Игоша – краткое содержание рассказов Одоевского

Энциклопедия сказочных героев

Все о сказках для читательского дневника. Русские народные сказки, сказки народов мира, сказки русских и зарубежных писателей.

среда, 25 сентября 2019 г.

Одоевский В. “Игоша”

Главные герои сказки “Игоша” и их характеристика

  1. Мальчик-автор. Фантазер и выдумщик.
  2. Отец мальчика. Барин. Насмешливый и веселый.
  3. Игоша. Безногий и безрукий проказник.

План пересказа сказки “Игоша”

  1. Открывшаяся дверь
  2. Слова няни
  3. Рассказ отца
  4. Игоша и игрушки
  5. Варежки для Игоши
  6. Игоша и кофейник
  7. Сапоги для Игоши
  8. Наказание
  9. Ботинки для Игоши
  10. В пустой комнате
  11. Игоша прощается.

Кратчайшее содержание сказки “Игоша” для читательского дневника в 6 предложений

  1. От няни мальчик узнал о безногом и безруком, который может открывать двери.
  2. Отец рассказал, как попросил Игошу у мужиков, и после этого у него случилось много неприятностей.
  3. К мальчику пришел Игоша и, разбив игрушки, попросил варежки.
  4. Отец дал Игоше варежки, но когда тот попросил сапоги, рассердился и поставил мальчика в угол.
  5. Ночью Игоша пришел к мальчику и тот стал ругать Игошу, упрекая того в неблагодарности.
  6. Игоша сказал, что уходит к немцу, и что тот будет лучшим хозяином.

Главная мысль сказки “Игоша”
В детстве кажется реальным то, что взрослый человек считает фантазиями.

Чему учит сказка “Игоша”
Сказка учит не перекладывать свою вину на другого, не искать оправдания своим ошибкам. Учит отвечать за свои проступки. Учит верить в непознанное, не отрицать существование мистических существ.

Отзыв на сказку “Игоша”
Мне понравилась эта сказка, хотя я так и не поняла, действительно ли мальчик встречал Игошу, или то просто были его фантазии. Но мне все равно кажется, что во всех мистических легендах и преданиях что-то есть.

Пословицы к сказке “Игоша”
О чем не сказывают о том не допытывайся.
Как вырастешь с мать, все будешь знать.
Родясь не видал, умру не увижу.
Дом домом, а домовой даром.
Домовой пошутил – лошадь в подворотню протащил.

Читать краткое содержание, краткий пересказ сказки “Игоша”
Мальчик играл с игрушками, когда дверь в комнату отворилась сама собой и точно также закрылась. Мальчик испугался и спросил няню, кто отворил дверь. Няня успокоила мальчика, сказав, что дверь отворял безногий и безрукий.
Вскоре мальчик забыл про тот случай, а потом приехал отец с игрушками и стал рассказывать, почему так долго ехала. То постромки обрывались, то лошадь спотыкалась, и барин поминал лихом Игошу.
Мама стала спрашивать, кто такой Игоша, и барин рассказал, что видел в избе трех мужиков, которые ели сами и оставляли еду для Игоши. Они рассказали ему про безногого и безрукого младенца, который быстро умер и стал Игошей. Этот Игоша не обижал мужиков, а напротив помогал им, если те про него не забывали. Но если кто забудет угостить и задобрить Игошу – жди беды, что-нибудь случится.
Барин тогда посмеялся и предложил отдать Игошу ему, обещая назначить тому харчи. А когда поехал домой, стали с ним разные казусы случаться. Так что он и подумал, что Игоша за ним увязался.
Рассказ запал в душу мальчика. Оставшись в своей комнате, он увидел как дверь отворилась и в нее вошел маленький человек, без рук и без ног. Человек прыгал всем телом и мальчику стало его жаль. Но человек ухватил зубами скатерть и потянул. На пол посыпались игрушки, многие раскололись.
Мальчик закричал и заругался на человека. И тот отвечал, что барин всем варежки сшил, а ему забыл, и у него пальцы мерзнут. Мальчик ответил, что у Игоши нет пальцев, но тот стоял на своем и требовал для себя варежки.
Тут пришла няня и Игоша сразу сбежал. Няня стала ругать мальчика за разбитые игрушки, но тот рассказал про Игошу. Отец мальчика посмеялся, но дал ему варежки для Игоши.
Вскоре к мальчику снова пришел Игоша, в новом полушубке из варежки. Игоша стал тянуть салфетку, на которой стоял кофейник и очки няни, и мальчик испугался. Он стал просить Игошу не ронять ничего, спрашивая, что тому хочется.
Игоша потребовал сапоги и опрокинул кофейник.
В этот раз отец не поверил мальчику и поставил его в угол. А там появился Игоша и стал выталкивать мальчика на ковер с игрушками. Отец, видя это, сердился все сильнее, и привязал мальчика к стулу.
Но Игоша и веревки развязывал, и мальчика выталкивал, так что тот все равно оказывался на ковре с игрушками. И плохо ему было бы, если бы не вечер. А так уложили мальчика спать пораньше, в наказание.
А мальчик, дождавшись, когда няня уснет, выкинул ее ботинки в окно, крикнув, что это Игоше.
На следующий день мальчика посадили в пустую комнату и дали азбуку. Вскоре разбилась рама в окне и в комнату запрыгнул Игоша с ботинком на голове. Мальчик стал упрекать Игошу, а тот обиделся, сказав, что верой и правдой служит мальчику – игрушки бьет, веревки развязывает, рамы ломает.
И сказал Игоша, что уйдет к немцу, который приехал к барину. У того он уже разбил склянки и парик закинул под бильярд.
Игоша исчез и больше не появлялся.

Владимир Одоевский – Игоша

Владимир Одоевский – Игоша краткое содержание

Игоша – проказливое невидимое существо, с которым в детстве довелось повстречаться герою.

