Сережа. Это ведь в твоем отряде больше всего стрелков. Даже девочки…

– Девять ребят и четыре девчонки. И еще пятеро делают луки, – уточнил Сергей.

– Блестящие показатели, – язвительно заметила Светлана. – Не отряд, а Золотая Орда. Твои методы работы. Вот у Серафимы, например, почему-то ни одного стрелка нет. А?

Владислав Крапивин «Оруженосец Кашка»

Оруженосец Кашка

Повесть, 1966 год

Язык написания: русский

  • Жанры/поджанры: Реализм
  • Общие характеристики: Психологическое
  • Место действия: Наш мир (Земля)( Россия/СССР/Русь )
  • Время действия: 20 век
  • Сюжетные ходы: Становление/взросление героя
  • Линейность сюжета: Линейный с экскурсами
  • Возраст читателя: Любой | Детская литература

Повесть начинается турниром лучников, в котором одному из «рыцарей» в оруженосцы достается нескладный мальчишка Кашка. Так начинается настоящая дружба между двумя мальчишками, которой вовсе не препятствует разница в возрасте.

Первая публикация: журнал «Пионер», 1966, N 5-7.

Глава из повести, как рассказ «Володя» была опубликована в журнале «Урал», 1966, N 5.

Доступность в электронном виде:

Shtrm, 1 ноября 2013 г.

Один из первых романов Крапивина повествует о двух мальчуганах, которым довелось в лагере участвовать в соревнованиях по стрельбе из лука.

Читайте также:  Мушкетёр и фея – краткое содержание повести Крапивин

Старший, Володя, сначала противился, тому что ему подсунули такого аморфного оруженосца Аркадия, Аркашку (или попросту Кашку), ну а потом сдружился с малым. Роман полон воспоминаний о других историях, которые случались с героями до встречи в лагере, историй которые в полной мере раскрывают характер Володи и Аркадия, и их взаимоотношения со сверстниками. Становится понятно, почему такие разные ребята стали друзьями после стрелкового турнира.

Как обычно у Мастера, все очень трогательно и знакомо. Крапивин лучше любого другого автора может в нескольких предложениях полностью описать любого персонажа, выделив в нем именно те основные особенности, которые будут однозначно определять характер человека. При этом все герои получаются уникальные. Я до сих пор не встретил ни одного мальчика или девочку, который бы напомнил мне героя из уже прочитанной книги. И среди них нет кардинально плохих, нет и идеальных, но все они особенные и запоминающиеся. Кашку я запомню вместе с его парашютистом и выкрашенными масляной краской стрелами. Володю с его рогаткой и бесстрашием, а Райку с ее первой детской любовью, ради которой можно и стрелу пустить мимо в самый ответственный момент.

Романтика первых отношений, ностальгия по пионерлагерям, друзья, которые после смены уезжают домой, навсегда. Тогда все это воспринималось предельно серьезно, ну а сейчас, читая Крапивина, нам дается прекрасная возможность вспомнить свое беззаботное детство и сравнить его с теми историями, что рассказывает автор.

Фрей, 6 ноября 2011 г.

Очень трогательное произведение. О времени и детях, которых уже не будет. Ибо слишком многое изменилось со времён написания этого произведения. Все стало «не так просто».

Написано без иногда присущей Крапивину фантастики. Читать — определенно стоит. Даже если вы уже не ребенок.

Witcher, 24 февраля 2011 г.

Это история о двух молодых судьбах, слившихся воедино. История не о любви, а о дружбе. Той самой дружбе, о которой говорят, что она настоящая.

Кашка — маленький мальчик, замкнутый в таком же маленьком мире. Его душа жаждет приключений, но жизнь складывается так, что ему даже не с кем поделиться своими идеями.

Эпизоды истории Кашки показывают, насколько он нуждается в друге. Альпинист местный забияка, и простые люди, проезжающие мимо на поезде и никогда больше не возвращающиеся — все эти персонажи, мелькающие и исчезающие, являются ключевыми элементами для понимания внутренней жизни Кашки.

