Анализ стихотворения Сельское кладбище Жуковского 9 класс

Анализ стихотворения В. А. Жуковского «Сельское кладбище»

Началом своего поэтического творчества В. А. Жуковский считал перевод «Элегии, написанной на сельском кладбище» английского поэта Томаса Грея. Именно из этого перевода родилось новое и оригинальное явление русской поэзии — стихотворение «Сельское кладбище» (1802). На создание этого произведения оказали влияние многие причины: и изучение западноевропейской поэзии, и опыт переводчика, и литературные вкусы времени, и художественные пристрастия автора, и споры о назначении человека, которые велись в кругу друзей поэта.

Следуя за Томасом Греем в развитии поэтической мысли, Жуковский вносит в свой перевод идеи и настроения, выражающие его собственное мировосприятие. Картина скромного сельского кладбища, описание которого опирается на впечатление от окрестностей родного села поэта Мишенского, настраивает автора на элегический лад:

Под кровом черных сосн и вязов наклоненных,
Которые окрест, развесившись, стоят,
Здесь праотцы села, в гробах уединенных,
Навеки затворясь, сном беспробудным спят.

В центре внимания поэта — размышления о смысле жизни человека, о взаимоотношениях его с окружающим миром. Перед нами искусно организованный поток чувств и мыслей конкретной личности. Элегия представляет собой смену вопросов, как бы стихийно возникающих в сознании лирического героя. Все стихотворение составляет совокупность философских и морально-психологических мотивов, сменяющих друг друга, проникнутых грустным настроением и скрепленных общей идеей скоротечности жизни и превратности счастья. Размышляющий герой констатирует:

На всех ярится смерть — царя, любимца славы,
Всех ищет грозная…и некогда найдет…

Развивая мысль о равенстве всех перед смертью, Жуковский обращает внимание на социальные протиоречия, существующие в обществе. Он отдает свои симпатии не «рабам суеты», не «наперсникам фортуны», а обычным поселянам, потом которых «кропилася» земля. Убежденный в том, что все люди по своей природе равны, он скорбит о этих простых поселянах, роженных «быть в венце иль мыслями парить», но угасих в неведении по слепой случайности:

Их рок обременил убожества цепями,
Их гений строгою нуждою умерщвлен.

В утверждении идеала естественного равенства людей автор близок французскому писателю Ж.-Ж. Руссо, с творчеством которого он познакомился еще в пансионе и, как и многие молодые люди того времени, стал сильно увлекаться его философией.

Своеобразие стихотворения «Сельское кладбище» состоит в сосредоточенности поэта на внутренних переживаниях личности, раскрывающихся в органическом слиянии природы и чувств человека. Передаче этого состояния весьма способствует одушевление природы: «уже бледнеет день», «внимаема луной», «денницы тихий глас», «под дремлющею ивой», «дубравы трепетали», «дню юного дыханья».

Оригинальный перевод «Сельского кладбища» вывляет поэтическую индивидуальность автора, близкого во время создания стихотворения к сентиментализму. Он добивается здесь удивительной мелодичности и напевности стиха, придает ему задушевную интонацию.

Воссоздавая обыденную жизнь, поэт вводит бытовую разговорную лексику: «шалаш», «жук», «пастух», «серпы», «очаг», «плуг», «стадо». Но таких слов в элегии немного. Лексика здесь по преимуществу сентименталистская философско-созерцательная. В стихотворении преобладают слова, относящиеся к душевным переживаниям («презрение», «горести», «вздохнуть», «слезы», «уныло») и широким раздумьям о жизни («безмолвного владычества покой», «на всех ярится смерть», «всемощные судьбы»). Сентиментальны эпитеты и сравнения, такие, как «унылый звон», «сердца нежного», «милый глас», «томными очами», «кроток сердцем», «чувствителен душою».

Яркая эмоционально-мелодическая выразительность стихотворения достигается описательно-лирической структурой фразы («В туманном сумраке окрестность исчезает. »), часто используемой анафорой («Лишь изредка жужжат. Лишь слышатся вдали»), повторениями («Повсюду тишина, повсюду мертвый сон. »), обращениями («А вы, наперсники фортуны»), вопросами («Ужель смягчится смерть?») и восклицаниями («Ах, может быть, под сей могилой!»).

Итак, не будучи переводом в полном смысле этого слова, «Сельское кладбище» становится произведением русской национальной литературы. В изображении юноши-поэта, размышляющего на сельском кладбище, Жуковский усиливает черты мечтательности, меланхоличности, поэтической одухотворенности, значительно приблизив этот образ к своему внутреннему миру и сделав его максимально близким русскому читателю, воспитанному на сентиментальных стихах Дмитриева, Капниста, Карамзина.

Появление «Сельского кладбища» на страницах издаваемого Карамзиным журнала «Вестник Европы» принесло Жуковскому известность. Стало очевидно, что в русской поэзии появился талантливый поэт. Поа ученичества для Жуковского миновала. Начинался новый этап его литературной деятельности.

«Сельское кладбище» В. Жуковский

Уже бледнеет день, скрываясь за горою;
Шумящие стада толпятся над рекой;
Усталый селянин медлительной стопою
Идет, задумавшись, в шалаш спокойный свой.

В туманном сумраке окрестность исчезает…
Повсюду тишина; повсюду мертвый сон;
Лишь изредка, жужжа, вечерний жук мелькает,
Лишь слышится вдали рогов унылый звон.

Лишь дикая сова, таясь под древним сводом
Той башни, сетует, внимаема луной,
На возмутившего полуночным приходом
Ее безмолвного владычества покой.

Под кровом черных сосн и вязов наклоненных,
Которые окрест, развесившись, стоят,
Здесь праотцы села, в гробах уединенных
Навеки затворясь, сном непробудным спят.

Денницы тихий глас, дня юного дыханье,
Ни крики петуха, ни звучный гул рогов,
Ни ранней ласточки на кровле щебетанье —
Ничто не вызовет почивших из гробов.

На дымном очаге трескучий огнь, сверкая,
Их в зимни вечера не будет веселить,
И дети резвые, встречать их выбегая,
Не будут с жадностью лобзаний их ловить.

Как часто их серпы златую ниву жали
И плуг их побеждал упорные поля!
Как часто их секир дубравы трепетали
И по́том их лица кропилася земля!

Пускай рабы сует их жребий унижают,
Смеяся в слепоте полезным их трудам,
Пускай с холодностью презрения внимают
Таящимся во тьме убогого делам;

На всех ярится смерть — царя, любимца славы,
Всех ищет грозная… и некогда найдет;
Всемощныя судьбы незыблемы уставы:
И путь величия ко гробу нас ведет!

А вы, наперсники фортуны ослепленны,
Напрасно спящих здесь спешите презирать
За то, что гро́бы их непышны и забвенны,
Что лесть им алтарей не мыслит воздвигать.