Игоша – читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)

Владимир Федорович Одоевский

(Алек. Степ. Хомякову)

Я сидел с нянюшкой в детской; на полу разостлан был ковер, на ковре игрушки, а между игрушками – я; вдруг дверь отворилась, а никто не взошел. Я посмотрел, подождал – все нет никого.

– Нянюшка! нянюшка! Кто дверь отворил?

– Безрукий, безногий дверь отворил, дитятко! Вот безрукий, безногий и запал мне на мысль.

– Что за безрукий, безногий такой, нянюшка?

– Ну, да так – известно, что, – отвечала нянюшка, безрукий, безногий.

Мало мне было нянюшкиных слов, и я, бывало, как дверь ли, окисли отворится – тотчас забегу посмотреть: не тут ли безрукий – и, как он ни увертлив, верно бы мне попался, если бы в то время батюшка не возвратился из города и не привез с собою новых игрушек, которые заставили меня на время позабыть о безруком.

Радость! веселье! прыгаю! любуюсь игрушками! А нянюшка ставит да ставит рядком их на столе, покрытом салфеткою, приговаривая: “Не ломай, не разбей, помаленьку играй, дитятко”. Между тем зазвонили к обеду.

Я прибежал в столовую, когда батюшка рассказывал, отчего он так долго не возвращался. “Все постромки лопались, – говорил он, – а не постромки, так кучер то и дело что кнут свой теряет; а не то пристяжная ногу зашибет, беда, да и только! Хоть стань на дороге; уж в самом деле я подумал: не от Игоши ли?”

– От какого Игоши? – спросила его маменька.

– Да вот послушай, – на завражке я остановился лошадей покормить; прозяб я и вошел в избу погреться; в избе за столом сидят трое извозчиков, а на столе лежат четыре ложки; вот они хлеб ли режут, лишний ломоть к ложке положат; пирога ли попросят, лишний кусок отрушат.

– Кому это вы, верно, товарищу оставляете, добрые молодцы? – спросил я.

– Товарищу не товарищу, – отвечали они, – а такому молодцу, который обид не любит.

– Да кто же он такой? – спросил я.

– Да Игоша, барин. Что за Игоша, вот я их и ну допрашивать.

– А вот послушайте, барин, – отвечал мне один из них, – летом у земляка-то родился сынок, такой хворенький, Бог с ним, без ручек, без ножек, – в чем душа; не успели за попом сходить, как он и дух испустил; до обеда не дожил. Вот, делать нечего, поплакали, погоревали, да и предали младенца земле. – Только с той поры все у нас стало не попрежнему… впрочем, Игоша, барин, малый добрый: наших лошадей бережет, гривы им заплетает, к попу под благословенье подходит; но если же ему лишней ложки за столом не положишь или поп лишнего благословенья при отпуске в церкви не даст, то Игоша и пойдет кутить: то у попадьи квашню опрокинет или из горшка горох выбросает; а у нас или у лошадей подкову сломает, или у колокольчика язык вырвет – мало ли что бывает.

– И! да я вижу, Игоша-то проказник у вас, – сказал я, – отдайте-ка его мне, и если он хорошо мне послужит, то у меня ему славное житье будет; я ему, пожалуй, и харчевые назначу.

Между тем лошади отдохнули, я отогрелся, сел в сани, покатился: не отъехали версты – шлея соскочила, потом постромки оборвались, а наконец оглобля пополам – целых два часа понапрасну потеряли. В самом деле подумаешь, что Игоша ко мне привязался.

Так говорил батюшка; я не пропустил ни одного слова. В раздумье пошел я в свою комнату, сел на полу, но игрушки меня не занимали – у меня в голове все вертелся Игоша да Игоша. Вот я смотрю – няня на ту минуту вышла – вдруг дверь отворилась; я по своему обыкновению хотел было вскочить, но невольно присел, когда увидел, что ко мне в комнату вошел, припрыгивая, маленький человечек в крестьянской рубашке, подстриженный в кружок; глаза у него горели, как угольки, и голова на шейке у него беспрестанно вертелась; с самого первого взгляда я заметил в нем что-то странное, посмотрел на него пристальнее и увидел, что у бедняжки не было ни рук, ни ног, а прыгал он всем туловищем. Как мне его жалко стало! Смотрю, маленький человечек – прямо к столу, где у меня стояли рядком игрушки, вцепился зубами в салфетку и потянул ее, как собачонка; посыпались мои игрушки: фарфоровая моська вдребезги, барабан у барабанщика выскочил, у колясочки слетели колеса – я взвыл и закричал благим матом: “Что за негодный мальчишка! зачем ты сронил мои игрушки, эдакой злыден! да что еще мне от нянюшки достанется! Говори, зачем ты сронил игрушки?”

– А вот зачем, – отвечал он тоненьким голоском, затем, – прибавил он густым басом, – что твой батюшка всему дому валежки сшил, а мне, маленькому, – заговорил он снова тоненьким голоском, – ни одного не сшил, а теперь мне, маленькому, холодно, на дворе мороз, гололедица, пальцы костенеют.

– Ах, жалкинький, – сказал я сначала, но потом, одумавшись, – да какие пальцы, негодный, да у тебя и рукто нет, на что тебе валежки?

– А вот на что, – сказал он басом, – что ты вот видишь, твои игрушки в дребезгах, так ты и скажи батюшке: “Батюшка, батюшка, Игоша игрушки ломает, валежек просит, купи ему валежки”, – а ты возьми да и брось их ко мне в окошко.

Игоша не успел окончить, как нянюшка вошла ко мне в комнату, Игоша не прост молодец, разом лыжи навострил, а нянюшка – на меня: “Ах ты, проказник, сударь! зачем изволил игрушки сронить? Нельзя тебя одного ни на минуту оставить. Вот ужо тебя маменька…”

– Нянюшка! Не я уронил игрушки, право, не я, это Игоша…

– Какой Игоша, сударь. еще изволишь выдумывать!

– Безрукий, безногий, нянюшка. На крик прибежал батюшка, я ему рассказал все, как было, он расхохотался.