А история Володи — это история мальчика, полного сил и сугубо мальчишеских амбиций. Он наверное, нуждался в чем-то большем. Понять, в чем именно — значит попытаться осознать чувства.

Невольно вспомнилась трилогия Льва Толстого «Детство, Отрочество, Юность». Детские впечатления, переходный возраст, ложные идеалы, первые чувства. Здесь тоже всё это есть. Пусть не с таким тонким психологизмом. Но, как мне кажется, с более тонкой духовной основой. С этим огнем, полыхающем в душах маленьких мальчиков. Мы не можем на примере героев судить о детях в целом, но мы можем говорить о том, что же такое свет, который мы можем принять вместе с человеком, который просто-напросто «следует попятам».

И не могу не упомянуть шарм пионерских лагерей. Повесть, к тому же, очень летняя, хоть многие из сцен (не без идеи) и промокли от дождя.

[i]Костер — как живой, он похож на жар-птицу,

Она мне сегодня, наверное, приснится. [/i] (с) Оруженосец Кашка.

Aveng, 10 апреля 2013 г.

Как обычно у Крапивина: трогает за душу, не оставляет равнодушным и заставляет много-много думать.

Во-первых, мне очень понравилось начало повести, где показывают летний лагерь, в котором всё должно подчиняться строгому контролю и распорядку дня. Естественно, это совершенно не нравится детям, им очень скучно, они пытаются найти себе интересное занятие. А это в свою очередь не нравится тем, кто за ними следит. Им хотелось бы, чтобы дети вели себя тихо и слушались, не нарушали правила. Ага, конечно! Это попросту невозможно. Хорошо, что находятся люди вроде вожатого Серёжи, которые все это понимают и направляют энергию детей в безопасное русло, делая всех довольными.

Основная идея повести — зарождение дружбы между очень разными людьми. Идея совершенно не нова, ещё со времён появления человечества противоположности притягивались друг к другу, не смотря на множество ссор и конфликтов, возникающих между ними из-за непонимания. Но Крапивин, естественно, написал замечательно, как же еще. Сначала рассказал читателям о каждом герое отдельно, познакомил нас с ними, чтобы все поняли, что люди это, действительно, разные. Но как и любых людей у них, конечно же, нашлось и немало общего.

Главные герои: мечтательный Кашка и практичный Володя. Волею умного вожатого Сергея они оказываются в тандеме, в лагере устраивают соревнования по стрельбе из лука, Володя — стрелок, а Кашка — его оруженосец. Он очень хочет, чтобы Володя победил. Это замечательно, когда человек искренне желает удачи другому человеку, своему другу.

Крапивин очень объективен. Он показывает картину в целом, каждого человека в отдельности. Никто из них не понимает, что творится в мозгах других людей, и что вообще, собственно, происходит. Из-за этого, кстати, возникает очень много проблем, всё как в жизни. А Крапивин все это знает, но не говорит прямым текстом, передает информацию через своих персонажей.

Bizon, 12 февраля 2013 г.

Так случилось, что прочитал эту книгу совсем недавно. Она не вошла в предыдущие «две волны» повального чтения Крапивина. По уму книгу нужно классифицировать как детскую литературу, т.к. повесть пропитана атмосферой детства, пионерских лагерей, игры в зарницу или спасения флага и т.д. И вроде подумалось: хорошо было бы прочитать ее в 9-11 лет, когда я начинал знакомство с творчеством Крапивина с книги «Журавленок и молнии». После некоторого перерыва в чтении начался цикл «безлюдные пространства» и «во глубине великого кристалла» — это уже другой Крапивин, более жесткий и книги далеко не всегда заканчиваются хэппи-эндом. Когда выбирал что почитать и нашел непрочитанного Крапивина.