Вотще над мертвыми, истлевшими костями
Трофеи зиждутся, надгробия блестят,
Вотще глас почестей гремит перед гробами —
Угасший пепел наш они не воспалят.

Ужель смягчится смерть сплетаемой хвалою
И невозвратную добычу возвратит?
Не слаще мертвых сон под мраморной доскою;
Надменный мавзолей лишь персть их бременит.

Ах! может быть, под сей могилою таится
Прах сердца нежного, умевшего любить,
И гробожитель-червь в сухой главе гнездится,
Рожденной быть в венце иль мыслями парить!

Но просвещенья храм, воздвигнутый веками,
Угрюмою судьбой для них был затворен,
Их рок обременил убожества цепями,
Их гений строгою нуждою умерщвлен.

Как часто редкий перл, волнами сокровенный,
В бездонной пропасти сияет красотой;
Как часто лилия цветет уединенно,
В пустынном воздухе теряя запах свой.

Быть может, пылью сей покрыт Гампден надменный,
Защитник сограждан, тиранства смелый враг;
Иль кровию граждан Кромвель необагренный,
Или Мильтон немой, без славы скрытый в прах.

Отечество хранить державною рукою,
Сражаться с бурей бед, фортуну презирать,
Дары обилия на смертных лить рекою,
В слезах признательных дела свои читать —

Того им не дал рок; но вместе преступленьям
Он с доблестями их круг тесный положил;
Бежать стезей убийств ко славе, наслажденьям
И быть жестокими к страдальцам запретил;

Таить в душе своей глас совести и чести,
Румянец робкия стыдливости терять
И, раболепствуя, на жертвенниках лести
Дары небесных муз гордыне посвящать.

Скрываясь от мирских погибельных смятений,
Без страха и надежд, в долине жизни сей,
Не зная горести, не зная наслаждений,
Они беспечно шли тропинкою своей.

И здесь спокойно спят под сенью гробовою —
И скромный памятник, в приюте сосн густых,
С непышной надписью и ре́зьбою простою,
Прохожего зовет вздохнуть над прахом их.

Любовь на камне сем их память сохранила,
Их ле́та, имена потщившись начертать;
Окрест библейскую мораль изобразила,
По коей мы должны учиться умирать.

И кто с сей жизнию без горя расставался?
Кто прах свой по себе забвенью предавал?
Кто в час последний свой сим миром не пленялся
И взора томного назад не обращал?

Ах! нежная душа, природу покидая,
Надеется друзьям оставить пламень свой;
И взоры тусклые, навеки угасая,
Еще стремятся к ним с последнею слезой;

Их сердце милый глас в могиле нашей слышит;
Наш камень гробовой для них одушевлен;
Для них наш мертвый прах в холодной урне дышит,
Еще огнем любви для них воспламенен.

А ты, почивших друг, певец уединенный,
И твой ударит час, последний, роковой;
И к гробу твоему, мечтой сопровожденный,
Чувствительный придет услышать жребий твой.

Быть может, селянин с почтенной сединою
Так будет о тебе пришельцу говорить:
«Он часто по утрам встречался здесь со мною,
Когда спешил на холм зарю предупредить.

Там в полдень он сидел под дремлющею ивой,
Поднявшей из земли косматый корень свой;
Там часто, в горести беспечной, молчаливой,
Лежал, задумавшись, над светлою рекой;

Нередко в вечеру, скитаясь меж кустами, —
Когда мы с поля шли и в роще соловей
Свистал вечерню песнь, — он томными очами
Уныло следовал за тихою зарей.

Прискорбный, сумрачный, с главою наклоненной,
Он часто уходил в дубраву слезы лить,
Как странник, родины, друзей, всего лишенный,
Которому ничем души не усладить.

Взошла заря — но он с зарею не являлся,
Ни к иве, ни на холм, ни в лес не приходил;
Опять заря взошла — нигде он не встречался;
Мой взор его искал — искал — не находил.

Наутро пение мы слышим гробовое…
Несчастного несут в могилу положить.
Приблизься, прочитай надгробие простое,
Чтоб память доброго слезой благословить».

Здесь пепел юноши безвременно сокрыли,
Что слава, счастие, не знал он в мире сем.
Но музы от него лица не отвратили,
И меланхолии, печать была на нем.

Он кроток сердцем был, чувствителен душою —
Чувствительным творец награду положил.
Дарил несчастных он — чем только мог — слезою;
В награду от творца он друга получил.

Прохожий, помолись над этою могилой;
Он в ней нашел приют от всех земных тревог;
Здесь все оставил он, что в нем греховно было,
С надеждою, что жив его спаситель-бог.

Анализ стихотворения Жуковского «Сельское кладбище»

У стихотворения «Сельское кладбище» Василия Жуковского очень богатая и необычная история. Его первый вариант был создан в 1801 году, и является русскоязычным переводом одноименного произведения английского поэта Томаса Грея. Стоит отметить, что сам Жуковский с юности увлекался переводами и находил особое очарование в романтизме. Однако стихотворение «Сельское кладбище» стало первым литературным экспериментом автора, результаты которого он согласился опубликовать.

В 1839 году Василий Жуковский путешествовал по Англии и побывал на сельском кладбище недалеко от Винздора. Каково же было изумление поэта, когда он узнал, что именно этому некрополю в свое время и было посвящено стихотворение. Тогда у поэта появилась идея сделать новый перевод, дополнив его собственными впечатлениями. Таким образом, второй вариант «Сельского кладбища» был написан и опубликован летом 1839 года.

Это стихотворение наполнено романтикой сельской жизни, которой искренне восхищается Жуковский. Поэтому первые строки произведения посвящены описанию мирного быта английских крестьян, у которых только что закончился трудовой день. Томас Грей, а вместе с ним и Василий Жуковский выхватывают тот момент из жизни, когда «колокол поздний кончину отшедшего дня возвещает. Пастухи гонят с лугов стада, пахари возвращаются домой. Окружающий мир находится в том состоянии, когда на смену суете дня приходят прохлада и тишина весеннего вечера. «Уж бледнеет окрестность, мало-помалу теряясь во мраке, и воздух наполнен весь тишиною торжественной», — отмечает поэт, восхищаясь этим состоянием спокойствия и умиротворения, которое дарит ему сама природа.

Однако поэт знает, что ночь пройдет, и новый день вновь вступит в свои права, принеся очередные проблемы, заботы и впечатления. Однако существует такой уголок, которого не касается вся эта суета. Это место – старинное сельское кладбище, где единственным живым существом является сова. Покой этой мудрой птицы можно нарушить, лишь «случайно зашедши к ее гробовому жилищу». Древние могилы поэт сравнивает с кельями, двери в которые навеки затворены за усопшими. Они обрели вечный покой, которого так не хватает живым, но обратной стороной медали является то, что покоящиеся под тяжелыми плитами люди уже не в состоянии что-то изменить в таком непостоянном и непредсказуемом мире. «С кровли соломенной трель, ни труба петуха, ни отзывны рог, ничто не подымет их боле с их бедной постели», — подчеркивает поэт.