Читайте также:  Русские ночи краткое содержание рассказа Одоевского

– Изволь, дам тебе валежки, отдай их Игоше. Так я и сделал. Едва я остался один, как Игоша явился ко мне, только уже не в рубашке, а в полушубке.

– Добрый ты мальчик, – сказал он мне тоненьким голоском, – спасибо за валежки; посмотри-ка, я из них себе какой полушубок сшил, вишь, какой славный!

И Игоша стал повертываться со стороны на сторону и опять к столу, на котором нянюшка поставила свой заветный чайник, очки, чашку без ручки и два кусочка сахара – и опять за салфетку, и опять ну тянуть.

– Игоша! Игоша! – закричал я, – погоди, не роняй – хорошо мне один раз прошло, а в другой не поверят; скажи лучше, что тебе надобно?

– А вот что, – сказал он густым басом, – я твоему батюшке верой и правдой служу, не хуже других слуг ничего не делаю, а им всем батюшка к празднику сапоги пошил, а мне, маленькому, – прибавил он тоненьким голоском, – и сапожишков нет, на дворе днем мокро, ночью морозно, ноги ознобишь… – и с сими словами Игоша потянул за салфетку, и полетели на пол и заветный нянюшкин чайник, и очки выскочили из очешника, и чашка без ручки расшиблась, и кусочек сахарна укатился…

Вошла нянюшка, опять меня журит: я на Игошу, она на меня.

– Батюшка, безногий сапогов просит, – закричал я, когда вошел батюшка.

Игоша – Одоевский Владимир Федорович

Кол-во страниц: 2

Поделиться в соц.сетях:

Игоша – Одоевский Владимир Федорович краткое содержание

Игоша – проказливое невидимое существо, с которым в детстве довелось повстречаться герою.

Игоша читать онлайн бесплатно

Я сидел с нянюшкой в детской; на полу разостлан был ковер, на ковре игрушки, а между игрушками – я; вдруг дверь отворилась, а никто не взошел. Я посмотрел, подождал – все нет никого.

– Нянюшка! нянюшка! Кто дверь отворил?

– Безрукий, безногий дверь отворил, дитятко! Вот безрукий, безногий и запал мне на мысль.

– Что за безрукий, безногий такой, нянюшка?

– Ну, да так – известно, что, – отвечала нянюшка, безрукий, безногий.

Мало мне было нянюшкиных слов, и я, бывало, как дверь ли, окисли отворится – тотчас забегу посмотреть: не тут ли безрукий – и, как он ни увертлив, верно бы мне попался, если бы в то время батюшка не возвратился из города и не привез с собою новых игрушек, которые заставили меня на время позабыть о безруком.

Радость! веселье! прыгаю! любуюсь игрушками! А нянюшка ставит да ставит рядком их на столе, покрытом салфеткою, приговаривая: “Не ломай, не разбей, помаленьку играй, дитятко”. Между тем зазвонили к обеду.

Я прибежал в столовую, когда батюшка рассказывал, отчего он так долго не возвращался. “Все постромки лопались, – говорил он, – а не постромки, так кучер то и дело что кнут свой теряет; а не то пристяжная ногу зашибет, беда, да и только! Хоть стань на дороге; уж в самом деле я подумал: не от Игоши ли?”

– От какого Игоши? – спросила его маменька.

– Да вот послушай, – на завражке я остановился лошадей покормить; прозяб я и вошел в избу погреться; в избе за столом сидят трое извозчиков, а на столе лежат четыре ложки; вот они хлеб ли режут, лишний ломоть к ложке положат; пирога ли попросят, лишний кусок отрушат.

– Кому это вы, верно, товарищу оставляете, добрые молодцы? – спросил я.

– Товарищу не товарищу, – отвечали они, – а такому молодцу, который обид не любит.

– Да кто же он такой? – спросил я.

– Да Игоша, барин. Что за Игоша, вот я их и ну допрашивать.

– А вот послушайте, барин, – отвечал мне один из них, – летом у земляка-то родился сынок, такой хворенький, Бог с ним, без ручек, без ножек, – в чем душа; не успели за попом сходить, как он и дух испустил; до обеда не дожил. Вот, делать нечего, поплакали, погоревали, да и предали младенца земле. – Только с той поры все у нас стало не попрежнему… впрочем, Игоша, барин, малый добрый: наших лошадей бережет, гривы им заплетает, к попу под благословенье подходит; но если же ему лишней ложки за столом не положишь или поп лишнего благословенья при отпуске в церкви не даст, то Игоша и пойдет кутить: то у попадьи квашню опрокинет или из горшка горох выбросает; а у нас или у лошадей подкову сломает, или у колокольчика язык вырвет – мало ли что бывает.

– И! да я вижу, Игоша-то проказник у вас, – сказал я, – отдайте-ка его мне, и если он хорошо мне послужит, то у меня ему славное житье будет; я ему, пожалуй, и харчевые назначу.

Между тем лошади отдохнули, я отогрелся, сел в сани, покатился: не отъехали версты – шлея соскочила, потом постромки оборвались, а наконец оглобля пополам – целых два часа понапрасну потеряли. В самом деле подумаешь, что Игоша ко мне привязался.

Так говорил батюшка; я не пропустил ни одного слова. В раздумье пошел я в свою комнату, сел на полу, но игрушки меня не занимали – у меня в голове все вертелся Игоша да Игоша. Вот я смотрю – няня на ту минуту вышла – вдруг дверь отворилась; я по своему обыкновению хотел было вскочить, но невольно присел, когда увидел, что ко мне в комнату вошел, припрыгивая, маленький человечек в крестьянской рубашке, подстриженный в кружок; глаза у него горели, как угольки, и голова на шейке у него беспрестанно вертелась; с самого первого взгляда я заметил в нем что-то странное, посмотрел на него пристальнее и увидел, что у бедняжки не было ни рук, ни ног, а прыгал он всем туловищем. Как мне его жалко стало! Смотрю, маленький человечек – прямо к столу, где у меня стояли рядком игрушки, вцепился зубами в салфетку и потянул ее, как собачонка; посыпались мои игрушки: фарфоровая моська вдребезги, барабан у барабанщика выскочил, у колясочки слетели колеса – я взвыл и закричал благим матом: “Что за негодный мальчишка! зачем ты сронил мои игрушки, эдакой злыден! да что еще мне от нянюшки достанется! Говори, зачем ты сронил игрушки?”