Лето, игры в индейцев, сильный уверенный в себе Володя, у которого прошлым летом впервые начало зарождаться нечто похожее на любовь. И Кашка, маленький, скромный, немного нелепый и одинокий среди этого буйного ребячьего веселья, эдакая «белая ворона». Кашка ищет себе друга, ради которого он готов пойти на все. Ранее это были люди с проезжающих поездов, которым Кашка раздавал собранные ягоды. Он выбирал тех, кто ехал группой: матросов, туристов. а запомнился больше всего вулканолог который вырезал ему деревянного альпиниста, который и стал его другом.

Как могут сойтись два настолько разных человека, еще и разделенных возрастом? кто из нас любил в 14-15 лет возиться с детьми? а в итоге Володя принимает важное для себя решение, он берет под опеку Кашку. А перед этим сцена когда маленький Кашка с палкой наперевес встает на пути собаки, при том, что до смерти боится собак. А боязнь собак дело такое — не проходит с годами даже.

Все это кажется наивным и детским, но захватывает сердце и душу, поэтому не может это быть детской литературой. Такие произведения нужны для любого возраста, читайте сами и давайте читать своим детям, чтобы они становились настоящими Человечищами. И не забывайте читать сами, чтобы в душе оставаться детьми.

gamarus, 4 апреля 2017 г.

«…Никакой дорогой, даже самой правильной, нельзя проходить мимо того, кому нужен друг»

/Владислав Крапивин «Летчик для особых поручений»/

Добрая, светлая и немного грустная повесть о дружбе.

О том, насколько необходимо это чувство для детей, как иногда трудно найти верного и преданного друга и, наконец, о нелёгком выборе, что порой подкидывает жизнь без оглядки на возраст.

Аркадий Голубев, или просто Кашка, рос мальчишкой тихим, скромным и застенчивым. Так уж получилось, что в округе не было ребят его возраста, с кем бы можно было водить дружбу. Были старше или младше, но со сверстниками Кашке не повезло. От того паренёк тянулся к любому приветливому, пусть даже и случайному, человеку. А мимолётные встречи с хорошими людьми бережно хранил в своей памяти.

И даже отдых в пионерском лагере, по началу, не помог ему с друзьями — уж больно неинтересен был этот тихоня остальной шебутной ребятне. Но все изменил рыцарский турнир, затеянный вожатыми, чтобы направить в мирное русло повальное увлечение стрельбой из лука. Кашку назначили оруженосцем к бойкому парнишке Володьке Новоселову. Как скажется на их взаимоотношениях разница в возрасте и характерах, сумеют ли они навести мосты и какие уроки извлекут из этой дружбы два таких разных мальчишки — мы узнаем из этой книги.

Но это не всё. Для начала Владислав Крапивин нам расскажет две маленькие предыстории о том, как два главных героя провели прошлое лето.

Во-первых, нам это поможет лучше познакомиться с ребятами, проникнуться к ним теплотой и симпатией. Во-вторых, позволит прочувствовать ту ситуацию и нелегкую дилемму, которая ждёт нас в финале. Ну и, в-третьих, это ещё один повод рассказать насколько глубок и обширен детский внутренний мир.

Став взрослыми мы часто думаем, что страсти которые бушуют в детских сердцах, по большей части, пустяшные, не стоящие внимания, а от того мы нередко смотрим на внутренние проблемы детей свысока, пренебрежительно или в лучшем случае снисходительно. Но Владислав Петрович каждым своим произведением нам старается сказать, что не бывает у детей бросовых переживаний. У них есть свой мир, пусть он детский, но он настоящий и другого у них нет. А от того, там всё всерьёз и не понарошку, и вихри сжигающие нервы ребят, как и во взрослой жизни, могут закончиться настоящей душевной болью.

Я всегда завидовал Крапивину. Тому как он тонко чувствует детские сердца, как бережно и серьёзно относиться к их чувствам, как внимателен и цепок его взгляд педагога. Завидовал и учился. Вернее учусь, в этом деле финальной точки не может быть.

«Оруженосец Кашка» одна из ранних повестей и в ней ещё нет такой бури эмоций или надрыва, как, например, в другой, более поздней, повести о дружбе — «Трое с площади Каррнонад». Эта история чуть спокойней, но не менее проникновенная. Приятные, запоминающиеся образы ребят, мягкий юмор, первые ростки романтических чувств, да и сама незамысловатая история, будто выуженная из нашей памяти — всё это вместе делает повесть по-настоящему доброй и если не родной, то очень близкой.