Читайте также:  Светлана - краткое содержание баллады Жуковского

Он сожалеет о том, что усопшим больше недоступны простые и такие привычные радости жизни, они не могут наслаждаться красотой природы и спокойствием теплого весеннего вечера. Однако у них есть нечто большее – вечность, в которой они равны друг перед другом. В мире живых остались люди, которые помнят их титулы и звания, по-прежнему восхищаются их богатством или же осуждают нищету. Однако перед высшим судом все это не имеет никакого значения, потому что здесь оценивают не по статусу в обществе и благосостоянию, а по мыслям и поступкам. К могилам простых людей, лишенных положения в обществе, автор испытывает особое благоволение, отмечая: «О! как много чистых, прекрасных жемчужин сокрыто в темных, неведомых нам глубинах океана!». Действительно, в жизни людей не стоит судить по внешности или же речам, а после смерти – по роскошным надгробьям. И это подтверждает надпись на одном из памятников, которая гласит: «Юноша здесь погребен, неведомый счастью и славе». Но о его сердечной доброте и отзывчивости до сих пор помнят старожилы. И именно это является важным, ведь когда-нибудь и возле могилы каждого из нас остановится случайный прохожий, решивший поинтересоваться, чей прах здесь покоится. Вопрос лишь в том, что поведает ему камень и те, кто сумеет сохранить память о нас.

Начало творческого пути В.А. Жуковского. Стихотворение «Сельское кладбище»

Василий Андреевич Жуковский – первый русский романтик, «коего поэзия вышла из жизни». Подчеркивая огромную роль Жуковского, его историческое значение для русской поэзии, Белинский первым заметил, что русскую поэзию Жуковский сделал «доступной для общества», «дал ей возможность развития», без Жуковского «мы не имели бы Пушкина».

Одна из характерных черт поэзии Жуковского – ее глубокая связь с личностью поэта и его жизнью. «Для меня в то время было жизнь и поэзия одно» – но эти слова Жуковского с полным правом можно отнести и ко всей его лирике, так она была нерасторжима связана с его жизнью. И это было новое явление в русской поэзии.

Жуковский формируется как поэт на рубеже XVIII и XIX веков, когда сентиментализм обрел прочные позиции.

Велико было значение Н.М. Карамзина, которого Жуковский особенно почитал. Жуковский испытывал влияние и английской предромантической поэзии (Юнг, Грей). С 1802 года он много и плодотворно переводит. «Мой ум как огниво, которым надо ударить о камень, чтобы из него выскочила искра. Это вообще характер моего авторского творчества, у меня почти все чужое или по поводу чужого – и все, однако, мое» – так признавался он в последствии (февраль 1847 г.) Гоголю. На эту особенность переводов Жуковского одним из первых указал еще Белинский: «Жуковский был переводчиком на русский язык не Шиллера или других каких-нибудь поэтов Германии и Англии, нет, Жуковский был переводчиком на русский язык романтизма средних веков, воскрешенного в начале XIX века немецкими и английскими поэтами».

В 1802 г. появляется стихотворение Жуковского «Сельское кладбище» (Греева элегия, переведенная с английского). Элегия Жуковского – это не простой перевод, в него автор вложил собственные чувства и размышления. Лирические переживания героя связаны с окружающей природой:

Уже бледнеет день, скрываясь за горою;
Шумящие стада толпятся над рекой;
Усталый селянин медлительной стопою
Идет, задумавшись, в шалаш спокойный свой.
В туманном сумраке окрестность исчезает…
Повсюду тишина, повсюду мертвый сон;
Лишь изредка, жужжа, вечерний жук мелькает,
Лишь слышится вдали рогов унылый звон.
Лишь дикая сова, таясь под древним сводом
Той башни, сетует, внимаема луной,
На возмутившего полуночным приходом
Ее безмолвного владычества покой.

Перед нами пейзаж, характерный для эпохи «чувствительности»: «туманный сумрак», «древние своды башен», даже сосны «черные». Повсюду царит чуть ли не гробовая тишина («мертвый сон»), изредка прерываемая «унылым звоном». Этот унылый пейзаж удивительно гармонирует с лирическими раздумьями поэта, в одиночестве бродящего по сельскому кладбищу, где покоятся мирные поселяне. Поэт размышляет об их прошлой жизни:

Как часто их серпы златую ниву жали
И плуг их побеждал упорные поля!
Как часто их секир дубравы трепетали
И потом их лица кропилася земля!

Их скромную жизнь и «полезный труд» поэт противопоставляет «рабам сует», тем, кто утратил «глас совести», тем, кто «жестоки к страданьям». Размышления поэта о несправедливости жизни приобретают социальную окраску: скромна участь почивших поселян – судьба (рок) лишила их возможности обрести славу Кромвеля или Мильтона:

Но просвещенья храм, воздвигнутый веками,
Угрюмою судьбой для них был затворен,
Их рок обременил убожества цепями,
Их гений строгою нуждою умерщвлен.
Но перед смертью все бессильны:
На всех ярится смерть – царя, любимца славы,
Всех ищет грозная… и некогда найдет;
Всемощные судьбы незыблемы уставы:
И путь величия ко гробу нас ведет!

Но если и есть равенство, то лишь перед лицом смерти:

А вы, наперсники фортуны ослепленны,
Напрасно спящих здесь спешите презирать
За то, что гробы их непышны и забвенны,
Что лесть им алтарей не мыслит воздвигать.

Ужель смягчится смерть сплетаемой хвалою
И невозвратную добычу возвратит?
Не слаще мертвых сон под мраморной доскою;
Надменный мавзолей лишь персть их бременит.

В конце стихотворения возникает образ мечтательного поэта, который, задумчивый и грустный, то наблюдает за «тихой зарей», то идет в дубраву «лить слезы». Но скоро и он найдет приют на сельском кладбище. Последние три строфы стихотворения – своеобразная эпитафия юному поэту. Душевные переживания раскрывают его богатый внутренний мир; перед нами едва ли не первый в русской поэзии психологический лирический портрет.

Элегия Жуковского имела огромный успех – задушевный и меланхолический тон, совершенный поэтический язык, музыкальность стиха – все покорило читателей и вызвало впоследствии целую волну подражаний – элегий («прощание с молодостью», «жалобы на жизнь», «предчувствие скорой смерти»).

«Да, Жуковский был первым, кто выговорил элегическим языком жалобы поэта на жизнь» (Белинский).

Читайте также другие статьи о жизни и творчестве В.А. Жуковского:

Перейти к оглавлению книги Русская поэзия XIX века

Элегия «Сельское кладбище» В.А. Жуковского (восприятие, толкование, оценка)

1. История создания произведения.

2. Характеристика произведения лирического жанра (тип лирики, художественный метод, жанр).

3. Анализ содержания произведения (анализ сюжета, характеристика лирического героя, мотивы и тональность).