– А вот зачем, – отвечал он тоненьким голоском, затем, – прибавил он густым басом, – что твой батюшка всему дому валежки сшил, а мне, маленькому, – заговорил он снова тоненьким голоском, – ни одного не сшил, а теперь мне, маленькому, холодно, на дворе мороз, гололедица, пальцы костенеют.

– Ах, жалкинький, – сказал я сначала, но потом, одумавшись, – да какие пальцы, негодный, да у тебя и рукто нет, на что тебе валежки?

– А вот на что, – сказал он басом, – что ты вот видишь, твои игрушки в дребезгах, так ты и скажи батюшке: “Батюшка, батюшка, Игоша игрушки ломает, валежек просит, купи ему валежки”, – а ты возьми да и брось их ко мне в окошко.

Игоша не успел окончить, как нянюшка вошла ко мне в комнату, Игоша не прост молодец, разом лыжи навострил, а нянюшка – на меня: “Ах ты, проказник, сударь! зачем изволил игрушки сронить? Нельзя тебя одного ни на минуту оставить. Вот ужо тебя маменька…”

– Нянюшка! Не я уронил игрушки, право, не я, это Игоша…

– Какой Игоша, сударь. еще изволишь выдумывать!

– Безрукий, безногий, нянюшка. На крик прибежал батюшка, я ему рассказал все, как было, он расхохотался.

– Изволь, дам тебе валежки, отдай их Игоше. Так я и сделал. Едва я остался один, как Игоша явился ко мне, только уже не в рубашке, а в полушубке.

– Добрый ты мальчик, – сказал он мне тоненьким голоском, – спасибо за валежки; посмотри-ка, я из них себе какой полушубок сшил, вишь, какой славный!

Одоевский Владимир Федорович читать все книги автора по порядку

Одоевский Владимир Федорович – все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки the-librarian.ru.

Игоша отзывы

Отзывы читателей о книге Игоша, автор: Одоевский Владимир Федорович. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.

Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями – оставьте Ваш отзыв или расскажите друзьям.

Несмотря на то, что в наши дни Интернет уверенно набирает позиции, все больше образованных и интеллигентных людей предпочитают проводить свободное время за чтением книг. Наш сайт предлагает совместить инновации «всемирной паутины» с «поглощением» литературных шедевров. Здесь Вы можете совершенно бесплатно и без регистрации читать онлайн как классические, так и современные тексты.

Краткое содержание В. Одоевский «Городок в табакерке»

Краткое содержание сказки Владимира Одоевского «Городок в табакерке» познакомит с читателя с главными героями и поведает об их приключениях. Владимир Федорович Одоевский считается основоположником детской литературы на русском языке. Для его творчества всегда были характерны новые идеи. «Городок в табакерке» был издан в 1833 году в составе сборника «Пестрые сказки».

Основные персонажи

Перед чтением краткого содержания о приключениях мальчика в городе, обнаруженном в табакерке, следует ознакомиться с основными персонажами сюжета:

  • Миша – очень доброжелательный и любознательный маленький мальчик;
  • Его отец – мудрый человек, серьезно относится к воспитанию сына;
  • Мальчики-колокольчики – жизнерадостные жители города;
  • Дядьки-молоточки – суровые обитатели табакерки;
  • Валик – надзиратель в городе;
  • Пружинка – принцесса, строгая и капризная.

Очень краткий пересказ

В начале рассказа папа показывает сыну небольшую табакерку. Она очень красива, изготовлена из панциря черепахи, но главное – эта вещица музыкальная. Мальчик рассмотрел на поверхности крышки маленькие дома, улочки, забавные башни. Изображенный город был красочен и заманчив. Мише отчаянно захотелось там оказаться.

Внезапно он стал стремительно уменьшаться и смог попасть в этот городок. Там его встретил маленький мальчик с небольшим колокольчиком на голове. Он познакомил Мишу с остальными веселыми мальчиками-колокольчиками. Его интересовало, почему их обижают дядьки-молоточки. Мальчик ему рассказал, что это требование злого Валика. А его заставляет работать мелкая пружинка – Принцесса этого города.

Далее Миша проснулся и сразу поведал родителям, что был в сказочном месте и познакомился со всеми жителями. Теперь он понимал принцип работы музыкальной шкатулки.

Краткое содержание рассказа

Краткий пересказ содержания следует начать с описания табакерки, которую показал отец Мише. Она была изготовлена их панциря черепахи, а на ее крышке был изображен сказочный город с маленькими домиками, башенками и улочками с деревьями. Изделие было музыкальным – стоило дотронуться до пружинки, раздавалась приятная мелодия. Облака и солнце на крышке двигались, озаряя сказочное небо своими лучами.

Внутри вещицы были видны колокольчики, молоточки и мальчик заинтересовался, как она работает. Папа предложил ему догадаться самому. Однако просил не прикасаться к пружине, потому что табакерка может сломаться. Миша очень крепко задумался. Чем больше он смотрел на табакерку, тем сильнее он желал попасть в этот маленький сказочный город, который манил уютом.

Мальчик-колокольчик повел гостя в город

Вдруг из одной дверцы выскочил мальчик с колокольчиком на голове. Он поманил Мишу рукой. Подойдя к дверце вслед за мальчиком, Миша обнаружил, что дверь ему по росту, и он прошел внутрь. На небольших улочках он увидел много мальчиков-колокольчиков, которые весело приветствовали его. Свободно проходя под сводами из красивой бумаги, Миша заметил, что боялся не пройти, ведь они такие маленькие. Но мальчик объяснил, что издалека предметы могут казаться маленькими.