Читая книгу, я как будто разделялся. Одновременно я становился мальчишкой, что давным-давно, в другой жизни, каждое лето проводил в таком же пионерлагере. И тут же я был отцом двоих детей, искавший ответы на вопросы, которые мучают каждого родителя — что твориться в этих озорных, курносых головах? И всякий раз, беря книгу Владислава Крапивина, я ему безмерно благодарен за то, что он позволяет мне, хотя бы недолго вернуться в своё детство и за ответы, пусть не на все, но многие вопросы.

Findfind, 13 марта 2011 г.

Одно из великолепнейших произведений времён СССР. Книга, в первую очередь, конечно, для подросткового возраста, однако, я твёрдо уверен, что многим взрослым из неё очень даже есть чему поучиться. Раз 20 перечитывал её в лет 10-12, а прочитав её сейчас — аж защемило в груди, настолько ярко там отображено всё то, что связано с детством, с его радостями и огорчениями, тревогами, надеждами. Рекомендую всем, особенно подросткам (вместо «Мортал комбатов», контактов, однокласников и т.д.).

Nairis, 16 августа 2015 г.

В детстве не читала Крапивина, случайно наткнулась на эту повесть сейчас. И я не понимаю, почему ее считают «историей о настоящей дружбе».

А в целом понравилось, романтика лагеря, лето, костры Но концовка убила все впечатление.

Yazewa, 4 июля 2014 г.

Славная история о дружбе и об ответственности.

Эх, ностальгия по детству пионерскому. )) Интересно, могла бы в каком-нибудь детском лагере зародиться такая вот «волна»? Или сразу у кого-то появился бы дорогой магазинный арбалет?

А друзья нужны всем и во все времена.

amak2508, 11 марта 2020 г.

И всё-таки Владислав Крапивин — явление уникальнейшее. Ну назовите какого-нибудь другого писателя, который смог бы на такую простенькую и, честно говоря, не самую увлекательную тему, как зародившаяся дружба двух ребят в пионерском лагере, написать так, чтобы от текста нельзя было оторваться.

Мало того, что написано интересно, здесь и вся ребячья психология разложена по полочкам и, вспоминая себя, ни с чем особо и не поспоришь. Пожалуй, лишь жизнь в пионерском лагере выглядит несколько приукрашенной. Я неоднократно бывал в таких лагерях приблизительно в то же время и что-то не заметил, чтобы персонал этих лагерей обращал хоть какое-то внимание на своих подопечных. А уж мечтать о специально проводимых соревнованиях по стрельбе из луков. Может быть у нас в Тульской области тогда были какие-нибудь не такие пионерские лагеря :)?

Kate5, 6 июля 2014 г.

Повесть о преданной дружбе. Главный герой книги из тех мечтателей, которые придумывают себе свой мир, живя в этом. Они огорчаются, терпят поражения, но остаются верны своему рацармкому миру благородности.

Владислав Крапивин – Оруженосец Кашка

Описание книги “Оруженосец Кашка”

Описание и краткое содержание “Оруженосец Кашка” читать бесплатно онлайн.

Когда Володе в качестве «оруженосца» для соревнования по стрельбе из лука определили Кашку, то он жутко расстроился. Совершенно никчемным показался Володе такой помощник. Но не отказываться же участвовать в соревнованиях «Великого и непобедимого рыцарского ордена»!

Серафиме приснился дятел. Он сидел на сухом стволе сосны и целился носом в какую-то букашку. Потом он быстро откинулся назад, стукнул клювом по коре и снисходительно посмотрел на Серафиму черным блестящим зрачком. Серафима удивилась и открыла глаза.

Дятла, конечно, не было. Был некрашеный потолок с круглыми пятнами сучков, лампочка в самодельном абажуре и пестрый табель-календарь, пришпиленный над кроватью к стене из тесаных бревен.