4. Особенности композиции произведения.

5. Анализ средств художественной выразительности и стихосложения (наличие тропов и стилистических фигур, ритмика, размер, рифма, строфика).

6. Значение стихотворения для всего творчества поэта.

Первоначальный вариант стихотворения «Сельское кладбище» был создан В.А. Жуковским в 1801 году, затем произведение было доработано по просьбе Н.М. Карамзина, являвшегося издателем поэта. Летом 1802 года, находясь в Мишенском, автор практически переписал элегию. И в 1802 году она была опубликована в журнале «Вестник Европы». Посвящено произведение другу поэта, Андрею Тургеневу.

Стихотворение это представляло собой вольный перевод элегии английского поэта-сентименталиста Томаса Грея. Но вместе с тем это было оригинальное и программное произведение не только для творчества В.А. Жуковского, но и для всей русской поэзии. Элегия Грея «Сельское кладбище» была известна в русских переводах еще в XVIII веке. Одновременно с Жуковским над переводом ее работал П.И. Голенищев-Кутузов. Однако все эти переложения не сделали произведение достоянием русской литературы. И лишь стихотворение В.А. Жуковского, как точно заметил В. Соловьев, стало «считаться началом истинно-человеческой поэзии в России»[2 – Соловьев В. Стихотворения и шуточные пьесы. Л., 1974, с. 118.]. Он даже посвятил этой элегии свое стихотворение, названное «Родина русской поэзии»:

На сельском кладбище явилась ты недаром,
О гений сладостный земли моей родной!
Хоть радугой мечты, хоть юной страсти жаром
Пленяла после ты, – но первым лучшим даром
Останется та грусть, что на кладбище старом
Тебе навеял Бог осеннею порой.

Характерно, что в 1839 году В.А. Жуковский вновь возвратился к работе над элегией и в этот раз он использовал гекзаметр, отказавшись от рифм. И этот новый перевод был очень близок к подлиннику:

Колокол поздний кончину отшедшего дня возвещает,
С тихим блеяньем бредет через поле усталое стадо;
Медленным шагом домой возвращается пахарь, уснувший
Мир уступая молчанью и мне…

Элегию В.А. Жуковского мы можем отнести к медитативной лирике. Вместе с тем, она проникнута философскими размышлениями, психологизмом, насыщена пейзажами.

Все произведение пронизано единым настроением легкой грусти, порожденным размышлениями лирического героя о хрупкости и мимолетности жизни. Открывается стихотворение скромным деревенским пейзажем. Природа вся как будто затихает, погружаясь в сон: «бледнеет день», «В туманном сумраке окрестность исчезает», «повсюду тишина». И этот сон природы предваряет философское размышление о другом сне – вечном. Пейзаж плавно переходит в лирическую медитацию о бренности человеческого бытия. Все развитие элегии представляет собой смену вопросов, возникающих в душе лирического героя. Раздумья о человеческих судьбах построены на сопоставлении, на приеме антитезы. «Наперстники фортуны», исполненные гордого презрения к простым людям, в элегии противопоставлены скромным и мирным труженикам, «праотцам села». Именно на стороне последних симпатии лирического героя. Открывая незыблемое соседство жизни и небытия, он подводит нас к простому выводу: перед лицом смерти все равны – и скромный селянин, и «царь, любимец славы». С горечью говорит он о людях, чью жизнь оборвал нелепый и трагический рок:

Ах! Может быть, под сей могилою таится
Прах сердца нежного, умевшего любить.
И гробожитель-червь в сухой главе гнездится,
Рожденной быть в венце иль мыслями парить!

В стихотворении В.А. Жуковский умело создает ощущение остроты утраты. В третьей части элегии возникает образ безвременно умершего юного поэта, привыкшего встречать зарю на высоком холме. Этот образ зари в данном случае символичен – он перекликается с рождением таланта. Но троекратное повторение этого образа передает нарастающее в стихотворении психологическое напряжение, создает предчувствие беды. Особую динамичность и драматизм придают произведению многочисленные глаголы и многократное употребление автором тире.

Взошла заря – но он с зарею не являлся,
Ни к иве, ни на холм, ни в лес не приходил;
Опять заря взошла – нигде он не встречался;
Мой взор его искал – искал – не находил.

Эпитафия на могиле поэта – это своеобразная кульминация авторских размышлений:

Прохожий, помолись над этою могилой;
Он в ней нашел приют от всех земных тревог,
Здесь все оставил он, что в нем греховно было,
С надеждою, что жив его Спаситель-Бог.

Своеобразие этого философско-психологического стихотворения – в сосредоточенности на внутренних переживаниях лирического героя, раскрывающихся в органической слитности мира природы и мира человеческих чувств.

Композиционно элегия делится на три части. Первая часть – мирный деревенский пейзаж. Вторая часть – размышления на сельском кладбище. Третья часть – мысли о юном поэте, «певце уединенном».

Размер произведения – шестистопный ямб. Четверостишия (катрены) объединены перекрестной рифмой. Поэт использует разнообразные средства художественной выразительности: олицетворения («уже бледнеет день», «под дремлющею ивой», «дубравы трепетали»), эпитеты («златую ниву», «унылый звон», «милый глас», «сердца нежного», «робкие стыдливости»), анафору («Лишь изредка, жужжа, вечерний жук мелькает, Лишь слышится вдали рогов унылый звон»), риторические вопросы («И кто с сей жизнию без горя расставался?»), восклицания («И путь величия ко гробу нас ведет!»). В элегии мы встречаем церковно-славянскую лексику, слова высокого стиля («денница», «лобзаний», «вотще», «персты»), абстрактно-логические фразеологизмы («Дары обилия на смертных лить рекой», «Бежать стезей убийства»). Все это следы классицистских влияний на творчество В.А. Жуковского. Элегия насыщена аллитерациями («усталый селянин медлительной стопою», «Лишь изредка, жужжа, вечерний жук мелькает», «ужель смягчится смерть сплетаемой хвалою») и ассонансами («В бездонной пропасти сияет красотой»).

«Сельское кладбище» было с восторгом принято читателями и сразу же поставило В.А. Жуковского в ряд лучших русских поэтов[3 – Плетнев П.А. Сочинения и переписка. СПб, 1885, т.3, с. 70.]. Как отметили критики, образ юного певца, носителя гуманистических идеалов, страдающего от дисгармонии окружающей его действительности и предчувствующего собственную гибель, становится затем ведущим лирическим героем поэзии В.А. Жуковского.

Урок по творчеству В. А. Жуковского
план-конспект урока (литература, 9 класс) по теме

На уроке рассматривается романтическое творчество В. А. Жуковского, анализируются элегии “Сельское кладбище”, “Вечер”, “Море”, отрывок из стихотворения “Невыразимое”.

Скачать:

ВложениеРазмер
urok_po_tvorchestvu_zhukovskogo.doc61.5 КБ

Предварительный просмотр:

Тема урока. Человек и природа в творчестве В. А. Жуковского.