Читайте также:  Дары волхвов - краткое содержание новеллы О. Генри

А мальчики-колокольчики на самом деле имели разные размеры, оттого и звучали все по-разному. Они жаловались, как трудно им живется, ведь дядьки-молоточки постоянно ходят по улицам и заставляют их звонить, дергая за веревки. Миша подошел к дядькам и очень вежливо поинтересовался, зачем они это делают. На вопрос ему объяснили, что их заставляет господин Валик, который лежит целый день на диване и издает шуршащие звуки.

Миша увидел Валика – тот действительно лежал и переворачивался с боку на бок, тем самым заставляя стучать дядек своими молоточками по колокольчикам. Он ответил, что не знает, для чего он так делает. Пройдя далее по улице, мальчик обратил внимание на красивый шатер. Внутри него сидела прекрасная принцесса Пружинка, которая постоянно толкала надзирателя Валика и при этом говорила «зиц-зиц». Она смогла рассказать Мише, что если все они не будут работать, то музыка смолкнет.

Мальчик тут же проверил, правда ли это. Он осторожно тронул пальцем пружину. Все вдруг заскрежетало и остановилось, а музыка и правда смолкла. Миша сразу вспомнил – отец просил его ни в коем случае не прикасаться к пружинке. Подумав об этом, мальчик проснулся.

Миша сразу заметил улыбающиеся лица родителей. А отец спросил, что же сын видел во сне. Мальчик рассказал про сказочный сон. А заодно добавил, что теперь он знает, как устроена табакерка и за счет чего внутри нее звучит музыка.

Папа очень хвалил сына и объяснил ему, что со временем, изучив механику, он сможет глубже понять принцип действия многих предметов.

Основная мысль сказки

Сказка «Городок в табакерке», ее краткое содержание, позволяет понять, что автор большое значение придавал влиянию литературы на детей. Одоевский с помощью своего произведения хотел развить в детях лучшие качества. Он показывает самые лучшие черты характера маленького героя – любознательность, честность, сострадание.

Средства выражения пространственного континуума в сказке В.Ф. Одоевского «Игоша»

Анализ пространственно-временной организации текста – важнейший этап его филологического анализа. Выявить, какими средствами выражен пространственный континуум в сказке В.Ф. Одоевского «Игоша», – цель данной статьи.

Обращение к творчеству В.Ф. Одоевского не случайно. Литературное дарование писателя своеобразно. По словам литературоведа Е.А. Маймина, «историко-литературное значение его творчества, быть может, не до конца осознано и определено, но в целом оно неоспоримо» [Маймин].

Сказка В.Ф. Одоевского «Игоша» включена в школьную программу. Наши материалы могут оказать существенную помощь учителю-словеснику при работе над анализом текста данного произведения.

М.А. Турьян, исследователь творчества В.Ф. Одоевского, отметил особенность поэтики сказки «Игоша»: «Сосуществование параллельных планов – фантастического и реального – воспроизведено здесь как неуловимое, легко переливающееся одно в другое чередование детской грёзы и действительной жизни, как состояние полусна-полуяви, когда факты сиюминутного бытия продолжают свою жизнь, своё развитие в иной, «ирреальной» ипостаси – и вновь возвращаются в действительность» [Турьян 1991: 23]. Три основные пространственные точки зрения (повествователя, мифического существа Игоши, точка зрения взрослых персонажей – батюшки и няни), которые выделяются в структуре повествования, соответствуют разным ракурсам в описании и изображении событий. Мифопоэтическое представление о пространстве возникает уже после заглавия. Игоша – существо в славянской мифологии. Уже в самом начале сказки формируется семантическая оппозиция: фантастическое – реальное. Пространство сказки представляет детская. Игрушки, ковёр, нянюшка – это особого рода номинации, локальные указатели [Чернухина 1984: 42]. Они не имеют пространственного значения, но относят изображаемое к определённому пространству, в частности к детской: «Я сидел с нянюшкой в детской; на полу разостлан был ковёр, на ковре игрушки» (здесь и в дальнейшем цитаты приводятся по факсимильному воспроизведению издания 1833 В.Ф. Одоевский «Сказки Иринея Модестовича Гомозейки» с учётом норм современной русской орфографии и пунктуации). Лексема игрушки – центральная в соответствующей тематической группе. Она объединяет слова с периферийной семой локальности, такие, как моська, барабан, барабанщик, колясочка. Реалии действительной жизни заполняют пространство мифического существа: «маленький человек прямо к столу, где у меня стояли рядком игрушки, вцепился зубами в салфетку и потянул её, как собачонка; посыпались мои игрушки: и фарфоровая моська вдребезги, барабан у барабанщика выскочил, у колясочки слетели колёса. » Мифопоэтическое пространство, столь существенное для В.Ф.Одоевского, воплотилось в таких значимых пространственных объектах, как дверь, окно (рама): «Вдруг дверь отворилась. »; «и я, бывало, как дверь, окно ли отворится – тотчас забегу посмотреть».; «рама выскочила, и Игоша с ботинкой на голове запрыгал у меня по комнате». Известно, что образ двери в древности интерпретировался как тот «горизонт», та «межа», которые смотрели в противоположные стороны света и мрака и образно выражали точку «предела» [Фрейденберг 1978: 563]. Окно как взгляд на мир также устойчивый образ, используемый в литературе.

Пространство сказки одновременно является и открытым, и замкнутым. В сказке, с одной стороны, упоминаются город, дорога, изба, конюшня, церковь. С другой – пространство ограничено детской комнатой с няней и игрушками. Это пространство постепенно сужается для повествователя, меняется окружение ребёнка. Он оказывается в пустой комнате: «батюшка . посадил меня в пустую комнату, такую пустую, что в ней не было ни стола, ни стула, ни даже скамейки». Пространство сужается ещё больше: «В слезах я побрёл к углу»; «батюшка увидит, я опять в угол».