А еще была стрела.

Она торчала над календарем, и белое хвостовое перо ее хищно дрожало.

«Так, – подумала Серафима. – Кажется, кто-то совершил покушение на мою жизнь. Только этого мне и не хватало».

Она с беспокойством взглянула на затянутое марлей окно. В марле ярко голубела круглая дырка. Серафиме захотелось поглубже забраться под одеяло.

– Нет, стоп, – сказала она себе. – Главное – не поддаваться панике.

Серафима была рассудительным человеком. Она прогнала страх и стала вспоминать, кому причинила зло и кто мог желать ей такой ужасной гибели.

Читайте также:  Чудная – краткое содержание рассказа Короленко

Никому она не причиняла зла! Честное слово! Правда, вчера во время ужина она прогнала из столовой Мишку Зыкова, но он даже не обиделся. Он понимал, что сам виноват: ведь никто не заставлял его опускать в компот нытику Генке Молоканову живого зеленого лягушонка…

«Не было покушения, – решила Серафима. – Стрела случайно влетела в окно, и теперь, наверно, ее хозяин прячется в кустах и с тревогой думает: узнают или не узнают? Попадет или не попадет?»

Она вскочила с кровати, натянула сарафан и шагнула на крыльцо.

В двух метрах от крыльца росла прямая береза. В стволе березы высоко, так что не дотянешься, торчали две стрелы. Одна – толстая и короткая, с черным вороньим пером, другая – длинная, без перьев, с зелеными полосками у наконечника.

– Не нравится мне это, – задумчиво сказала Серафима и огляделась.

Горнисты еще не сыграли побудку, и над лагерем висела сонная тишина. А солнце стояло уже высоко. Жестяные наконечники стрел, глубоко вонзившиеся в березу, горели серебряными точками.

Еще одна стрела взмыла над кустами черемухи, описала пологую дугу и ушла за дальние сосны. Она была ярко-алая, с белыми перьями у хвоста. В зарослях черемухи затрещали ветки и послышались тихие напряженные голоса.

– Батюшки, – прошептала Серафима. – Волна…

Коротким словом «волна» в лагере называли массовые увлечения. Что такое массовое увлечение, каждому понятно. Допустим, один человек нашел на дороге обрезок жести и сделал из него свисток. Ходит и свистит. Другой человек услышал и думает: «У него есть свисток. А у меня нет свистка. Разве это жизнь?» Идет он тоже искать кусок жести. Режет ее, гнет и в конце концов гордо подбрасывает на ладони великолепную свистелку собственной конструкции. Потом подносит ее к губам и надувает щеки…

Когда у двух человек есть свистки, а у других нет, это большая несправедливость. И вот уже всюду стучат по металлу молотки и кирпичные обломки, сгибая в трубки жестяные полоски. Воздух наполняется режущим свистом, и тишина рвется в мелкие клочки.

Это значит, что на лагерь накатила свистковая «волна».

Вообще волны бывают разные: вредные и полезные, опасные и безобидные.

В начале первой смены прокатилась «шляпная» волна: мальчишки и девчонки мастерили из лопухов широкополые мексиканские шляпы, украшали их подвесками из сосновых шишек и пышным оперением из листьев папоротника. Ходить без такой шляпы считалось просто неприличным. Однако лопухи увядали быстро, а росли медленно, и волна утихла, когда в окрестностях лагеря был найден и вырван с корнем последний лопух.

Через неделю прошумела другая волна – «разбойничья». Несмотря на грозное название, она была очень спокойная. Все мирно сидели под деревьями и мастерили маленьких разбойников. Туловища лепили из глины, головы делали из шишек и репейника, руки и ноги – из веток, а усы – из сухих сосновых иголок. Потом эти разбойники стояли всюду: на подоконниках, на перилах, на спинках кроватей и даже на умывальниках. Наконец их собрали в пионерскую комнату и устроили выставку.