Цель: познакомить учащихся с творчеством поэта-романтика; проследить, как он проявляет интерес к внутреннему миру личности, как дает изображение природы, в каких соотношениях находятся человек и природа в его элегиях .

проникнуть в «тайники души» поэта, научиться у него видеть и понимать природу.;

научить учащихся общению с автором через восприятие лирического текста;

развивать эмоциональное восприятие прекрасного, творческое мышление;

формировать интерес к поэзии;

приобщать к отечественному культурному наследию.

Оборудование: тексты стихотворений, портрет В. А. Жуковского.

Слово учителя. Василий Жуковский… Кто он?

Ответы уч-ся: Переводчик. Организатор литературной группы «Арзамас». Учитель Пушкина. Высокий сановник. Ходатай за декабристов. Воин, участник сражения с Наполеоном. Поэт…

Слово учителя. Да, все это он. Эпоха вместилась в нем. Но вернее всего, он основатель фундамента, на котором воздвиглось сложное и стройное здание российской поэзии.

Общеизвестно, какую благодатную роль сыграл Жуковский в развитии «молодого чудотворца» Пушкина, который позже, став известным поэтом, так об этом будет вспоминать в одном из своих стихотворений, посвященном Жуковскому:

И славный старец наш, царей певец избранный,

Крылатым гением и грацией венчанный,

В слезах обнял меня дрожащею рукой.

И счастье мне предрек, незнаемое мной.

Через многие десятилетия откликнулся Жуковский в другом русском поэте.

«Первым вдохновителем моим был Жуковский», – писал А. Блок.

От Пушкина до Блока В. А. Жуковский был вдохновителем поэтов – удел необычайный.

Явившись в поэзии на заре XIX века, Жуковский сделал для ее развития то же, что Карамзин для русской прозы. Он стал основоположником целого направления в литературе – романтизма.

Беседа о романтизме.

  1. Дайте определение романтизма.

Романтизм – художественное направление и метод в искусстве европейских стран, сформировавшееся с к. 18 – н. 19 в.в. Для романтизма характерны резкий раскол, разрыв, несовместимость идеала и действительности, отрицание буржуазного общества как враждебного красоте и человечности, выдвижение в противовес ему идеалов, воплощающих мечту о совершенстве мира и человека.

  1. Назовите основные черты романтизма.
  • провозглашение сильной, сложной, глубокой личности;
  • интерес ко всему экзотическому, сильному, возвышенному;
  • переживание разлада с действительностью. Романтик не удовлетворен действительностью, разочарован в ней; мечтая о лучшем будущем, создает образы и картины жизни, отвечающие его идеалам;
  • стремление личности к абсолютной свободе, к духовному совершенству, недостижимому идеалу в сочетании с пониманием несовершенства мира.
  1. Какой пейзаж характерен для романтического произведения?

Типичный романтический пейзаж – это море, горы, небо. Природа, на фоне которой разворачиваются события, воспроизводится в ярких, контрастных красках.

Как известно, в творчестве Жуковского романтизм приобретает иной характер.

  • Каковы же особенности романтизма Жуковского?

(учащиеся высказывают свои наблюдения, учитель дополняет)

Центральное место в жанровой системе его лирики занимают новые жанры: элегия, элегическое послание и песня. В наибольшей степени эти три жанровые формы соответствовали тенденциям формирующегося романтизма, его обращенности к индивидуальному человеку, его лирическому пафосу, характерному для него ощущению драматизма и катастрофичности бытия. Именно это состояние мира и человека более всего выражала романтическая элегия, классиком которой сделался в русской поэзии Жуковский. Мотивы рано увядшей молодости и безвременно охладевшей души, в окружении которых является лирический персонаж его элегий, юноша-поэт, вызваны своеобразным переживанием перехода от гармонии к дисгармонии, чувством конца «золотого века» и сознанием беззащитности личности перед раскрывшейся жизнью.

Сижу задумавшись; в душе моей мечты;

К протекшим временам лечу воспоминаньем…

О дней моих весна, как быстро скрылась ты

С твоим блаженством и страданьем!

Эти строки из элегии «Вечер», одного из средоточий ранней поэзии Жуковского.

Итак, одним из жанров творчества поэта была названа элегия. Мы уже знакомы с этим жанром.

Задание. Вспомните, что такое элегия. ( Это жанровая форма лирики. Выявилась и определилась в Древней Греции в VI веке до н. э. В новой европейской литературе становится выражением философских размышлений, грустных раздумий, скорби).

Приметной вехой на этом пути явилась элегия «Сельское кладбище». С ее появлением современники окончательно убедились, что Жуковский «совершил переворот», став поэтом нового типа, отличного не только от одописцев поры классицизма, но и от представительной «чувствительной» лирики сентиментализма. Новому времени был нужен новый жанр. Белинский заметил: «Элегия наповал убила оду; уныние, грусть, разочарование, сомнение, гамлетовское раздумье – вот что вошло в храм русской поэзии».

«Сельское кладбище» является переводом элегии английского поэта-сентименталиста Т. Грея. Она многое в поэзии Жуковского предварила и знаменовала. Что же особенного, необычного вы заметили, читая элегию дома? Что в ней преобладает?

Учащиеся делают вывод, что в элегии автор проявляет интерес к внутреннему миру личности, стремится запечатлеть природу человека, ту сторону человеческой души, которая обращена к вечности.

Беседа по содержанию элегии.

  • Какая картина разворачивается перед нами?

( Жуковский воспевает участь мирных поселян, покоящихся на обычном деревенском кладбище).

  • Обратите внимание на могилы.

(Они не украшены пышными памятниками, как могилы знаменитых людей).

  • Что же подкупает в них?

(Люди, покоящиеся в них, видимо, не совершали подвигов, но зато и не творили зла. Их душа чиста, совесть не запятнана, и потому все симпатии на стороне скромных земледельцев).

– Какие черты романтизма вы увидели в элегии?

Прежде всего изображается необычная ситуация, несколько даже странная. И это вызывает необычные отклики в душе человека. Например, Жуковский помещает своего лирического героя ночью на кладбище, перед некогда пышной усыпальницей. Может ли он в этой отстраненной ситуации чувствовать и мыслить точно так же, как в заурядном бытовом окружении? Разумеется, нет: он почти неизбежно должен задуматься о бренности бытия. Поднявшись над суетной повседневностью, лирический герой задумывается о вечности. О связи времен, объединяющей разные эпохи.

В финале стихотворения возникает образ чувствительного «певца природы», чуждого суеты и славы, рано простившегося с жизнью:

Прискорбный, сумрачный, с главою наклоненной,

Он часто уходил в дубраву слезы лить,

Как странник, родины, друзей, всего лишенный,

Которому ничем души не усладить

Продолжаем говорить о романтизме Жуковского. У него очень искренни и душевные переживания, и картины природы. Чтобы понять это, давайте обратимся к элегии «Вечер».