При помощи повторяющихся лексических средств подчёркивается сосуществование параллельных планов повествования: «игрушки, а между игрушками я»; «..и я очутюсь на ковре с игрушками посредине комнаты»; «и я снова очутился на ковре между игрушек»; «Смотрю, маленький человечек прямо к столу, где у меня стояли рядком игрушки. посыпались мои игрушки»; «зачем ты сронил мои игрушки, едакой злыдень!». Герой-повествователь живёт одновременно в реальном и фантастическом пространстве. Предлог между с творительным падежом существительного и устаревшее его сочетание с родительным падежом означает «положение предмета, лица посредине, среди кого-чего-н.» [Ожегов, Шведова 1999: 348]. Юному созданию близок любой мир. Его окружают предметы реального пространства, они же существуют с ним и в мире грёз. Повтор слов с конкретно-предметным значением придаёт достоверность повествованию: «и Игоша стал повёртываться со стороны в сторону и опять к столу, на котором нянюшка поставила свой заветный чайник, очки, чашку без ручки, и два кусочка сахару. », «Игоша потянул за салфетку и полетели на пол и заветный нянюшкин чайник, и очки выскочили из очешника, и чашка без ручки расшиблась, и кусочек сахарца укатился. » Реально видимое пространство дополняется воображаемым.

Степень заполненности пространства важна для образной системы произведения. Как уже было сказано, пространство повествователя характеризуется заполненностью предметами его, детского, мира. Взрослым этот мир чужд. Там, где появляется Игоша, взрослых нет. Это подчёркивается специальными лексическими средствами: «Едва я остался один, как Игоша явился ко мне».

Важным средством выражения пространственного дейксиса в данном тексте являются конструкции предложно-падежных форм имени в сочетании с предлогом с пространственным значением: под бильярд, на столе, на ковре, на полу. В тексте встречаются подобные конструкции со словами, включающими в свою семантику пространственную сему: на дворе, со двора, на дороге, на завражке, в комнату, посредине комнаты, в церкви, в столовую. Пространство воплощается и с помощью наречий (там, тут, здесь), которые служат распространителями простых предложений: «Смотрю: там стоит Игоша. »; «. не тут ли безрукий. »; «Посмотрим. что здесь разобьёт Игоша!».

Ярким выражением пространственных точек зрения персонажей являются глагольные формы. Пространственная позиция повествователя и персонажей то динамическая, то статическая.

Конструкции с предикатами движения («няня на минутку вышла»; «Игоша не успел окончить, как нянюшка вошла ко мне в комнату; Игоша не прост молодец, разом лыжи навострил. ») отражают перемещение в пространстве персонажей. «Вошла» – «лыжи навострил» контекстуальная антонимия, характеризующая отсутствие пространственной близости персонажей.

В соответствии с развитием действия меняется положение героя-повествователя. Глаголы движения и статики вместе с сочетающимися с ними предложно-падежными формами с локальным значением, наречиями со значением места создают пластичное представление пространства: «В слезах я побрёл к углу. Смотрю: там стоит Игоша; только батюшка отвернётся, а он меня головой толк да толк в спину, и я очутюсь на ковре с игрушками посредине комнаты; батюшка увидит, я опять в угол; отворотится, а Игоша снова меня толкнёт». Глагол очутиться дважды повторяется в тексте. Он означает «неожиданно оказаться в каком-н. месте» [Ожегов, Шведова 1999: 487]. Конструкции с данной лексемой воплощают «причудливое и свободное смешение необыкновенного и повседневного, бытового» [Маймин]. Для взрослых закрыт доступ к пространству мифического существа. Глагольная приставка от (отвернётся, отворотится) означает удаление, движение в сторону. «Игоша для батюшки был невидим» – нейтральная глагольная форма «невидим» приобретает контекстуальную оценочность.

Глагольные лексемы являются единицами различных семантических полей, которые входят в категорию пространства. Они составляют, к примеру, такие группировки, как «нахождение в пространстве» – сидеть, остановиться, остаться, стоять; «изменение положения» – вертеться, прыгать, повёртываться; «направление» (по нашим наблюдениям, эта группировка представлена в анализируемом тексте наибольшим количеством лексем) – посмотреть, прибежать, отъехать, пойти, являться, полететь, побрести, укатиться, оттолкнуть.

Таким образом, отмеченная исследователями двуплановость сказки В.Ф. Одоевского «Игоша» представлена в структуре произведения двумя типами пространства – реального и фантастического. Реалии объективно существующего мира (их воплощением является конкретно-предметная лексика) накладываются на фабулу фольклорной былички. Сигналами мифологического плана текста является, помимо заглавия, указание на существование таких важных пространственных точек, как дверь, окно. Пространственный мир грёз доступен лишь маленькому герою повествования. Ярким выражением пространственной точки зрения взрослых персонажей является глагольная лексика, отдельные единицы которой создают эстетический эффект невозможности проникновения в мир фантастики. Средства выражения пространственного континуума в сказке В.Ф. Одоевского «Игоша» – слова разных частей речи с локальной семантикой, предлоги пространственного значения, слова с периферийными семами локальности.

Итак, категория пространства – важнейшая часть логической организации текста, его структуры. Мы обращались в основном к анализу таких фрагментов текста, в которых изображение пространства не совмещено с изображением времени. В перспективе остаётся исследование художественного времени сказки, которое неразрывно связано с художественным пространством.

Список литературы

Маймин – Маймин Е.А. Владимир Одоевский и его роман «Русские ночи». – http://www.iqrate.com/friends/prog.cfm

Ожегов, Шведова 1999 – Ожегов С.И. и Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. – 4-е изд., дополненное.- М.: Азбуковник, 1999.

Турьян 1991 – Турьян М.А. Сказки Иринея Модестовича Гомозейки. Приложение к факсимильному изданию. М.: Книга, 1991.

Чернухина 1984 – Чернухина И.Я. Элементы организации художественного прозаического текста. Воронеж: Изд –во Воронежского университета, 1984.