После «разбойничьей» волны прокатилась волна «ужасов». Всем захотелось наряжаться привидениями и кого-нибудь пугать. Мальчишки после отбоя малевали на голых животах страшные рожи, приматывали к голове деревянные рога и бесшумными скачками подкрадывались к девчоночьим дачам. Но девчонки не спали. Вымазав мелом лица и завернувшись в простыни, они со зловещим подвыванием бродили вокруг дач. В общем, привидений развелось видимо-невидимо, а пугать было некого.

Потом прошумело еще несколько волн, и самая грозная из них называлась «ракетная».

Ракеты с ядовитым шипением взмывали над полянами и, кувыркаясь, падали в кусты. Иногда они сгорали прямо на стартовой площадке. А ракета с гордым именем «Сириус-5» вышибла кухонное окно и утонула в котле с рассольником. Среди вожатых началась паника. Но эта волна угасла сама собой из-за недостатка реактивного горючего.

– Это, как я понимаю, не ракеты, – озабоченно сказал завхоз Семен Васильевич. – Горючего для них не требуется. А материалу сколько хочешь. Рядом с кухней сосновые чурки лежат. Сухие, будто порох. И прямослойные. Я их для лучины припас, для растопки. Было восемь чурок, а теперь, значит, пять. Куда три пропали? Вон они в воздухе летают с перьями на хвостах. Вот так.

Все дружно вздохнули и повернулись к окну. За окном была усыпанная песком площадка, а на площадке – столб с репродуктором. В столбе, не очень высоко от земли, торчала стрела с огненным петушиным пером. Появился лохматый исцарапанный мальчишка в зеленых трусиках. Подошел к столбу. Поправил на плече маленький, сильно изогнутый лук. Поднял голову, подумал и лениво подпрыгнул, чтобы достать стрелу. Не достал. Почесал о плечо подбородок, снова поправил свой лук и неторопливо удалился.

– Вот-вот… – мрачно произнес Семен

Васильевич. – Про это я и говорю. Видали? Ему, тунеядцу несчастному, даже прыгнуть лень как следует. Потому что стрел у него и без этой хватает. Три сосновые чурки на стрелы пустили! Изверги…

– Три чурки, три чурки, три чурки… – басовито пропел вожатый первого отряда Сергей Привалов.

– Нет ничего смешного, Сергей Петрович, – строго и обиженно сказала старшая вожатая Светлана. – Здесь не опера, а педагогический совет лагеря. Дети могут получить увечья и травмы…

– Виноват, Светлана Николаевна, – откликнулся из угла Сергей. – Больше не буду. Хотя должен заметить, что увечья и травмы – это одно и то же.

– Товарищи, – укоризненно сказала директор лагеря Ольга Ивановна. – Света, Сережа, не надо. Вопрос-то серьезный. Продолжайте, Семен Васильевич.

– А чего продолжать. Кончать надо. Наконечники на всех стрелах, обратите внимание, железные, из жести. В виде конуса. Из консервных банок делаются. Где они банки берут, ума не приложу. А насчет дерева все ясно. Трех чурок нет? Нет. А из каждой не меньше сотни стрел должно получиться. А то и две. А еще обрезки досок на это пошли…

Он вздохнул, шумно поворочался на стуле и затих.

– Ольга Ивановна, у меня предложение. – Худая девушка в очках подняла руку. – Надо издать приказ, что стрелять из луков запрещается, а виновным грозит исключение. В своем отряде я уже объявила. Устно.

– Помогло? – печально спросила Ольга Ивановна.

– Ну… это ведь устно. А если приказ с вашей подписью повесить на доску объявлений…

– Не знаю, кто как, а я к этой доске и на сто шагов не подойду, – заявила Светлана. – Ее превратили в щит для мишеней. Там уже висит, между прочим, один приказ – с выговором за самовольное купание. Кажется, Юрию Земцову. В этом приказе торчат четыре стрелы. Их не убирают. По-моему, нарочно… Я не понимаю, Сергей, что тут смешного!

– Я серьезен, как надгробие.

– Надгробие скоро понадобится мне. От такой жизни. Я поймала Игоря Каткова (кстати, он из твоего отряда) и говорю: «Вы другого занятия не могли найти? Вы без глаз останетесь». А он хоть бы хны!