. Беседа по прочитанной дома элегии «Вечер».

  • Найдите, какие подробности и оттенки подмечает поэт в природе.

( он видит померкшие края облаков, угасающий луч зари, слышит плеск речных струй, тихое веяние прибрежного ветра, легкий трепет ив).

Никто еще не писал о природе так проникновенно, с такой любовью. Но Жуковский не просто рисует картину природы.

  • Перечитайте вечерний пейзаж. Почему в 1-й строфе так настойчиво повторяются слова, обозначающие увядание: «вечер», «померкнули», «потухший», «угасает»?

(чтобы вызвать определенное настроение. Поэт создает атмосферу светлой грусти, легкой печали).

  • Покой природы поэту отраден. Докажите это словами из текста.

( при зыбком блеске луны ему вспоминается «друзей священный круг», «песни пламенны и музам и свободе»).

Минорное настроение оказывается радостным: светлое чувство в душе поэта вызывает само созерцание природы, переживание ее красоты.

  • Что, по-вашему, главное в стихотворении?

( конечно, не сам вечер, а настроение и чувства поэта. То есть, «пейзаж души»).

  • Обратите внимание на строки, заключающие стихотворение.

( даже восклицание о возможности близкой смерти не грозит тоской. Как лучи солнца тают в вечернем сумраке, сливаясь с меркнущей природой, так человек угасает и все же остается жить в воспоминаниях).

  • И все-таки, ощущение обреченности господствует в этом стихотворении. В чем же заключается его трагизм?

Стихотворение выражает по существу трагическое переживание человеческой смертности.

Трагизм подчеркнут образом умирающей юности, включением в пейзажный фон такой детали, как могила юноши.

Элегии Жуковского вообще лишены тонов мрачности и отчаяния. В них, скорее, преобладает тихая покорность судьбе. Тем не менее здесь есть трагический колорит: ведь обреченность испытывает единичная человеческая личность. Одинокое «я».

Вывод учителя: эта хрупкость личности перед миропорядком, эта ее незащищенность и составляют лирическое содержание «Вечера».

  • Сделайте вывод, в чем же значение элегии для развития романтизма?

(В элегии «Вечер» глубоко и полно отразился внутренний мир личности поэта, его психологический облик, своеобразие переживания чувств радости и утраты. Элегия знаменовала становление романтического биографизма как особого способа воссоздания лирического «я» автора или воображаемого персонажа. Весь окружающий мир воспринимается поэтом-романтиком в сфере личного опыта, в индивидуальной форме передачи особых душевных состояний).

По жанровому типу элегии Жуковского пейзажно-медитативные : помимо лирического размышления, в них обязательны развернутые описания природы. Это и фон медитаций поэта, но и не только фон, природа здесь существует не столько в своем материальном качестве, сколько продолжая настроение лирического героя. Жуковский показал, что такое психологический пейзаж, как изображение может стать выражением душевного состояния. В элегии «Вечер», например, уже сама вечерняя, закатная обстановка несет в себе символику печали. Пейзажные зарисовки играют роль знаменования той психологической жизни, которая передана в стихотворении.

По утверждению Белинского, «изображаемая Жуковским природа – романтическая природа, дышащая таинственной жизнью души и сердца, исполненная высшего смысла и значения». Романтическое восприятие природы было свойственно поэту и в более поздний период его творчества. В этом нетрудно убедиться, обратившись к элегии «Море» (1822).

Чтение элегии «Море».

  • Какие картины рисует поэт?

(Поэт рисует море в спокойном состоянии, в бурю и после нее. В спокойной морской глади отражается чистая лазурь неба, «облака золотые», блеск звезд. В бурю море бьется, вздымает волны. Не сразу оно успокаивается и после нее).

  • Но как ни прекрасно море, не только оно занимает воображение поэта. Нетрудно заметить, что Жуковский хочет сказать еще о чем-то сокровенном, дорогом ему. Чем представляется ему море?

( Море представляется ему живым, тонко чувствующим и мыслящим существом, которое таит в себе «глубокую тайну»).

– С этой целью автор использует метафоры, олицетворения. Найдите их в тексте.

( море «дышит», оно наполнено «смятенной любовью», тревожной думой»).

  • Поэт обращается к морю с вопросом, словно к человеку: «Что движет твое необъятное лоно? Чем дышит твоя напряженная грудь?» Не кажется ли вам, что в разгадке «тайны» моря раскрываются взгляды на жизнь Жуковского-романтика?

( Море находится в неволе, как и все земное. На земле все изменчиво, непостоянно, жизнь полна утрат, разочарований и печали. Только там, на небе, все вечно и прекрасно. Вот почему море тянется «из земной неволи» к «далекому, светлому» небу, любуется им и «дрожит за него»).

Читается стихотворение «Невыразимое» (Отрывок).

Перед нами – гениальный парадокс, прекрасное, волнующее стихотворение о бессилии стихов «пред дивною природой». Жуковский не первый, кто поставил вопрос таким образом; он только продолжатель традиций немецкой «романтической иронии», которая заключалась в осознании художником принципиальной невозможности полностью воплотить свои смутные ощущения и прозрения («святые таинства») в слове:

Невыразимое подвластно ль выраженью?

Святые таинства, лишь сердце знает вас.

Язык позволяет выразить только то, «что видимо очам». Найдите цитату об этом:

…сей пламень облаков

по небу тихому летящих,

сие дрожанье вод блестящих,

Сии картины берегов

В пожаре пышного заката…

  • А когда искусство «обессиленно безмолвствует» и «лишь молчание понятно говорит»?

(когда автор хочет воплотить в слове то, «что слито с сей блестящей красотой»).

То есть, то необъяснимое душевное смятение, что влечет в «беспредельное»: « Горе (т.е. вверх) душа летит…».

Значит, «живая» душа и «мертвый» язык – 2 непримиримых полюса стихотворения.

  • Что придает взволнованность звучанию в этом лирическом шедевре? Обратите внимание, каков размер стихотворения, какова лексика, какие предложения по цели высказывания, слова какой части речи встречаются.

( вольный ямб, строфическая неупорядоченность, риторические вопросы, усиленные анафорами указательного местоимения «сей» («сия», «сие», «сии»), лексика высокого стиля).

  • Почему же «невыразимое»? Прав ли Жуковский? Не кажется ли вам, что причина не в «мертвенности» языка, а в том, кто этим языком пользуется?

( Да. Наверное, большой поэт всегда найдет средства вдохнуть в языковой материал живое тепло. И тогда сказанные поэтом слова обжигают читателя правдой чувства и глубиной выстраданного автором человеческого опыта).

Я думаю, вы согласны с тем, что стихотворение «Невыразимое» относится именно к этому разряду.

Поэт Жуковский стремился воспевать любовь и счастье. Но нерадостные жизненные наблюдения и драматические личные обстоятельства привели к тому, что он стал певцом грусти, душевной скорби: «Увы, он знал любви одну лишь муку…»

  • Какое у вас сложилось мнение о лирике Жуковского?