Читать онлайн “Игоша” автора Одоевский Владимир Федорович – RuLit – Страница 1

(Алек. Степ. Хомякову) Я сидел с нянюшкой в детской; на полу разостлан был ковер, на ковре игрушки, а между игрушками – я; вдруг дверь отворилась, а никто не взошел. Я посмотрел, подождал – все нет никого. – Нянюшка! нянюшка! Кто дверь отворил? – Безрукий, безногий дверь отворил, дитятко! Вот безрукий, безногий и запал мне на мысль. – Что за безрукий, безногий такой, нянюшка? – Ну, да так – известно, что,- отвечала нянюшка,безрукий, безногий. Мало мне было нянюшкиных слов, и я, бывало, как дверь ли, окисли отворится – тотчас забегу посмотреть: не тут ли безрукий – и, как он ни увертлив, верно бы мне попался, если бы в то время батюшка не возвратился из города и не привез с собою новых игрушек, которые заставили меня на время позабыть о безруком. Радость! веселье! прыгаю! любуюсь игрушками! А нянюшка ставит да ставит рядком их на столе, покрытом салфеткою, приговаривая: Не ломай, не разбей, помаленьку играй, дитятко . Между тем зазвонили к обеду. Я прибежал в столовую, когда батюшка рассказывал, отчего он так долго не возвращался. Все постромки лопались,- говорил он,- а не постромки, так кучер то и дело что кнут свой теряет; а не то пристяжная ногу зашибет, беда, да и только! Хоть стань на дороге; уж в самом деле я подумал: не от Игоши ли? – От какого Игоши? – спросила его маменька. – Да вот послушай,- на завражке я остановился лошадей покормить; прозяб я и вошел в избу погреться; в избе за столом сидят трое извозчиков, а на столе лежат четыре ложки; вот они хлеб ли режут, лишний ломоть к ложке положат; пирога ли попросят, лишний кусок отрушат. – Кому это вы, верно, товарищу оставляете, добрые молодцы? – спросил я. – Товарищу не товарищу,- отвечали они,- а такому молодцу, который обид не любит. – Да кто же он такой? – спросил я. – Да Игоша, барин. Что за Игоша, вот я их и ну допрашивать. – А вот послушайте, барин,- отвечал мне один из них, – летом у земляка-то родился сынок, такой хворенький, Бог с ним, без ручек, без ножек,- в чем душа; не успели за попом сходить, как он и дух испустил; до обеда не дожил. Вот, делать нечего, поплакали, погоревали, да и предали младенца земле.- Только с той поры все у нас стало не попрежнему. впрочем, Игоша, барин, малый добрый: наших лошадей бережет, гривы им заплетает, к попу под благословенье подходит; но если же ему лишней ложки за столом не положишь или поп лишнего благословенья при отпуске в церкви не даст, то Игоша и пойдет кутить: то у попадьи квашню опрокинет или из горшка горох выбросает; а у нас или у лошадей подкову сломает, или у колокольчика язык вырвет – мало ли что бывает. – И! да я вижу, Игоша-то проказник у вас,- сказал я, – отдайте-ка его мне, и если он хорошо мне послужит, то у меня ему славное житье будет; я ему, пожалуй, и харчевые назначу. Между тем лошади отдохнули, я отогрелся, сел в сани, покатился: не отъехали версты – шлея соскочила, потом постромки оборвались, а наконец оглобля пополам – целых два часа понапрасну потеряли. В самом деле подумаешь, что Игоша ко мне привязался. Так говорил батюшка; я не пропустил ни одного слова. В раздумье пошел я в свою комнату, сел на полу, но игрушки меня не занимали – у меня в голове все вертелся Игоша да Игоша. Вот я смотрю – няня на ту минуту вышла – вдруг дверь отворилась; я по своему обыкновению хотел было вскочить, но невольно присел, когда увидел, что ко мне в комнату вошел, припрыгивая, маленький человечек в крестьянской рубашке, подстриженный в кружок; глаза у него горели, как угольки, и голова на шейке у него беспрестанно вертелась; с самого первого взгляда я заметил в нем что-то странное, посмотрел на него пристальнее и увидел, что у бедняжки не было ни рук, ни ног, а прыгал он всем туловищем. Как мне его жалко стало! Смотрю, маленький человечек – прямо к столу, где у меня стояли рядком игрушки, вцепился зубами в салфетку и потянул ее, как собачонка; посыпались мои игрушки: фарфоровая моська вдребезги, барабан у барабанщика выскочил, у колясочки слетели колеса – я взвыл и закричал благим матом: Что за негодный мальчишка! зачем ты сронил мои игрушки, эдакой злыден! да что еще мне от нянюшки достанется! Говори, зачем ты сронил игрушки? – А вот зачем,- отвечал он тоненьким голоском,затем, – прибавил он густым басом,- что твой батюшка всему дому валежки сшил, а мне, маленькому,- заговорил он снова тоненьким голоском,- ни одного не сшил, а теперь мне, маленькому, холодно, на дворе мороз, гололедица, пальцы костенеют. – Ах, жалкинький, – сказал я сначала, но потом, одумавшись,- да какие пальцы, негодный, да у тебя и рукто нет, на что тебе валежки? – А вот на что,- сказал он басом,- что ты вот видишь, твои игрушки в дребезгах, так ты и скажи батюшке: Батюшка, батюшка, Игоша игрушки ломает, валежек просит, купи ему валежки ,- а ты возьми да и брось их ко мне в окошко. Игоша не успел окончить, как нянюшка вошла ко мне в комнату, Игоша не прост молодец, разом лыжи навострил, а нянюшка – на меня: Ах ты, проказник, сударь! зачем изволил игрушки сронить? Нельзя тебя одного ни на минуту оставить. Вот ужо тебя маменька. – Нянюшка! Не я уронил игрушки, право, не я, это Игоша. – Какой Игоша, сударь. еще изволишь выдумывать! – Безрукий, безногий, нянюшка. На крик прибежал батюшка, я ему рассказал все, как было, он расхохотался. – Изволь, дам тебе валежки, отдай их Игоше. Так я и сделал. Едва я остался один, как Игоша явился ко мне, только уже не в рубашке, а в