– Да? А что он сказал? – с интересом спросил Сергей.

– Что, что… Он известный хулиган и болтун. Сам знаешь.

– Все-таки, что ответил хулиган и болтун Катков?

– Как всегда, сказал глупость: «Купаться нам нельзя – говорят, утонете. Загорать нельзя – перегреетесь, в лес нельзя – заблудитесь, на карусель нельзя – закружитесь, стрелять тоже нельзя… А дышать можно?…» Нахал! Сам из речки по два часа не вылазит!… Ну, Ольга Ивановна, Сергей опять смеется!

– В самом деле, Сережа… – Ольга Ивановна покачала головой. У нее было полное, совершенно нестрогое лицо и растерянные глаза. – Нехорошо, Сережа. Это ведь в твоем отряде больше всего стрелков. Даже девочки…

– Девять ребят и четыре девчонки. И еще пятеро делают луки, – уточнил Сергей.

– Блестящие показатели, – язвительно заметила Светлана. – Не отряд, а Золотая Орда. Твои методы работы. Вот у Серафимы, например, почему-то ни одного стрелка нет. А?

Владислав Крапивин: Оруженосец Кашка

Здесь есть возможность читать онлайн «Владислав Крапивин: Оруженосец Кашка» — ознакомительный отрывок электронной книги, а после прочтения отрывка купить полную версию. В некоторых случаях присутствует краткое содержание. категория: Детские приключения / на русском языке. Описание произведения, (предисловие) а так же отзывы посетителей доступны на портале. Библиотека «Либ Кат» — LibCat.ru создана для любителей полистать хорошую книжку и предлагает широкий выбор жанров:

Выбрав категорию по душе Вы сможете найти действительно стоящие книги и насладиться погружением в мир воображения, прочувствовать переживания героев или узнать для себя что-то новое, совершить внутреннее открытие. Подробная информация для ознакомления по текущему запросу представлена ниже:

  • 100
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5

Оруженосец Кашка: краткое содержание, описание и аннотация

Предлагаем к чтению аннотацию, описание, краткое содержание или предисловие (зависит от того, что написал сам автор книги «Оруженосец Кашка»). Если вы не нашли необходимую информацию о книге — напишите в комментариях, мы постараемся отыскать её.

Владислав Крапивин: другие книги автора

Кто написал Оруженосец Кашка? Узнайте фамилию, как зовут автора книги и список всех его произведений по сериям.

Эта книга опубликована на нашем сайте на правах партнёрской программы ЛитРес (litres.ru) и содержит только ознакомительный отрывок. Если Вы против её размещения, пожалуйста, направьте Вашу жалобу на info@libcat.ru или заполните форму обратной связи.

Оруженосец Кашка — читать онлайн ознакомительный отрывок

Ниже представлен текст книги, разбитый по страницам. Система автоматического сохранения места последней прочитанной страницы, позволяет с удобством читать онлайн бесплатно книгу «Оруженосец Кашка», без необходимости каждый раз заново искать на чём Вы остановились. Не бойтесь закрыть страницу, как только Вы зайдёте на неё снова — увидите то же место, на котором закончили чтение.

Серафиме приснился дятел. Он сидел на сухом стволе сосны и целился носом в какую-то букашку. Потом он быстро откинулся назад, стукнул клювом по коре и снисходительно посмотрел на Серафиму черным блестящим зрачком. Серафима удивилась и открыла глаза.

Дятла, конечно, не было. Был некрашеный потолок с круглыми пятнами сучков, лампочка в самодельном абажуре и пестрый табель-календарь, пришпиленный над кроватью к стене из тесаных бревен.

А еще была стрела.

Она торчала над календарем, и белое хвостовое перо ее хищно дрожало.

«Так, – подумала Серафима. – Кажется, кто-то совершил покушение на мою жизнь. Только этого мне и не хватало».

Она с беспокойством взглянула на затянутое марлей окно. В марле ярко голубела круглая дырка. Серафиме захотелось поглубже забраться под одеяло.