( лирика Жуковского не была унылой, хотя он сам часто употреблял этот эпитет. Она была нежной, трепетной, вдохновенной.

Лирика Жуковского привлекает нас удивительной чистотой чувств, верой в конечное торжество любви над жестокостью и злом).

Романтические стихи Жуковского – своего рода лирический дневник поэта, биография его души. Он и сам утверждал: «Жизнь и поэзия – одно».

Полное совпадение лирического героя с личностью автора, погруженность поэта в свой внутренний мир – таковы характерные признаки элегической лирики Жуковского.

– Сделайте вывод о том, как соотносятся в стихотворениях В. Жуковского образы природы и человека.

( учащиеся делают свои выводы о том, что природа и человек выступают как единое целое)

Анализ и чтение стихов Жуковского еще раз убеждает нас в искренности слов Пушкина:

Его стихов пленительная сладость

Пройдет веков завистливую даль,

И, внемля им, вздохнет о славе младость,

Утешится безмолвная печаль,

И резвая задумается радость.

Дом. задание: прочитать др. стихотворения: «Весеннее чувство», «Мотылек и цветы», «Дружба»). Обратить внимание на выразительность стиха Жуковского, на его проникновенный лиризм.

«Сельское кладбище» в. Жуковского: особенности жанра, образная система, проблематика произведения.

Критика о Жуковском.

В русской науке шёл спор об исторической оценке творчества Жуковского. Был ли он новатором, прогрессивно двигающим русскую литературу вперёд? (Жуковский – романтик). Был ли в своей поэзии консерватором, даже реакционером, тянувшим русскую литературу во вчерашний день сентиментализма 18 столетия? Об том говорит в своей работе Белинский. С его мнением согласны наши современники. Во-первых, Жуковский романтик, даже основоположник, глава русского романтизма. Во-вторых, необходимый и положительный в своей исторической роли предшественник Пушкина. Пушкин считал Жуковского своим учителем.

Хотя романтизм Жуковского был лишён активности, проповеди либерализма и борьбы с реакцией, он вовсе не был в своей сущности реакционным явлением. Мир поэзии Жуковского мечтательный. Именно в этот мечтательный мир стремится улететь своей душой Жуковский от презренного мира реальности. Он поэт своих видений, а не поэт реальной действительности. Именно в этом видел Пушкин нечто приемлемое для поэзии прогрессивной.

Стилевое своеобразие лирики.

Сущность и идея стиля Жуковского, его поэзии – это идея романтической личности. Жуковский открыл русской поэзии душу человеческую, продолжив психологические искания Карамзина в прозе и решительно углубив их. Психологический романтизм Жуковского воспринимает весь мир через проблематику интроспекции. Он видит в индивидуальной душе даже не отражение всего мира, а весь мир, всю действительность саму по себе.

Личность в поэзии Жуковского либо одинока, либо находит понимание среди немногих, разделяющих её чувства. Одиночество не отвращает её от всего мира. Душа поэта необъятна, и она вмещает в себя всю вселенную. Жуковский принимает жизнь даже с её страданиями и печалями, потому что они содействуют нравственному возвышению человека. Он верит, что прекрасное и возвышенное в человеке победят. Их торжество наступит за пределами земного бытия, в той вечной жизни, где находится Царство Небесное. В системе Жуковского лирическая правда – есть высшая и даже единственная истина. А объективный мир – это лишь эфимерная видимость и логика суждений о нём – ложь. Находясь здесь, душа рвётся в прекрасное там. Такое раздвоение на потустороннее, загробное, идеальное и несовершенное, суетное, преходящее, раздвоение, свойственное не только Жуковскому, но и всему романтизму, называется романтическим двоемирием. Это значит, что душа романтика одновременно пребывает в двух мирах – реальном и нереальном.

Человек в поэзии Жуковского мыслит себя отдельно от государства, потому что те понятия, которые сложились в государстве, он не вполне принимает и даже отрицает. Жуковский убеждён, что цель человечества состоит в усовершенствовании своей природы, а смысл жизни человека – в том, чтобы воспитать себя душевным, чувствительным и чутким к чужим страданиям, бедам и несчастьям.

Счастье человека, а следовательно и смысл его жизни, по убеждению Жуковского, не во внешнем интересе, а в нём самом, в силах его души, в богатстве мыслей и чувств. Чем человечнее личность и чем больше таких людей, тем счастливее государство. Надо не подавлять или смирять страсти, а совершенствовать свой духовный мир. Человек для Жуковского не средство для достижения каких-то посторонних ему целей, пусть даже самых нужных, полезных и благородных, а сам – цель исторического процесса. Не человек для государства, а государство для человека – вот девиз Жуковского.

Единство лирического героя в творчестве Жуковского влекло за собой единство стиля. Произведения Жуковского объединены отнесением их к личности автора, который в то же время является героем произведения. Это относится и к балладам, где нет лирического «я», где герои другие, но где подлинным героем является всё-таки сам поэт, рассказывающий легенду, мечтой и настроением которого и является содержание баллады.

Современники считали Жуковского мастером пейзажной поэзии. Пейзаж у него имеет субъективный характер. Изображение природы у Жуковского – это «пейзаж души». Жуковский рисует душу, воспринимающую природу, у него пейзаж сопряжён с конкретным психологическим состоянием. Поэт сливает пейзаж и своё переживание. Между ними возникает прочная связь, но не отвлечённо-логическая, а конкретно-психологическая.

Использует особое семантическое наполнение слова, начинающего значить гораздо больше, чем оно значит терминологически, появляются иные смыслы, иные звучания. Таким образом, создавалось впечатление, что значение стиха рождается не в словах, а как бы между словами, то есть не в самом тексте, а в сознании читателя – явление суггестивной поэзии.

Жанровое своеобразие лирики.

Элегия, песня-романс, и дружеское послание – основные жанры поэзии Жуковского. На материале элегии Жуковский разрабатывал русский поэтический язык. Элегия особенно привлекала его своей тематикой, закреплённой общеевропейской традицией: погружением во внутренний мир, мечтательным и – позднее – мистическим восприятием природы. Жуковский – первый русский поэт, сумевший не только воплотить в стихах реальные краски, звуки и запахи природы – всё, что составляем её «материальную красоту», но наделить природу чувством и мыслью, воспринимающего её человека, так построена элегия «Вечер» – шедевр ранней лирики Жуковского. «Минувшее» – одна из любимых «словесных» тем Ж. Он всегда обращён к прошлому, но столь условная и почти банальная тема поэзии у него приобретает глубокое эмоциональное значение. В песнях и романсах Ж. есть удивительная музыкальная организованность. Господствуют полногласие, мелодические переходы ударных звуков. Большое место поэт уделяет в своих песнях разработке интонации. Вопросительные интонации свойственны этому жанру. Следует отметить чисто песенную систему восклицаний и обращений. Знамениты такие элегии, как «Вечер», «Сельское кладбище», «Море», и др.