полушубке. – Добрый ты мальчик,- сказал он мне тоненьким голоском,- спасибо за валежки; посмотри-ка, я из них себе какой полушубок сшил, вишь, какой славный! И Игоша стал повертываться со стороны на сторону и опять к столу, на котором нянюшка поставила свой заветный чайник, очки, чашку без ручки и два кусочка сахара – и опять за салфетку, и опять ну тянуть. – Игоша! Игоша! – закричал я,- погоди, не роняй хорошо мне один раз прошло, а в другой не поверят; скажи лучше, что тебе надобно? – А вот что,- сказал он густым басом,- я твоему батюшке верой и правдой служу, не хуже других слуг ничего не делаю, а им всем батюшка к празднику сапоги пошил, а мне, маленькому,- прибавил он тоненьким голоском, – и сапожишков нет, на дворе днем мокро, ночью морозно, ноги ознобишь. – и с сими словами Игоша потянул за салфетку, и полетели на пол и заветный нянюшкин чайник, и очки выскочили из очешника, и чашка без ручки расшиблась, и кусочек сахарна укатился. Вошла нянюшка, опять меня журит: я на Игошу, она на меня. – Батюшка, безногий сапогов просит, – закричал я, когда вошел батюшка. – Нет, шалун,- сказал батюшка,- раз тебе прошло, в другой раз не пройдет; эдак ты у меня всю посуду перебьешь ; полно про Игошу-то толковать, становись-ка в угол. – Не бось, не бось, – шептал мне кто-то на ухо,- я уже тебя не выдам. В слезах я побрел к углу. Смотрю: там стоит Игоша, только батюшка отвернется, а он меня головой толк да толк в спину, и я очутюсь на ковре с игрушками посредине комнаты; батюшка увидит, я опять в угол; отворотится, а Игоша снова меня толкнет. Батюшка рассердился. Так ты еще не слушаться? сказал он, – сей час в угол и ни с места . – Батюшка, это не я. это Игоша толкается. – Что ты вздор мелешь, негодяй; стой тихо, а не то на целый день привяжу тебя к стул. Рад бы я был стоять, но Игоша не давал мне покоя: то ущипнет меня, то оттолкнет, то сделает мне смешную рожу – я захохочу; Игоша для батюшки был невидим – и батюшка пуще рассердился. – Постой,- сказал он, – увидим, как тебя Игоша будет отталкивать,- и с сими словами привязал мне руки к стулу. А Игоша не дремлет: он ко мне – и ну зубами тянуть узлы; только батюшка отворотится, он петлю и вытянет; не прошло двух минут – и я снова очутился на ковре между игрушек, посредине комнаты. Плохо бы мне было, если б тогда не наступил уже вечер; за непослушание меня уложили в постель ранее обыкновенного, накрыли одеялом и велели спать, обещая, что завтра, сверх того, меня запрут одного в пустую комнату. Ночью, едва нянюшка загнула в свинец свои пукли, надела коленкоровый чепчик, белую канифасную кофту, пригладила виски свечным огарком, покурила ладаном и захрапела, я прыг с постели, схватил нянюшкины ботинки и махнул их за форточку, приговаривая вполголоса: Вот тебе, Игоша . – Спасибо! – отвечал мне со двора тоненький голосок. Разумеется, что ботинок назавтра не нашли, и нянюшка не могла надивиться, куда они девались. Между тем батюшка не забыл обещания и посадил меня в пустую комнату, такую пустую, что в ней не было ни стола, ни стула, ни даже скамейки. – Посмотрим, – сказал батюшка,- что здесь разобьет Игоша! Нет, брат, я вижу, что ты не по летам вырос на шалости. пора за ученье. Теперь сиди здесь, а чрез час за азбуку,- и с этими словами батюшка запер двери. Несколько минут я был в совершенной тишине и прислушивался к тому странному звуку, который слышится в ухе, когда совершенно тихо в пустой комнате. Мне приходил на мысль и Игоша. Что-то он делает с нянюшкиными ботинками? Верно, скачет по гладкому снегу и взрывает хлопья. Как вдруг форточка хлопнула, разбилась, зазвенела, и Игоша, с ботинкой на голове, запрыгал у меня по комнате. Спасибо! Спасибо! – закричал он пискляво.- Вот какую я себе славную шапку сшил! – Ах, Игоша! не стыдно тебе? Я тебе и полушубок достал, и ботинки тебе выбросил из окошка,- а ты меня только в беды вводишь! – Ах, ты неблагодарный,- закричал Игоша густым басом,- я ли тебе не служу, – прибавил он тоненьким голоском,я тебе и игрушки ломаю, и нянюшкины чайники бью, и в угол не пускаю, и веревки развязываю; а когда уже ничего не осталось, так рамы бью; да к тому ж служу тебе и батюшке из чести, обещанных харчевых не получаю, а ты еще на меня жалуешься. Правда у нас говорится, что люди – самое неблагодарное творение! Прощай же, брат, если так, не поминай меня лихом. К твоему батюшке приехал из города немец, доктор, который надоумил твоего батюшку тебя за азбуку посадить, да все меня к себе напрашивается, попробую ему послужить; я уж и так ему стклянки перебил, а вот к вечеру после ужина и парик под бильярд закину посмотрим, не будет ли он тебя благодарнее. С сими словами исчез мой Игоша, и мне жаль его стало. С тех пор Игоша мне более не являлся. Мало-помалу ученье, служба, житейские происшествия отдалили от меня даже воспоминание о том полусонном состоянии моей младенческой души, где игра воображения так чудно сливалась с действительностью; этот психологический процесс сделался для меня недоступным; те условия, при которых он совершался, уничтожились рассудком; но иногда, в минуту пробуждения, когда душа возвращается из какогото иного мира, в котором она жила и действовала по законам, нам здесь неизвестным, и еще не успела забыть о них, в эти минуты странное существо, являвшееся мне в младенчестве, возобновляется в моей памяти, и его явление кажется мне понятным и естественным.

Читайте также:  Русские ночи краткое содержание рассказа Одоевского

Ссылка на основную публикацию