– Нет, стоп, – сказала она себе. – Главное – не поддаваться панике.

Серафима была рассудительным человеком. Она прогнала страх и стала вспоминать, кому причинила зло и кто мог желать ей такой ужасной гибели.

Никому она не причиняла зла! Честное слово! Правда, вчера во время ужина она прогнала из столовой Мишку Зыкова, но он даже не обиделся. Он понимал, что сам виноват: ведь никто не заставлял его опускать в компот нытику Генке Молоканову живого зеленого лягушонка…

«Не было покушения, – решила Серафима. – Стрела случайно влетела в окно, и теперь, наверно, ее хозяин прячется в кустах и с тревогой думает: узнают или не узнают? Попадет или не попадет?»

Она вскочила с кровати, натянула сарафан и шагнула на крыльцо.

В двух метрах от крыльца росла прямая береза. В стволе березы высоко, так что не дотянешься, торчали две стрелы. Одна – толстая и короткая, с черным вороньим пером, другая – длинная, без перьев, с зелеными полосками у наконечника.

– Не нравится мне это, – задумчиво сказала Серафима и огляделась.

Горнисты еще не сыграли побудку, и над лагерем висела сонная тишина. А солнце стояло уже высоко. Жестяные наконечники стрел, глубоко вонзившиеся в березу, горели серебряными точками.

Еще одна стрела взмыла над кустами черемухи, описала пологую дугу и ушла за дальние сосны. Она была ярко-алая, с белыми перьями у хвоста. В зарослях черемухи затрещали ветки и послышались тихие напряженные голоса.

– Батюшки, – прошептала Серафима. – Волна…

Коротким словом «волна» в лагере называли массовые увлечения. Что такое массовое увлечение, каждому понятно. Допустим, один человек нашел на дороге обрезок жести и сделал из него свисток. Ходит и свистит. Другой человек услышал и думает: «У него есть свисток. А у меня нет свистка. Разве это жизнь?» Идет он тоже искать кусок жести. Режет ее, гнет и в конце концов гордо подбрасывает на ладони великолепную свистелку собственной конструкции. Потом подносит ее к губам и надувает щеки…

Когда у двух человек есть свистки, а у других нет, это большая несправедливость. И вот уже всюду стучат по металлу молотки и кирпичные обломки, сгибая в трубки жестяные полоски. Воздух наполняется режущим свистом, и тишина рвется в мелкие клочки.

Это значит, что на лагерь накатила свистковая «волна».

Вообще волны бывают разные: вредные и полезные, опасные и безобидные.

В начале первой смены прокатилась «шляпная» волна: мальчишки и девчонки мастерили из лопухов широкополые мексиканские шляпы, украшали их подвесками из сосновых шишек и пышным оперением из листьев папоротника. Ходить без такой шляпы считалось просто неприличным. Однако лопухи увядали быстро, а росли медленно, и волна утихла, когда в окрестностях лагеря был найден и вырван с корнем последний лопух.

Через неделю прошумела другая волна – «разбойничья». Несмотря на грозное название, она была очень спокойная. Все мирно сидели под деревьями и мастерили маленьких разбойников. Туловища лепили из глины, головы делали из шишек и репейника, руки и ноги – из веток, а усы – из сухих сосновых иголок. Потом эти разбойники стояли всюду: на подоконниках, на перилах, на спинках кроватей и даже на умывальниках. Наконец их собрали в пионерскую комнату и устроили выставку.

После «разбойничьей» волны прокатилась волна «ужасов». Всем захотелось наряжаться привидениями и кого-нибудь пугать. Мальчишки после отбоя малевали на голых животах страшные рожи, приматывали к голове деревянные рога и бесшумными скачками подкрадывались к девчоночьим дачам. Но девчонки не спали. Вымазав мелом лица и завернувшись в простыни, они со зловещим подвыванием бродили вокруг дач. В общем, привидений развелось видимо-невидимо, а пугать было некого.

Ссылка на основную публикацию