Во второй половине 18-19 веках огромное распространение приобретает жанр баллады, восходящий к народно-поэтической традиции. Баллада отличалась пристрастием к чудесам, ужасному – тому, что неподвластно логике и разуму, – преобладанием эмоционального начала над рациональным, сосредоточенностью над раскрытием чувств. У Жуковского этот жанр становится одним из основных. Почти все 39 баллад Жуковского – переводы. Жуковского справедливо называли гением перевода. Переводные баллады у Жуковского производят впечатление подлинника. Оригинальных баллад у Жуковского 5. Все баллады Жуковского представляют собой единое целое, их можно назвать художественным циклом, они объединены не только жанровым, но и смысловым единством. В них резко противопоставлено добро и зло. Их источник всегда и само сердце человеческое и управляющий сердцами таинственные потусторонние силы. Романтическоедвоемирие предстаёт в балладах в образах дьявольского и божественного начала. Идеей двоемирия проникнуты и эллегии, и баллады, и песни Ж. знамениты такие баллады, как «Людмила», «Светлана», «Эолова арфа», и др.

Историко-литературное значение творчества.

Жуковский – один из создателей новой русской поэзии. Поэт со своей специфической тематикой и интонацией. В художественной манере Жуковского преобладает лиризм, изображения душевных состояний.

Сыграл исключительную роль в разработке языка русской поэзии. Жуковский и его школа придали слову множество дополнительных звучаний и психологических красок. Важно, что стилистические нововведения вошли в русскую поэзию и литературу и остались её достоянием.

Жуковский не хотел и не мог быть учителем в поэзии. Он был лириком, раскрывавшим свою душу и не претендовал на общезначимость своих самораскрытий. Жуковский не стремится, чтобы все были такими, как он. Мораль заключается в самом праве души на самораскрытие, примат чувства и настроения, как высших ценностей свободы.

лирика поэзия романтизм басня

Началом своего поэтического творчества В. А. Жуковский считал перевод «Элегии, написанной на сельском кладбище» английского поэта Томаса Грея. Именно из этого перевода родилось новое и оригинальное явление русской поэзии — стихотворение «Сельское кладбище» (1802). На создание этого произведения оказали влияние многие причины: и изучение западноевропейской поэзии, и опыт переводчика, и литературные вкусы времени, и художественные пристрастия автора, и споры о назначении человека, которые велись в кругу друзей поэта.

Следуя за Томасом Греем в развитии поэтической мысли, Жуковский вносит в свой перевод идеи и настроения, выражающие его собственное мировосприятие. Картина скромного сельского кладбища, описание которого опирается на впечатление от окрестностей родного села поэта Мишенского, настраивает автора на элегический лад:

Под кровом черных сосн и вязов наклоненных, Которые окрест, развесившись, стоят, Здесь праотцы села, в гробах уединенных, Навеки затворясь, сном беспробудным спят.

В центре внимания поэта — размышления о смысле жизни человека, о взаимоотношениях его с окружающим миром. Перед нами искусно организованный поток чувств и мыслей конкретной личности. Элегия представляет собой смену вопросов, как бы стихийно возникающих в сознании лирического героя. Все стихотворение составляет совокупность философских и морально-психологических мотивов, сменяющих друг друга, проникнутых грустным настроением и скрепленных общей идеей скоротечности жизни и превратности счастья. Размышляющий герой констатирует:

На всех ярится смерть — царя, любимца славы, Всех ищет грозная…и некогда найдет…

Развивая мысль о равенстве всех перед смертью, Жуковский обращает внимание на социальные протиоречия, существующие в обществе. Он отдает свои симпатии не «рабам суеты», не «наперсникам фортуны», а обычным поселянам, потом которых «кропилася» земля. Убежденный в том, что все люди по своей природе равны, он скорбит о этих простых поселянах, роженных «быть в венце иль мыслями парить», но угасих в неведении по слепой случайности:

Их рок обременил убожества цепями, Их гений строгою нуждою умерщвлен.

В утверждении идеала естественного равенства людей автор близок французскому писателю Ж.-Ж. Руссо, с творчеством которого он познакомился еще в пансионе и, как и многие молодые люди того времени, стал сильно увлекаться его философией.

Своеобразие стихотворения «Сельское кладбище» состоит в сосредоточенности поэта на внутренних переживаниях личности, раскрывающихся в органическом слиянии природы и чувств человека. Передаче этого состояния весьма способствует одушевление природы: «уже бледнеет день», «внимаема луной», «денницы тихий глас», «под дремлющею ивой», «дубравы трепетали», «дню юного дыханья».

Оригинальный перевод «Сельского кладбища» вывляет поэтическую индивидуальность автора, близкого во время создания стихотворения к сентиментализму. Он добивается здесь удивительной мелодичности и напевности стиха, придает ему задушевную интонацию.

Воссоздавая обыденную жизнь, поэт вводит бытовую разговорную лексику: «шалаш», «жук», «пастух», «серпы», «очаг», «плуг», «стадо». Но таких слов в элегии немного. Лексика здесь по преимуществу сентименталистская философско-созерцательная. В стихотворении преобладают слова, относящиеся к душевным переживаниям («презрение», «горести», «вздохнуть», «слезы», «уныло») и широким раздумьям о жизни («безмолвного владычества покой», «на всех ярится смерть», «всемощные судьбы»). Сентиментальны эпитеты и сравнения, такие, как «унылый звон», «сердца нежного», «милый глас», «томными очами», «кроток сердцем», «чувствителен душою».

Яркая эмоционально-мелодическая выразительность стихотворения достигается описательно-лирической структурой фразы («В туманном сумраке окрестность исчезает. »), часто используемой анафорой («Лишь изредка жужжат. Лишь слышатся вдали»), повторениями («Повсюду тишина, повсюду мертвый сон. »), обращениями («А вы, наперсники фортуны»), вопросами («Ужель смягчится смерть?») и восклицаниями («Ах, может быть, под сей могилой!»).

Итак, не будучи переводом в полном смысле этого слова, «Сельское кладбище» становится произведением русской национальной литературы. В изображении юноши-поэта, размышляющего на сельском кладбище, Жуковский усиливает черты мечтательности, меланхоличности, поэтической одухотворенности, значительно приблизив этот образ к своему внутреннему миру и сделав его максимально близким русскому читателю, воспитанному на сентиментальных стихах Дмитриева, Капниста, Карамзина.

Появление «Сельского кладбища» на страницах издаваемого Карамзиным журнала «Вестник Европы» принесло Жуковскому известность. Стало очевидно, что в русской поэзии появился талантливый поэт. Пора ученичества для Жуковского миновала. Начинался новый этап его литературной деятельности.

Читайте также:  Анализ стихотворения Жуковского Вечер 9 класс сочинение
Ссылка на основную публикацию